Похититель моего сердца

Валентино Донна

– Вы были великолепны, мисс Боуэн!

Губы ее задрожали, и Джиллиан сжала их в тонкую линию, чтобы это дрожание по ошибке не приняли за отражение душевной муки.

– Плохо то, что ваша игра оказалась напрасной. – Камерон с сожалением покачал головой и тяжело вздохнул. – А план хорош – он вполне мог сработать.

– Что значит мог сработать? – От удивления она повысила голос, так что некоторые из крестьян оглянулись на них. Заметив это, Джиллиан заговорила шепотом: – Не хотите ли вы сказать, что отказались от плана спасти короля?

– Ну

разумеется. Как мы теперь сможем продолжать? – Он посмотрел на нее такими невинными глазами, что она сразу поняла: он лжет. Каждая капля крови Камерона Смита была отравлена коварством. Он что-то затевал.

– Роберт Линдсей не самое важное звено в вашем плане, – предположила Джиллиан. – Вы говорили мне, что каждым его участником можно пожертвовать. Роберт был просто… пешкой.

Она не знала, понял ли он, что ей хотелось сказать; однако стиснутые зубы и нервный тик выдавали его напряжение.

– Все кончено.

– Значит, вы сдаетесь, – сказала она. – Вы предоставите королю Карлу самому заботиться о себе, если он вдруг пойдет в этом направлении.

Камерон кивнул.

– И вы спокойно будете продолжать заниматься своим делом, ожидая, что мы с отцом заживем, как раньше, как будто ничего не случилось?

– Как только я уйду от вашего отца, все именно так и произойдет.

Волна негодования снова нахлынула на нее. Так он собирается уйти! Ей захотелось кричать. А она-то надеялась привязать его к себе невидимыми нитями надежды, доверия, которые он внес в ее жизнь!

Наряду с этим безумным желанием она ощутила полнейшую уверенность в том, что тот Камерон Смит, которого она узнала, не бросит так легко ни ее, ни ее отца, ни короля.

Джиллиан утвердилась в своих мыслях, когда заметила брошенный им взгляд в сторону канавы. Ей вдруг все стало предельно ясно. Она не могла без содрогания представить себе избитое, изуродованное мертвое лицо Роберта Линдсея. В душу ее прокрался ужас. Роберт Линдсей помогал Камерону, и теперь Роберт Линдсей мертв. Джиллиан и ее отец были вынуждены помогать Камерону даже больше – они укрывали его в своем доме, ездили с ним по округе, Давая ему свободу передвижения, о которой он не мог и мечтать, если бы ездил один.

Камерон боится за нее. Этот замечательный человек, лишившийся своего дома, всей душой стремившийся сделать нечто значительное, был теперь готов все бросить и примерить на себя клеймо неудачника ради того лишь, чтобы не подвергать опасности ее и ее отца.

Джиллиан не могла этого допустить. Зачем нужна жизнь, если проводишь ее, дрожа от страха за увитыми плющом стенами, а каждый миг и каждый вдох отравлены мыслью, что ради тебя любимый человек отказался от своей мечты?

Джиллиан зажмурилась при мысли, что любит Камерона Смита. Любит человека, не зная даже его настоящего имени.

Зато она знает его улыбку и нежное прикосновение его больших, огрубевших от тяжелой работы рук. Знает его сердце, подсказавшее ему, как посвятить Джиллиан в свои планы и при этом не сломить ее дух. Не имеет значения, какое он носит имя.

Она любит его.

– Очень хорошо, – сказала она, собрав все силы, чтобы пойти на самый большой риск в своей жизни. – Вы поведаете мне свой план, и я спасу короля, если вас покинула решимость.

Камерон в изумлении уставился на нее. Она расхохоталась бы, если бы ставки не были настолько высоки.

– Но вы все равно не сможете спасти короля, – наконец с трудом выговорил он.

– Значит, я была с самого начала права насчет вас! – Джиллиан смотрела свысока, что было нелегкой задачей для женщины на голову ниже его ростом. Ей пришлось откинуть голову далеко назад и не обращать внимания на внезапно охватившее ее желание ощутить его губы у себя на шее. – Вы такой же низкий, как и другие, – считаете меня безмозглой дурочкой только потому, что я женщина!

Камерон прищурился, глядя на нее.

– Похоже, вы что-то задумали.

– Так же как и вы.

Джиллиан перевела дыхание и уже приготовилась перечислить свои подозрения относительно его мотивов, когда вдруг услышала:

– Пожалуйста, мисс, подойдите сюда.

Она оглянулась и увидела молодую крестьянку с маленьким ребенком на руках.

– Мисс, – женщина, склонив голову, прижимала ребенка к сердцу, – может быть, ваш отец или молодой доктор могли бы взглянуть на моего маленького Томми…

Джиллиан и Камерон одновременно подошли к женщине.

– Как вас зовут? – спросил Камерон. Удивленная вопросом, молодая мамаша еще крепче прижала младенца, и тот издал слабый жалобный плач.

– Меня зовут Сэри, молодой доктор.

– Сэри. – Камерон улыбнулся испуганной женщине, и от его улыбки Сэри немного приободрилась, а Джиллиан почувствовала слабость в коленях. Он явно усвоил урок доктора Боуэна: пациента надо отвлекать разговором. – Передайте, пожалуйста, Томми мисс Боуэн, пусть она подержит ребенка, пока я его осмотрю.

Сэри подчинилась и теперь стояла и крутила в руках свой фартук, пока Камерон пристально смотрел на младенца, а Джиллиан быстро ощупывала крохотное тельце. Животик под ее рукой был горячий и раздутый, и, когда пальцы Джиллиан трогали его около тазовых костей, ребенок вяло шевельнулся. Она пальцем отогнула пеленку. Мокрая, больше ничего. Все признаки того, что у мальчика просто запор. Джиллиан удивилась, почему Сэри не обратилась за советом к другим женщинам.

– Какой спокойный мальчик, – прошептала она.

– Он всего час как успокоился, – сказала Сэри. – До этого два дня кричал без умолку.

– Извивался и хватался за животик? – подсказала Джиллиан.

– Да, мисс. Изгибался и жутко царапал себя.

– Ест хорошо?

– До сегодняшнего утра хорошо ел. И вот… то кричит, а то лежит без движения… Я боюсь, мисс. Помогите ему, молодой доктор. Пожалуйста, помогите ему.

– О, доктору Смиту нет надобности особенно помогать. – Джиллиан сунула мальчика Камерону в руки. – Осмелюсь сказать, этот парень просто часто пачкает пеленки.