Похищение чародея

Булычев Кир

— Вы никому не рассказывали?..

— Даже жене, клянусь вам.

Я подошел к столу, и бургомистр быстро поднялся, чтобы уступить мне место. Это еще более разозлило меня. Я заранее был готов к тому, что его план — чепуха.

— Вот список того, что надо эвакуировать в первую очередь, — сказал он, протягивая мне лист бумаги, исписанный ровным аккуратным писарским почерком.

Пока я пробегал взглядом список, он спросил:

— Срок еще неизвестен?

— К сожалению, известен, — сказал я, подчеркивая красным карандашом некоторые строчки… Карандаш шел криво, царапая бумагу, и я испытывал странное удовлетворение

от того, что разрушаю произведение каллиграфического искусства, над которым бургомистр корпел всю ночь. — Срок — четыре часа пополудни. Завтра.

— Ох, — сказал бургомистр. — Я так надеялся…

И вдруг вся моя злость испарилась. Передо мной стоял худой пожилой человек в очках с толстыми стеклами. Человек этот был расстроен и подавлен диагнозом, в который он до последней минуты старался не верить. Это был его город, в нем жили его друзья и родственники, здесь ему был знаком каждый дом и почти каждая семья. Для него смерть этого города была подобна смерти близкого человека…

— Садитесь, господин бургомистр, — сказал я ему. — К сожалению, мы не можем ничего изменить.

— Да-да, конечно, — сказал бургомистр, садясь напротив меня. — Но всего один день… Я не предполагал…

— И я не предполагал.

— Здесь в списке…

— Погодите, — сказал я, отпирая ящик стола и доставая карту, принесенную мне профессором Котрикадзе.

Карта была разрисована концентрическими кругами, которые были похожи на изображение возвышенности на военной схеме. Вершина этого холма — самый маленький круг — у западного берега озера Линили, он захватывал островок на озере, деревню и монастырь Пяти золотых будд. Это эпицентр землетрясения, где толчки будут самыми сильными. Второй круг проходил через городок на северном берегу озера и длинным неровным овалом охватывал все озеро, прибрежные деревни и часть хребта на западном берегу. Город Танги и западная оконечность плато попадали внутрь третьего эллипса, на котором было написано: «8–9 баллов», что означало почти полное разрушение города.

— Мы должны, — сказал я, — решить, куда мы будем эвакуировать людей и имущество.

— Я полагаю, вниз, к железной дороге.

— До железной дороги сто миль. Кроме спуска с плато к озеру, на пути еще два перевала. Боюсь, что мы ничего не успеем сделать. Посмотрим в другую сторону.

Я провел карандашом линию по дороге, которая вела из Танги на плато, на восток, к рубиновым копям. Когда карандаш вышел за пределы последнего круга, я поставил точку.

— Нет, — сказал Джа Локри. — Все равно придется ехать почти сто миль по плохой дороге.

— Что же вы предлагаете?

— Вот здесь, — сказал он, показывая на точку примерно на середине красной линии, проведенной мной, — стоит большая деревня Моши. Она расположена в широкой высокогорной долине. Я знаю эти места. По вашей карте землетрясение здесь будет силой три-четыре балла. Это опасно?

— Я спрошу профессора.

— И дорога до Моши приличная, без перевалов.

— Часть палаток уже прибыла, — сказал я. — Штук сто. Они восьмиместные, солдатские. Сегодня же надо отправить в Моши взвод саперов, которые будут устанавливать палатки.

— Это капля в море, — сказал бургомистр.

— Сколько жителей в Танги?

— По моим расчетам, более десяти тысяч. Не считая, конечно, деревень по берегам озера, вдоль дороги. Наверно, наши заботы, господин майор, должны распространиться

на двадцать тысяч человек.

— Двадцать тысяч! — Только тогда до меня дошла необъятность этой цифры. Одних палаток нужно больше двух тысяч! А если вспомнить, что этих людей надо везти, кормить, обогревать, потому что в горах ночью холодно… — Ну что стоило русским сообщить мне об этом хотя бы два дня назад!

Бургомистр никак не реагировал на восклицание, не делавшее мне чести. Он, наверно, знал, что лишь три дня назад мы с русскими чудом выбрались из долины Лонги.

— Хорошо, — сказал я, скорее чтобы утешить себя. — Мы не одни. Лигон нам уже помогает.

Бургомистр покорно кивал головой.

— Значит, куда вывозить людей, мы решили, — сказал я. — Теперь список. Я просмотрел его.

Я прочел вслух то, что подчеркнул сам.

Госпиталь, родильный дом, муниципальная школа, миссионерская школа…

* * *

ТЕЛЕГРАММА

ЛИГОН СРОЧНО БРИГАДИРУ ШОСВЕ ИЗ ТАНГИ 13.50

ПРИ ПЕРВЫХ ЖЕ ПОДСЧЕТАХ ОБНАРУЖИЛОСЬ ЧТО ОПАСНОСТЬ ОБВАЛОВ И ПРЕКРАЩЕНИЕ СВЯЗИ СО СТАНЦИЕЙ МИТИЛИ ПРИВЕДЕТ К ОСТРОЙ НЕХВАТКЕ ПРОДОВОЛЬСТВИЯ И МЕДИКАМЕНТОВ ОБЕСПЕЧЬТЕ ПЕРЕВОЗКУ ПРОДОВОЛЬСТВИЯ В ТЕЧЕНИЕ СУТОК УЧИТЫВАЙТЕ ОПАСНОСТЬ ТОГО ЧТО АВИАЦИОННАЯ СВЯЗЬ ВРЕМЕННО ПРЕКРАТИТСЯ КОЛИЧЕСТВО ПРИСЛАННЫХ ПАЛАТОК НЕДОСТАТОЧНО ДО СИХ ПОР НЕ ПРИБЫЛА КОЛОННА ГРУЗОВИКОВ ПОСЛЕ ОБСЛЕДОВАНИЯ РАЙОНА МОШИ КУДА НАМЕЧАЕМ ЭВАКУАЦИЮ ДВАДЦАТИ ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК ПРИСЛАННЫЕ ВОЙСКА НЕДОСТАТОЧНЫ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПОРЯДКА ТРЕБУЕТСЯ ЕЩЕ ОДНА РОТА ПОСЛЕ ВОЗВРАЩЕНИЯ ИЗ МОШИ НЕМЕДЛЕННО СООБЩУ ДАЛЬНЕЙШИЕ ПОТРЕБНОСТИ И ПЛАНЫ

МАЙОР ТИЛЬВИ

Директор Матур

Обнаружив пропажу портфеля, шофер машины, мрачный и грубый солдат, опасаясь, что ему попадет от начальства, заставил меня под угрозой физических действий забраться в джип и привел в комендатуру, где лишь моя настойчивость спасла меня от дальнейшего задержания. Я был искренен в своем неведении. Я не видел, кто и когда взял портфель: я выполнял маленькую роль в этом спектакле — отвлекал внимание мистера Ли и шофера.

Меня в конце концов отпустили, но, разумеется, с той минуты я потерял доверие русских геологов и господина майора. И я глубоко убежден, что в интересах князя было лучше сберечь мою репутацию для более важных дел.

Выйдя из комендатуры, я некоторое время сидел на краю зеленого газона. Мне никуда не хотелось идти. Я был одинок и никому не нужен. Всю свою жизнь я пекусь о благе других людей, порой забывая о своих интересах, и мой идеализм в результате приводит к горьким разочарованиям. Да, я сделал большое дело, возможно, помог спасти значительную часть состояния моему Другу князю Урао Као. Но сам я был использован и выброшен, словно грязная зубочистка.

Размышляя так, я наблюдал за происходящим вокруг. Куда-то поспешил майор Тильви, и мне подумалось, что он слишком легкомысленно относится к собственной безопасности — многие бы люди в Танги не пожалели денег и усилий для того, чтобы избавиться от этого слишком деятельного человека. Через несколько минут джип майора снова промчался мимо дворца, на этот раз в сторону госпиталя. Еще раз — на аэродром, еще раз — к дому геологов. Как тщетны его усилия, как бессмысленна жизнь!