Подземелье
Шрифт:
«Кладбищенская» дорога, как окрестил ее Сергей, снова ушла в подлесок, сбежала в неглубокую падь и вскарабкалась по другому ее склону на взгорок. У его подножия, словно стадо больных животных, грудились покосившиеся халупы. Оглядев сверху просевшие крыши и сиротливо курящиеся дымками голые огороды, Сергей присвистнул.
В ответ «кожаный» начальник угрозыска виновато пожал плечами, словно его рук делом было раскинувшееся впереди запустение.
— Просперити, — хмыкнула Раиса и достала сигарету.
На Сергея неожиданно навалилась дурнота, должно быть выветрились
Миновав мрачные бараки, поколесив между сгнивших заборов по заросшим травой полупроезжим улочкам, машина, наконец, достигла центра. Он состоял из кирпичных и деревянных двухэтажек, в которых гнездилась административная верхушка района, мозг и сердце обитаемого островка, затерянного в замшелой, таежной глухомани.
Судя по виду поселка, мозгу этому и сердцу требовалось неотложное медицинское вмешательство. Такой диагноз поставила Раиса, покидая автомобиль возле здания администрации. Она попрощалась, сообщив, что найти ее можно по телефону редакции районной газеты.
— Ну, а он у меня западет. Кровушку пить. — Логинов кивнул на гостя и назвал свой номер.
— Ладно, запомню, — Раиса изобразила рукой общий привет и зашагала к крыльцу.
«Уазик» прополз еще метров сто и вырулил на стоянку райотдела милиции.
7
Первым делом Сергей по случаю прибытия представился начальнику райотдела Онуфриеву, которому передал привет от Микиты, и сидящему здесь же за приставным столом мрачному майору Лапину, возглавлявшему бригаду УВД. Бригадир начал было ворчать по поводу опоздания, но Сергей заверил его, что справку о результатах проверки представит не позднее, чем завтра.
По этой части затруднений не предвиделось, ибо Октябрьский РОВД мало чем отличался от других своих «тмутараканских» собратьев, которыми изобиловала область, и все грехи здешних «пинкертонов» Сергей загодя знал наперечет.
Логинов неожиданно решил жилищную проблему: перехватил на пути в аэропорт улетающего в отпуск с семьей оперативника и отобрал у него ключи от квартиры.
Нравы здесь бытовали бесхитростные.
Оставалось позвонить в родное управление. Сквозь свист и треск связи Сергей различил голос Микиты. Судя по слышимости, телефонная линия по пути в областной центр несколько раз огибала земной шар.
— Добрался? — орал подполковник, но Репин едва мог различить его слова. — Ну и хорошо! Давай, работай! И чтоб без этого самого… Логинов тоже добрый гусь.
Теперь слушай внимательно. Тут одно дело начальник управления взял под личный контроль. В твоем Октябрьске за этот месяц трое пропали без вести и все при схожих обстоятельствах… Ага, косяком пошли… Что ты меня спрашиваешь, кто да что?!.. Посмотри розыскные дела, разберись. Я тебе об этом и толкую. Да закрути все как следует, чтоб искали, а то у них там тяжелая работа — рыбалка да охота!
Доложишь!
Повесив
За окнами стало темнеть. Логинов, в чьем кабинете расположился Сергей, неторопливо взглянул на часы, поинтересовался:
— Какие планы на вечер? Отдыхать будешь с дороги, или как?
Сергей оторвался от бумаг, потянулся, сделал вид, что раздумывает:
— Предположим — или как. Что предлагаешь? В оперу, в кабак, а потом к цыганам?
— В ночной клуб, — усмехнулся Николай, — со стриптизом. Значит так, я сейчас там кое-что организую, и поедем на твою хату. Не возражаешь?
Сергей не возражал. К ночи опять достала его проклятая лихоманка, поколачивал озноб, и все трудней становилось скрывать пакостное свое состояние.
На постой его определили, как выяснилось, в двухкомнатную квартиру на втором этаже кирпичного дома со всеми городскими удобствами, включая теплый сортир и горячую воду.
Осмотревшись, Сергей присвистнул.
— Красиво живете.
— Кто как может, — отозвался Николай. — Сам такой хаты не имею. У хозяина баба в поселковой администрации работает.
Гости из управления в Окятбрьск наведывались не часто, но принимать их начальник розыска умел. Пока на газовой плите в чугунной сковородке «доходила» изюбрятина, коллеги пропустили по паре стопарей. Гладко пошла водочка под красную икру, маринованные грибочки, кабаний окорок и прочие вкусности из тайги и речки, впадающей в близкий отсюда океан. Не пришлось гостю пожалеть, что по дороге завернули к Логинову домой и отоварились таким могучим закусоном. В городе такая «поляну» операм не по заработку.
Общий язык они нашли легко. Николай по первости чуть осторожничал с приезжим, но тот напрямую заявил, что хоть и бардак у них в делах, «гнилую» справку стряпать он не собирается. Толку в тех справках. Кто их там, в управе, читает?!
Нормальный оказался мужик.
Перво-наперво определили общих знакомых, вспомнили, кого куда забросили лихая судьба и отдел кадров, посудачили о работе. (У нас ведь, Серега, как: с бабами — про службу, на службе про баб. Ладно, давай еще по чуть-чуть, пока свежина допреет).
Приняли по чуть-чуть. Сергей расслабился, из мышц ушла противная дрожь. Душевно они сидели. Первобытная тишина обступала дом, уютно и покойно горел розовый торшер в углу комнаты, просто грех было вспоминать о каких-то проблемах и неурядицах.
Логинов отправился на кухню, загремел посудой.
Оставшись один, Сергей подошел к окну, отодвинул штору. Напротив светились окна соседней двухэтажки, за ней мглисто поблескивали огоньки поселковых трущоб, а дальше стеной стояла монолитная таежная тьма, без единой искорки, густая и тяжелая, как битум. Она навалилась брюхом на лесное безбрежье, подмяв под себя деревья, сопки, дороги и звериные тропы, лезла из-за околицы, черными жирными щупальцами шарила по щелям улиц, огибая редкие фонари.