Подземелье
Шрифт:
Настолько их сознания были близки и тесно связаны, что мысль паука смогла пробиться в сознание гоблиненка, и именно поэтому он понял слова чужого языка, которые произнес.
Луч продолжал давить, хоть напор и уменьшался. Вот только Прожора выбрасывал из себя невообразимое количество тьмы, которая перемалывала энергию, которая хотела убить Зур”даха.
Боль оглушала, мешала думать, вышибая любые мысли, и это была лишь часть боли. Весь ее поток ощущал именно Прожора.
Десять ударов сердца. Столько луч пытался прожечь тьму паука.
Пффф!
С шипением луч
Зур”дах выдохнул. Боль пропала. Глаза болели. Сердце билось как бешеное.
Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!
Тело Кайры, Тарка и Тали валялись мертвые, истекая кровью. В их телах были огромные дыры, через которые было видно черный песок арены. Маэль упал на пол и впервые гоблиненок увидел друга полностью потерянным, не понимающим, что происходит и что ему делать. Он дышал часто-часто, как выброшенная на берег рыба.
Но ничего не закончилось.
Оцепенение спало с арены, с бойцов, с народа на трибунах, с дроу бегущих к ней, и с сотни фигур в черных балахонах. После короткой заминки они как взбесившиеся рванули к нему.
Быстрее! Ко мне!
Зур”дах схватился за копье и принял боевую стойку. Вот только не понадобилось. Не добежав до него шагов тридцать, они выстрелили направленными лучами тьмы прямо в него. Лучи словно живые огибали других бойцов и устремлялись именно к гоблиненку.
— Вот дерьмо! — попытался отпрыгнуть в сторону Зур”дах. Не вышло. Один за другим, куски тьмы прилипали к нему, вернее…к Прожоре, который укрывал его тело.
Свои…части частей…части целого...
Прозвучавший в голове голос Прожоры менялся от слова к слову, становясь глубже, осознаннее. В нем прорезалось что-то древнее и могущественное.
Плюх!
Очередной луч вошел в Прожору, не нанося вреда. Это не было больно. Наоборот.
Плюх! Плюх! Плюх!
С каждым лучом тьмы Прожора раздувался всё сильнее, его тьма уплотнялась, а в сознании появились возникшие будто из ниоткуда воспоминания и мысли. Зур”дах ощущал как каждый луч внес частичку сознания. Всего одну мысль. Один приказ. Одну волю. И эта мысль-воля-приказ сливалась с Прожорой.
Время внутри Зур”дах снова замедлилось, сердце билось часто-часто, копье сжималось в руке. Маэль поднялся и, застыв, смотрел на Кайру с Тарком.
Сознание Прожоры трансформировалось, превращаясь в сгусток, слепок древней воли, которая вобрала в себя Прожору, которая выстроилась вокруг него и поглотила. Кроме того, каждое воспоминание Зур”даха, всё, что он знал, видел, умел – всё в момент стало частью сознание нового Прожоры. И это произошло быстрее, чем ошеломленный Маэль успел подхватить выпавшее из рук копье, вспомнив, что ничего еще не закончено. Другие группы никуда не делись, и они пойдут убивать их.
Я – часть целого. Я – самостоятельная часть. Я – Чернопрядец. МЫ – чернопрядец.
Паук каждую мысль озвучивал именно Зур”даху.
Малый –
Большой в опасности. Малый должен спастись.
Гибель большого – не равна гибели малого. Гибель Малого – не равно гибели Большого. Гибель обоих – гибель целого.
Ты понимаешь?
Не уверен…
Тогда паук начала сопровождать слова короткими образами.
То, что раньше было Прожорой, – небольшим сознанием, с простыми мыслями и желаниями, – теперь было черной бездной с древним существом внутри, которое смотрело на него, прошивая взглядом насквозь.
Я – МЫ – ЧЕРНОПРЯДЕЦ. Часть великого. Мы должны спастись в этой форме.
В тот же миг ему передался образ мертвого существа, всё еще источающего огромное количество тьмы – существа, к которому присосались Восемь дроу, которые не давали ему восстановиться, а внутри него сидел Паразит – Праматерь, которая отнимала его силу, неуклонно ослабляя. Столетие за столетием. Она пожирала его Кровь и его Тьму.
Миг – и этот образ сменил другой.
Тысячи и тысячи осколков тьмы, частиц Чернопрядца, ни одна из которых не могла обрести достаточного уровня самосознания. Кроме одной. Той самой, которую привязал к себе Зур”дах – Прожора. Именно он и дал толчок к тому, чтобы эта частица стала чем-то большим, чем сгустком живой тьмы.
А потом Чернопрядец заговорил:
Тебя хотели убить. Этим лучом. И ты это знаешь. Я видел твои воспоминания, твои жизни.
Да. — согласился гоблиненок. Паук подтвердил лишь то, что Зур”дах и сам знал.
Ты все еще опасности. Если ничего не сделать – тебя убьют.
А ты? Тебя тоже убьют?
И меня убьют. Тут вообще скоро всех убьют.
Сердце гоблиненка словно застыло от холода этих слов.
Прямо сейчас тебя идут убивать.
Одновременно с его словами с трибун сиганула фигура с клинком в руке и помчалась с невероятной скоростью прямо к Зур”даху.
Именно она и выпустила ту энергию.
Ты можешь помочь?
Хотя внутри Зур”даха время шло иначе, в реальности прошло почти с десяток секунд. Много, очень много времени для такого места. Их группа встречала дроу, которые замедлились, но уже были на расстоянии десятка шагов и одного из бойцов выдернули плеткой из тьмы. А вот та сотня дроу, которые выстрелили сгустками тьмы в Прожору лежали сейчас…замертво.
Могу. И должен. Но мне нужен контроль над твоим телом. В теле Прожоры я не могу раскрыть даже частицу доступной мне мощи, он слишком слаб. А вот твое тело…поможет.