Похищение чародея
Шрифт:
Все эти люди ели, пили, громко разговаривали, словно были у себя дома. Сато пожалел, что не взял с собой По-иза, который бы мог забраться к ним в мысли и разгадать, зачем они сюда приехали. Но брать По-иза опасно после истории с наказанием Любы.
Следующий день принес новые беды.
Инглизы подобрались к пещере и смотрели на нее из кустов с той стороны. Наверно, они думали, что в пещере живут больные идиоты, которые ничего не видят и не слышат. Впрочем, здесь Сато был не совсем прав: именно его голые люди и вели себя так, словно никогда раньше не жили в лесу. Они не замечали самых очевидных
Голые идиоты занялись между тем проблемой добывания огня. Они заявили своему вождю, что огонь можно добывать трением. Сато, мысли которого были заняты куда более важными проблемами, не стал с ними спорить. Капитан сам сделал какие-то паршивые палочки, тер их, а когда из этого, разумеется, ничего не вышло, страшно расстроился и чуть не расплакался — ему, видите ли, захотелось жареной рыбки. А унтер-офицеру хотелось сказать: будет тебе жареная рыбка, все тебе будет.
Конечно, если бы жизнь была иной, Сато дал бы им зажигалку. У него была хорошая газовая зажигалка — нашел на убитом контрабандисте. Но дым — самое опасное, чем себя может выдать отшельник: дым видно за много миль. Особенно сверху.
Сато ничего не стал говорить голым людям. Пускай живут, как индюки, предназначенные на убой, пускай себе квохчут. Дикими жили, дикими и помрут. Сато даже отменил строевую подготовку и изучение японских команд.
Он уже принял решение — уходить в секретное убежище. Надо было взять с собой все припасы, заготовленные на дождливый период, иначе племя вымрет — там, в секретном убежище, с едой не очень хорошо.
Но Сато медлил. Медлил потому, что так и не понимал, что нужно от него и голых людей приехавшим военным и инглизам. Почему инглизы и лигонцы действуют вместе? Они охотятся за Сато? Или за голыми людьми? А может быть, они ищут контрабандистов?
Готовый уже объявить своим подданным о подготовке к эвакуации, Сато решил подождать еще одну ночь.
Ночью произошли события, которые все изменили.
Этой ночью толстый индус в черном пиджаке ушел из военного лагеря и направился вверх по течению реки.
Сато не спалось, и он даже выгнал в ту ночь Не-свелю, которая надеялась понежиться под одеялом, вышел на площадку перед пещерой и услышал, как толстый индус, совсем не приспособленный к хождению по горам, ломится сквозь бамбук. Сначала Сато решил даже, что бредет сошедший с ума слон.
Убедившись, что по лесу в одиночестве прет индус, Сато покинул пещеру и последовал за директором Матуром.
Он сопровождал его до пещерки, в которой Матур нашел труп гонца, потом шел за ним обратно до самой своей пещеры. Он не хотел ничего делать с индусом, чтобы не вызывать к себе дополнительного внимания и подозрений военных, но, когда толстый индус поперся к большой пещере, Сато потерял присутствие духа. Ему вдруг показалось, что толстый индус догадался, кто убил контрабандиста и где надо искать мешочек с рубинами. А может быть, не догадался, а узнал? Может быть, у них с покойником был условный знак, который тот успел оставить перед смертью?.. Индус может потребовать
У самой пещеры Сато догнал Матура и сильно ударил по голове дубинкой.
В тот момент он не думал, убьет Матура или нет, он просто не хотел пускать его в пещеру.
Матур лежал на земле. Сато присел возле него на корточки и стал думать.
Он думал долго, пока Матур не застонал. Оказалось, он еще живой.
Что же теперь? Добить и спрятать труп? Здесь труп спрятать не так просто — опытные горцы, а их-то и набирали в пограничную стражу, скоро его отыщут. А Пруи слишком мелка на перекатах, чтобы унести труп в долину.
И вот, глядя на бесчувственного Матура, Сато понял, что сначала его нужно допросить. Узнать у него, кто и зачем пожаловал в ущелье.
А потом, перед тем как уходить, мы его добьем.
И, решив так, Сато взвалил неподъемное тело Матура на спину и, пошатываясь под его тяжестью, поднялся к пещере.
Я вынужден ненадолго вмешаться в последовательность событий, потому что хронологически они уже подошли к тому моменту, когда на сцене появляемся мы — участники международной конференции в Лигоне.
Вряд ли кто-нибудь сможет обвинить нас в слепоте. Поймите меня правильно — если бы пришельцы были в скафандрах, если бы их глаза излучали сияние, а по бокам болтались три пары рук, разумеется, мы бы догадались, что имеем дело с инопланетянами. Но как можно было предположить такое, если мы видели самых обыкновенных голых дикарей, которые вели себя как голые дикари. Мы словно заглянули в баню и не смогли угадать, кто там генерал, а кто нищий.
Не помогло и посещение пещеры, потому что там мы не увидели ничего, кроме экскрементов и кучек сухой травы.
Так что, несмотря на мою неприязнь к директору Матуру, я вынужден признать, что ему нелегко было бы догадаться, с кем же мы имеем дело. Разумеется, если бы в плен к голым людям первым попал я, то открытие не заставило бы себя ждать и было бы квалифицированно оформлено. Но мне не повезло, потому что я не дружу с контрабандистами.
Я на время предоставлю слово директору Матуру и процитирую некоторые отрывки из его в целом лживой книги. Но, как мне кажется, те страницы, что описывают его появление в пещере, в общем правильно отражают действительность.
Я пришел в себя в полутемном помещении с низко нависающим каменным потолком. Лежать было неудобно. Попытавшись подняться, я понял причину неудобства — мои руки были связаны за спиной, а ноги, очевидно, также опутаны веревкой или лианой. По крайней мере я не смог их раздвинуть, а попытка подтянуть их к себе, чтобы понять, в каком они состоянии, не увенчалась успехом. Резкое движение вызвало вспышку боли в затылке. Тут я вспомнил, как шел по ночному лесу и услышал шорох в кустах… Все! Значит, на меня напали эти людоеды, значит, они связали меня, притащили в свой вертеп и теперь, вернее всего, готовят большой костер, чтобы меня поджарить, или ушли на поиски душистых приправ. Может, они не едят людей без перца, лука и чеснока?