Поединок
Шрифт:
Она презрительно фыркнула и мысленно крикнула:
– Объявляю открытие охоты. Разрешены все приемы и уловки, даже физическое воздействие. Старший разрешает участвовать всем.
Кроха насмешливо посмотрела на Берга.
– Помни, ты сам этого захотел.
Берг негромко скомандовал.
– Огонь!
И гориллы стали стрелять. Горячие кусочки свинца полетели в хрупкую фигурку девочки, в коридоре запахло пороховым дымом. Девочка подпрыгнула,
– Вперед, - скомандовал Берг.
– Стрелять во всех, кого увидите. Мне надоел этот балаган. Потом я подумаю, как все объяснить полиции.
– И всё-таки я на вашем месте бы просто ушла. Сейчас сюда сбегутся все звери, а некоторых из них боюсь даже я - тигрица Кроха!
Они услышали её мысленный смешок, от которого у Берга холодок прокатился по коже. Гориллы побежали по коридору, Берг шел медленно и осторожно, сжимая пистолет в руках. Он был задумчив.
– Может быть, всё-таки последовать совету этой замарашки, - произнес он тихо сам себе.
– Что-то это начинает мне всё больше не нравиться…
Глава девятая.
Директор привстал с кровати потому, что ясно услышал в коридоре беспорядочную стрельбу. В детском доме явно что-то происходило такое, что требовало его вмешательства. Он ещё не совсем выздоровел с того раза, как трое бандитов пытались его убить.
Директору до сих пор было непонятно, почему они так в него и не попали? Может быть, хотели просто попугать?
И непонятно было, зачем они вообще приходили в детский дом?
А после этого Кир уложил его в постель и поставил следить за ним этих двух балбесов.
Но скажите, какой, может быть, покой, если в детском доме кто-то снова устроил настоящую стрельбу?
Директор встал, прошел в кабинет и поднял трубку телефона, чтобы позвонить в полицию. На этот раз он не собирался снова лезть под пули, пусть это делают те, кому это положено по службе.
Но прежде, чем он успел набрать номер, появились Грук и Брок, они отобрали телефонную трубку, что-то возбужденно мыча, потом схватили его в охапку и, как маленького ребенка, отнесли на кровать.
– Там что-то происходит, - попытался им объяснить директор.
– Там стреляют, надо вызвать полицию. Санитары переглянулись между собой, потом Грук начал объяснять на языке немых.
– Вставать нельзя! Большой и сердитый, - он показал рукой, какой большой и какой сердитый, - сказал, что тебе вставать нельзя. Ты - больной, и должен отдыхать.
– Там стреляют. Кто-то стреляет в детей, - директор устало и раздраженно махнул рукой.
– Нужно вызвать полицию.
Грук и Брок отчаянно замотали головами.
– Полицию звать не надо, - показал Грук на языке немых.
– Это дети играют. Зачем полиция?
– Это не пугачи, это серьезное оружие, я знаю, я был на войне и до сих пор ещё могу отличить выстрел
– Нет, это не настоящая война, - возразил Грук.
– Это дети просто играют в войну.
– Хорошо, я подчиняюсь, - вздохнул директор, - тогда сходите и проверьте, прав я, или не прав. И, когда окажется, что я прав, дадите мне телефон.
Санитары переглянулись между собой, потом уныло вздохнули.
– Нас туда тоже не пускают, - показал жестами Грук.
– Сказали, что это игра для младших. И там уже все кончилось, уже больше никто не стреляет… - На лице его появилось разочарование.
Директор прислушался, действительно стрельба смолкла. Он откинулся на подушки.
– Если кто-то из детей пострадал, вы мне за это ответите, - беспомощно пробормотал он, продолжая прислушиваться к звукам детского дома. Было тихо и спокойно, как всегда.
Может быть, ему действительно показалось, и это были пугачи? Сейчас делают такие игрушки, что и не отличишь от настоящего оружия. Но кто разрешил покупать такие игрушки? Директор сделал для себя небольшую пометку, обязательно спросить Тосю об этом.
За поворотом их ожидали два подростка; они лениво стояли, прислонившись к стене. Оба выглядели очень странно, у одного из них была непропорционально большая голова, торчащая на узких плечах, у другого глаза были закрыты темными очками, несмотря на то, что в коридоре было несколько сумрачно.
Гориллы подняли свои пистолеты и прицелились.
– Подождем шефа, - проговорил один из них.
– Всё-таки дети.
Один из подростков лениво потянулся.
– Священная дичь?
– Просто дичь, - ответил другой.
– В пищу не годится, желания не выполняет. Годится только на то, чтобы немного поразвлечься…
– Напугаем?
Подросток в темных очках кивнул головой.
– Разрешение есть, они вне закона. – Подростки рассмеялись и повернулись к громилам.
Берг вышел из-за поворота.
– Я же сказал, - процедил он, - кого увидите - стреляйте. Разбираться будем потом.
Громилы нажали на спусковые курки, и… ни одна пуля не вылетела из ствола. Гориллы лихорадочно передернули затворы и снова нажали на спусковые крючки. И вновь ничего не произошло…
Подросток с огромной головой громко сказал так, чтобы услышали гориллы.
– Как они вооружены, словно спецназ!
Второй усмехнулся.
– Устаревшая модель, восемь патронов, один в стволе. Скорострельность невысокая, но пистолет достаточно надежный.
– Что-то у них он не стреляет, - задумчиво ответил другой.
– Или стрелки не те, или реклама, как всегда врет?