Пограничник
Шрифт:
– Вы что-то хотели мне сказать, молодой человек? – с кривой усмешкой спросил злюка.
– Зачем вы мухлюете?
– Вы не с того вопроса начали беседу. Давайте, отойдем в сторонку, - внезапно сменив тон с возмущенного на ласковый, незнакомец ловко подхватил неопытного «монаха» под руку и повел куда-то вглубь комнаты, не переставая говорить. – Лучше спросить: как я это делаю? И тогда я объяснил бы, что это очень просто – совершенно так же как и вы поменяли масть обратно. Внушение, мой дорогой и неопытный друг!
– Я не ваш дорогой, - проворчал
А странный собеседник все продолжал вить паутину разговора, рассыпавшись мелким смешком на утверждения новичка и подтвердив, что не оговорился, когда назвал монаха дорогим и неопытным. Все вокруг самым странным образом плыло перед глазами, так что Влад с трудом сообразил, что они зашли за портьеры в какой-то закуток. Никто из окружающих при этом не поинтересовался, куда и зачем уволок Влада карточный шулер.
В голове то ли гудело, то ли жужжало, а по телу разливалась сладкая истома. Только обида на Иезула и досада на свою беспомощность помогали Владу еще держаться. На грани сознания он попытался вернуться, но ноги сделались совсем ватными и не слушались хозяина. Тогда он пошел на крайнюю меру и попытался просто ударить хитрого гипнотизера, но и это ему не удалось. Самое неприятное, что он не чувствовал в себе сопротивления к этому противному типу. А тот совсем приблизился к лицу и все говорил, говорил что-то о райском наслаждении и отдыхе души...
И вдруг, между ним и этой противной рожей возник какой-то предмет, и все наваждение сгинуло, словно рукой сняло. Влад с удивлением смотрел на замершего обманщика и пытался понять, что это такое плоское и круглое заслонило его от шулера? Меж тем, в ухе раздался шепот советника Серафима:
– Ты жив?
– Ага… - слабо выговорил с сомнением в голосе горе-поисковик.
– Сейчас проверим, - продолжил голос, и плоский круглый предмет перед лицом перевернулся другой стороной.
Это оказалось обычное круглое зеркало, в котором он узнал свою физиономию. Ничего особенного с ней не произошло, правда черная ряса ему явно не шла, но это уже были детали. Влад хмыкнул и удивленно пожал плечами, намекая, что не понимает этих детских игр с зеркальцами.
– Жив, - удовлетворенно заключил Серафим и посоветовал Владу отойти от застывшего шулера. – Если бы этот колдун успел в тебя подселиться, то ты застыл бы точно так же, посмотрев в отражение.
– А что это за штука? И кто этот колдун?
– Если кратко, - вздохнул советник, продолжая держать стекляшку перед физиономией мошенника. – То эта штуковина досталась нам от одного пограничника. Ты наверно знаешь, что при взгляде в зеркало, нечисть не отражается так, как она выглядит. А это зеркало вроде как способно частично выбрасывать через себя таких темных сущностей из нашего мира, но не совсем. Поэтому такой вот дух застревает на некоторое время, и не там, и не тут. А потом, сильный может вернуться обратно.
– А этот сильный? – с опаской спросил новичок.
– Да, это очень сильный
– Неужели так видно? – неприятно удивился Влад – ему не хотелось после предупреждения повитуха Николая, светиться своими «нетрадиционными» свойствами.
– Не так уж заметно, но не для меня. Однако ничего дурного в твоих свойствах, за счет которых, собственно, мы и поймали этого врага человеческого, не вижу, - не стал скрывать советник, продолжая держать зеркало и начиная с беспокойством поглядывать на портьеры, скрывающие от них картежную комнату.
Оттуда некоторое время слышалась какая-то возня и сдавленные возгласы. Наконец сквозь тяжелую ткань просунулось лицо одного из монахов, ранее игравших в бильярд. Оглядев всю троицу, инквизитор довольно кивнул и произнес:
– Этот должен быть главным. Остальных мы уже повязали. Помощь нужна?
– Конечно! – немного возмущенно ответил советник. – На этого монстра зеркала надолго не хватит.
Монах, ничего не говоря, исчез и вскоре вновь появился, только теперь в сопровождении своего коллеги. Они несли какие-то веревки и кусок черной ткани. Тканью оказался небольшой мешок, который братья ловко одели на голову колдуну и затянули на шее. Веревкой же они обмотали все тело пойманного носителя нечисти.
Влад не стал дальше наблюдать за упаковкой жертвы инквизиции и вышел в игральную комнату. Там, скукожившись на стульях, сидели несколько связанных человек, причем, одним из них оказался Иезул. Инквизитор скромно тупил очи, смиренно ожидая своей участи.
– Ты что это из себя невинную гимназистку строишь? – рассмеялся Влад, чувствуя, как из него выплескивается все напряжение.
– Дело важное, а я человек чужой, даром что инквизитор, - невозмутимо объяснил монах. – Вот разберутся с ними и меня отпустят.
– Наивный ты какой-то, - пожал плечами свободный маркер. – У нас бы замели в ментовку и таких собак бы на тебя понавешали для отчетности…
– Тут не Земля. У нас все проще – достаточно пройти небольшой тест, и ты свободен.
– Ага! – догадался Влад. – В зеркальце спросить: «Я ль на свете всех честнее? Всех надежней и смелее?»
– Хотя бы и так… - не стал возражать связанный инквизитор.
Зеркальце не заставило себя ждать. Вышедший следом за Владом советник стал по очереди подносить к связанным людям свой артефакт, следя, чтобы каждый туда заглянул. После просмотра двое оказались парализованными. Остальных подоспевшие монахи развязали и с извинениями отпустили. К счастью, в числе отпущенных оказался и Иезул. Удивительно, но все отнеслись к этой операции с пониманием. Никто даже не подумал высказать что-нибудь вроде: «Я буду жаловаться!» А может, у Серафима был такой статус, что жаловаться было бессмысленно.