Поджигатель
Шрифт:
***
Утром, взглянув на часы, он понял, что у него есть время выпить кофе и немного прогуляться с Джиной, прежде чем встретиться с дядей Маратой в закусочной. Накинув толстовку с логотипом детективного агентства, чтобы напомнить себе, что это работа, а не отдых, а также джинсы и рабочие ботинки, он пошёл на кухню, положил еду в миску лабрадора и кружку под кофемашину. Несколько минут спустя сделал первый глоток и оглядел комнату в утреннем свете.
Ещё больше изменений. Всё на кухне оказалось новым. В последний раз, когда он был здесь, на плите работала только одна конфорка, а духовка
Вместо стены, отделяющей кухню от остальной части дома, в центре был «остров», который тянулся в столовую, а затем в огромную гостиную, созданную Ником, вырубившим заднюю стену. Тимофей никогда бы не подумал, что это место может выглядеть так хорошо. Всё, о чем он когда-либо мечтал, – это поскорее выбраться отсюда.
«Удивительно, – подумал сыщик, – теперь я вернулся в этот город, а Ирина, оказывается, никогда не покидала». В это было трудно поверить.
Взяв с собой кофе, когда они с Джиной прогуливались по окрестностям, он заметил, насколько прохладнее утренний воздух в Лазурске по сравнению с областным центром. Май был едва ли началом весны. Когда они вернулись, он поставил свою кружку в раковину и притворился, что не слушает, чтобы узнать, проснулась ли Ирина, прежде чем они забрались в его внедорожник и уехали. На улицах было тихо, и он добрался до закусочной меньше чем через десять минут.
Заведение под классическим названием «Пельменная» располагалось в железнодорожном вагоне, который ещё в советские времена привезли сюда и установили на железобетонное основание. Название было сделано в виде металлических букв, приваренных арматурой одна к другой, и выкрашено в красный цвет. Оно выглядело точно так же, как много лет назад. Зная, как мало места в этом заведении, Тимофей приоткрыл окна и оставил Джину в машине. Внутри всё выглядело так же, как и тогда, когда уехал из Лазурска. В кои-то веки он был рад, что ничего не изменилось.
С первого взгляда он обратил внимание на чёрную, белую и аквамариновую плитку на полу, длинную стойку во всю длину вагона и круглые табуреты без спинок. На маленькой кухне в дальнем углу жарились блины и яичница, собирался закипать большой блестящий чайник. На стойке издавали божественный аромат свежеиспечённые кексы размером с кулак и пирожные с глазурью. Около пятнадцати лет назад владельцы соорудили боковую пристройку, чтобы разместить больше столиков, превратив здание в букву «Г». Этого оказалось недостаточно, и по выходным у дверей всё равно выстраивалась очередь из желающих попробовать местные вкусности, рецептура которых не изменилась с тех пор, когда над «Пельменной» развевался красный флаг.
– Боже мой! Кого я вижу! Это же сам Тимофей Соболев собственной персоной! – произнёс рядом знакомый голос.
– Тётя Роза! Здравствуйте, – широко улыбнулся сыщик, когда к нему подошла женщина с пышными формами. Держа графин с горячим кофе на расстоянии вытянутой руки, она обняла гостя и прижалась к нему всем своим пышным горячим телом. Её голова на несколько секунд поместилась у него под подбородком.
Тётя Роза Глушкова уже много лет владела «Пельменной»,
– Ты прекрасно выглядишь, помолодела, похорошела, – рассыпался Тимофей в комплиментах.
– Ты чертовски прав, я такая и есть, – согласилась она с присущей ей самоиронией. – Да и ты стал вон какой красавец, Тима! А кому надо спасибо сказать? Правильно, тёте Розе. Потому как кто тебя кормил бубликами со сливочным маслом и какао?
– Конечно, тебе огромное спасибо за всё, тётя Роза, – Тимофей приложил руку к груди. – Я приехал вчера вечером, а теперь хочу как следует позавтракать.
Владелица «Пельменной» рассмеялась.
– Возможно, ты стал старше и сильнее, но приятно видеть, что твой аппетит остался прежним. Держу пари, теперь ты пьёшь кофе, а не «Буратино» или «Тархун», как раньше.
– Верно, я люблю чёрный кофе, с одним кусочком сахара.
– Сахар на столе. Выбери себе столик, а я подойду с кружкой.
Глава 8
Тимофей скользнул на черный винил стула и выбрал сторону столика, обращённую к двери.
– Должно быть, что-то случилось, если ты здесь. Наверно, прошло не меньше десяти лет с тех пор, как мы тебя видели в последний раз, – сказала тётя Роза, ставя и наполняя его кружку одним отработанным движением.
– Прошло почти двенадцать лет. Дядя Марат позвонил мне из-за пожаров.
– Я должна была догадаться. Учитывая всё что происходило, неудивительно, что он вызвал тебя. Он неудачно упал. Ты собираешься помочь ему разобраться с этими странными случаями?
Тимофей кивнул, добавляя сахар, затем осторожно отхлебнул кофе. Обжигающе горячий, как ему нравилось.
– Так и есть. Что ты слышала?
– То же, что и все. Эти пожары – большая новость. Самая горячая тема в городе, без каламбура. Слава Богу, никто не пострадал, кроме Марата, но повреждений было много. А ты ведь знаешь, как устроена жизнь в таких городках. Дом-работа, дом-работа. Тут и пойти особенно некуда, а если тебя жилья лишают, то совсем туго становится. Чёрт возьми, у нас уже много лет ничего не горит, особенно когда стоит дождливая весна или осень.
Владелица «Пельменной» села на противоположный стул и наклонилась вперёд.
– Мы с Витей говорили прошлой ночью, что это кажется подозрительным.
Виктор был мужем тёти Розы. Эти двое были вместе так же долго, как дядя Марат и тётя Вика, а может, и дольше.
– Дядя Марат тоже так думает, – сказал Тимофей, понизив голос. Он никогда не умел держать язык за зубами с тётей Розой и её мужем Виктором. Они вдвоём всегда заставляли его выкладывать всё, что приходило ему в голову. Потому продолжил, не задумываясь. – Он надеется, что я смогу помочь раскрыть, кто стоит за всем этим. Но не упоминай об этом при посторонних.