Пограничник
Шрифт:
Они спешились и повели коней в поводу к намеченной цели. На взгляд Влада это было идеальное место – довольно открытое, но и опушка леса недалеко, так что за дровами бегать за тридевять земель не придется. Иезул в первую очередь позаботился о лошадях, стреножив животных и использовав всю свою волшебную веревку, чтобы сделать для скакунов загон меж редких берез. Как он объяснил, так и кони не убредут, и нечисть на них не позарится.
Молодой монах отправился за дровами и, когда вернулся в лагерь, там уже был устроен очаг и пара лежаков у будущего кострища. На вопрос, не понадобиться ли и их
– Для нас найдется средство получше. Ты забыл о наших инквизиторских накидках? Да и оружие самим архангелом заговоренное. Ну а если какая, действительно, могучая сущность припрется, то тут никакие накидки не помогут.
– А что тогда делать?
– испуганно спросил новичок.
– Сражаться! – пожал плечами монах, давая понять, что это и ежу понятно.
Влад опять вынужден придержать язык и помочь устраиваться на ночлег – наступающая темнота могла застать врасплох. Но все приготовления прошли удачно и два путника после простого, но плотного походного ужина, удобно расположились у костра, чтобы провести маленькое походное совещание на сон грядущий.
– Мы покинули нормальные, населенные места, и теперь нас подстерегает еще больше опасностей, чем два дня назад. Но, надеюсь, все обойдется. Тем более что следующая ночевка будет безопасней. А вот дальше… - и монах замолчал, задумчиво уставившись в пламя костра.
– Что дальше? – осторожно подтолкнул рассказчика Влад.
– А дальше я бывал только раз, и то давно… - Иезул немного помялся и признался. – Там начнется озерный край. Реки, стекающие с гор, делают красивые разливы. Эта дорога, петляет меж болот и выводит в последнее известное мне поселение людей. Потом я идти не смогу – где-то дальше лежит барьер.
– Значит, оттуда я пойду один, - упавшим, но решительным тоном заключил Влад.
– Это уже твое дело, только обычный человек там не продержится и полдня.
– Но может, нам удастся повстречать пограничника? Ты же сам говорил, что они здесь бродят кучнее.
– Если бы еще они ходили с клеймом на лбу… я еще ни одного не встречал лицом к лицу. Понимаешь, если даже какой-то тип скажет тебе, что он пограничник, как ты проверишь, врет он или нет? А, по слухам, они не любят рассказывать о своих особенностях. Но хватит болтать, давай спать, только держи ухо востро – мало ли что…
И все-таки, как путники ни старались, всю ночь продержать ухо востро им не удалось – слишком уж сильно они устали в дороге. Влад проснулся, связанный веревками. Медленно проясняющийся взгляд выхватывал темные кроны деревьев, плывущие над головой в звездном небе. Его куда-то несли на носилках. Зачем-то связали, а не убили – если бы хотели съесть, то проще было убить. Похоже, что вселившихся в сознание духов тоже не ощущалось – значит, еще не все потеряно.
Влад попытался повернуть голову, но что-то разглядеть было тяжело, так как края носилок были выше уровня глаз. И все-таки он смог понять по мелькавшим теням, что его транспортирует маленький отряд. Причем, вторых носилок с его напарником не наблюдалось. Пленнику надоело строить догадки, и он крикнул:
– Ей вы! Зачем меня украли?
Через некоторое время сбоку послышался шепот:
– Еще немножко подожди. Все будет
– Ничего себе – хорошо, - проворчал Влад, но затих. Пока ничего очень уж плохого с ним не сделали, так что можно и потерпеть минутку-другую. Вот если он наутро не сможет продолжить свой путь, тогда… что тогда, он еще не придумал, но ничего хорошего никому не будет – это рассерженный маркер знал наверняка.
Отряд и в самом деле, вскоре прибыл на поляну, где полыхал костер. Носилки опустили и Влада, к его удивлению, осторожно развязали и даже помогли ему подняться на ноги. Оглянувшись, он понял, что был прав – его принесли сюда одного.
А местечко было забавным, если не сказать жутковатым. На огромной поляне стояли кругом какие-то чумы или вигвамы конической формы, укрытые шкурами и ветвями. Народ вокруг тоже одевался по последней дикарской моде – почти без тканей, в основном в шкурах, сверкая тут и там обнаженной и не всегда чистой плотью.
Пока Влад раздумывал над своей вступительной речью, от костра к летучему отряду похитителей вышел местный начальник. Судя по его, слегка нетрадиционному внешнему виду и особенно макияжу можно было подумать, что он или вождь местных грязнокожих, или заправляет идеологической частью по шаманству.
Оба предположения тут же подтвердились: народ почтенно расступился и даже частично стал падать на колени. При этом, все залепетали что-то вроде: «это он», «наконец мы нашли» и «восстановитель порядка». Разобрать было трудно, так как говор у дикарей был странный и невнятный. Так или иначе, но нужно было вступать в переговоры, и Влад приветствовал начальника аборигенов:
– Доброй ночи, мудрейший!
О своих сомнениях насчет мудрости старца с полоумным взглядом гость решил пока не распространяться. Может и впрямь мудрый, просто мухоморов переел. А дипломатические отношения портить с первых же слов не стоило… хотя и хотелось. Дядька, несмотря на странный вид, оказался довольно-таки вменяемым и вполне адекватно ответил на приветствие:
– Добро пожаловать в наше стойбище, Восстановитель порядка! Мы несказанно рады тебе. Будь нашим гостем – лучшая еда и лучшие женщины племени в твоем распоряжении.
Влад не сдержал улыбки – все-таки еда здесь котировалась выше, чем женщины. Впрочем, на голодный желудок о женщинах даже дикари не очень вспоминают. А если серьезно, то его сейчас совсем не интересовали, ни сомнительная снедь, ни немытые дамы в шкурах. В голове крутился один вопрос: «Как побыстрее отсюда выбраться?» Но задавать его вождю было явно преждевременно, поэтому гость для начала поддержал светский разговор:
– Спасибо за приглашение, но я как-то не уверен, что являюсь тем, за кого Вы меня принимаете.
– Ты лукавишь, - улыбнулся старец. – Но я легко могу это доказать.
С этими словами он обернулся и указав посохом на ребенка, стоящего ближе к костру, позвал того подойти. Мальчик немедленно послушался. Влад никак не мог разглядеть его лица, так как пламя костра было ровно за спиной паренька. Но когда малыш подошел, стало понятно, что у него были большие проблемы с лицом. Вроде все нужные элементы присутствовали, но были расположены таким странным манером, что даже Пикассо не додумался бы такое изобразить.