Поезд смерти
Шрифт:
Перед взглядом Джима Игана предстали двенадцать джентльменов в замысловатых белых париках и шелковых панталонах, рассаживающихся вокруг клавикордов словно бы в ожидании появления юного Моцарта. Но вместо Моцарта к инструменту села Карен! С блестящей розовой кожей и красиво уложенными перьями на крыльях, она походила на ангела еще больше, чем в реальной жизни. Как только она подняла руки над клавишами, стены комнаты начали колебаться и извиваться, будто часы на картине Сальвадора Дали, а посреди пола вырос огромный пузырь, который, лопнув, явил отвратительное лицо Старой Грымзы, его учительницы в пятом
Джим проснулся в холодном поту. На экране телевизора была черно-белая таблица. Он быстро пришел в себя и осознал, что находится не в Вене восемнадцатого века и не в Висконсине, десятилетним мальчиком, а у себя в плавучем доме, в Сосалито. Он заснул в кресле и сейчас... десять минут первого! Почему Карен не позвонила? К этому времени она должна была вернуться из кино. Неужели звонок не пробился сквозь его кошмарный сон? Или она забыла, что обещала позвонить?
Джим пошел в ванную и умылся холодной водой, размышляя над тем, что же ему делать. Можно еще подождать. Можно лечь спать и позвонить ей завтра утром. Можно позвонить сейчас, хотя она, возможно, уже спит. Чем больше он думал о ее молчании, тем более странным оно казалось. Он начинал беспокоиться. А что, если, занявшись этим дурацким расследованием, она влезла в какую-нибудь историю? Ему следует все хорошенько обдумать. Вдруг ее бывшего мужа и в самом деле убили? Это значит, что где-то на воле разгуливает убийца. Если кто-то решил, что Гила Эллиса следует убрать, следующей жертвой могла стать его жена, Карен Эллис. В полночь такая возможность казалась более вероятной, чем при свете дня.
Джим набрал номер телефона Карен. Слушая четыре долгих гудка, он нервно барабанил пальцами по столу. Потом включился автоответчик, Джим выругался.
– Карен, это Джим, – сказал он после сигнала. – Сейчас половина первого ночи, а твоего звонка еще нет. Позвони сразу же, как придешь домой, в любое время, хорошо? Я беспокоюсь о тебе. О том, что я тебя люблю, говорить излишне.
Он вышел на палубу и стал смотреть в сторону Коринфского острова. От полной луны через весь залив бежала по воде лунная дорожка. Жизнь в плавучем доме научила его, что дорожка появляется тогда, когда на воде играет рябь. Если ветра нет и поверхность воды гладкая как зеркало, она отражает лишь диск луны. Вокруг стояла тишина, соседние лодки были погружены в темноту. Слышалось только поскрипывание свай, да с лодки Алана Лумиса доносились звуки ритмичных толчков – видимо, женщина из Ассоциации толстушек помогала ему избавиться от одиночества после развода.
Джим поймал себя на том, что старается вспомнить фамилию соседей Карен, с которыми она должна была пойти в кино. Он и раньше слышал о них – о занудливом старике и его болтливой жене. Клайд и Эдит какие-то. Карен считала, что, несмотря на все их недостатки, они очень хорошо к ней относятся, помогают и утешают ее. Она их любила, Клайда и Эдит... Йост! Да, именно так.
Слава Богу, подумал Джим, набирая номер справочной Рино, что он еще не страдает старческой потерей памяти.
Трубку поднял заспанный Клайд Йост, и Джим начал без всяких предисловий:
– Я друг Карен Эллис. Она говорила мне, что сегодня вечером пойдет вместе с вами в кино, но ее до сих пор нет дома, во всяком случае никто не подходит к
Джим явственно представлял себе, как Йост пытается проснуться и собраться с мыслями.
– Карен? Карен Эллис? Кино? Сегодня вечером? Который час? Боже! – Джим слышал, как он объясняет жене, что кто-то спрашивает о Карен Эллис.
– Простите, что мне пришлось вас разбудить, – извинялся Джим, – но Карен обещала мне позвонить, а она не такой человек, чтобы забыть. У нее было так много горя в последнее время... Я очень волнуюсь за нее.
– Кино? Да, мы собирались пойти в кино, посмотреть документальный фильм о миграции рыб, но она не отвечала по телефону, поэтому мы в конце концов пошли без нее. Когда вернулись, в ее доме горел свет, мы подумали, что она просто забыла о нашем приглашении.
– Когда это было? В какое время?
– Около десяти, я думаю. А кто вы такой?
– И больше вы ей не звонили?
– Нет. Мы решили, что, если она забыла, ей станет неловко. Как, вы сказали, ваше имя?
– Джим Иган. Послушайте, не будете ли вы так любезны пойти посмотреть, дома ли она? Боюсь, с ней что-то случилось. Посмотрите, стоит ли в гараже ее машина.
– Иган?.. Молодой человек, у которого есть плавучий дом? Она говорила о вас. – Послышались приглушенные голоса. Видимо, Клайд советовался с Эдит. Потом он снова взял трубку, спросил номер телефона Джима и сказал, что сходит к Карен и посмотрит, всели в порядке.
Через пять минут раздался звонок. На этот раз говорила Эдит Йост. Задыхаясь и нервничая, она сообщила, что свет все еще горит, входная дверь распахнута настежь, постель разобрана, дверь гаража открыта и машина отсутствует.
Новости не сулили ничего хорошего.
– С ней что-то случилось, – сказал Джим, стараясь говорить ровным голосом. – Мне нужно позвонить. Пожалуйста, наблюдайте за домом и дайте мне знать, если она вернется. Я вам перезвоню и сообщу, что мне удалось выяснить.
Охваченный ужасом Джим позвонил в полицию Рино, на станцию “Скорой помощи”, в “Вестник Рино”. Через тридцать минут он уже знал, что произошла какая-то авария, имеются сотни пострадавших и несколько человек умерло. Жертвы продолжают поступать в местные больницы, особенно в общую больницу, расположенную в западной части города. Однако что же конкретно произошло, никто не знал или не хотел говорить по телефону.
Джим позвонил в общую больницу и представился как врач.
– Думаю, я знаю, в чем дело! – кричал он очумевшей связистке на коммутаторе. – Соедините меня с дежурным врачом.
К телефону подошла сестра из отделения “Скорой помощи”.
– Какие наблюдаются симптомы? – спросил он ее. – Скованность? Кома?
– Они жесткие как доски, – ответила сестра. – Окоченевшие, вроде трупов. Некоторые могут двигать глазами. Диагноз еще не поставлен. А вы кто, врач?
– Послушайте, мне кажется, я знаю, в чем дело. Это нервно-паралитический газ.
– Нервно-паралитический газ?
– Свяжитесь с кем-нибудь из Химической корпорации Дрэглера. Они подскажут, что нужно делать. Нет ли среди пострадавших женщины по имени Карен Эллис?
– Сейчас у меня нет времени выяснять имена. Вы не шутите? Позвоните в Красный Крест. Говорите, корпорация Дрэглера? Попробуем.
Красный Крест организовал “горячую линию”. После пятнадцатиминутного ожидания сигнала “свободно” Джим узнал, что Карен Эллис находится среди пострадавших в больнице Мерси, она жива. Доктора, принимающего больных, зовут Эрни Краули.