Подземелье
Шрифт:
И Драмар медленно шагнул к ним, чувствуя, как каждый шаг дается всё сложнее и сложнее.
Легкое, зудящее ощущение тревожности возникло внутри.
Всё нормально. Всё нормально. — успокаивал он себя, шагая.
Когда он сел —, с облегчением, потому что давление стало легче,— ему передали странную трубу. Вернее, он поначалу подумал, что трубу. Однако, когда это оказалось в его руках, он понял, — это нечто совсем иное, и напоминало оно здоровенного угря, конец которого исчезал
Он непонимающе смотрел на это, очевидно “живое” приспособление, вертя его в руках.
Троглодиты решили ему подсказать. Мысленно. Вот только получилось у них это не так мягко как у Древнего.
В голове как набатом прозвучало:
ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ!
Звук оглушал. Дезориентировал. На мгновение пропало зрение.
Возможно, старые троглодиты не рассчитали своей ментальной силы, однако ощущалось это как крик прямо в ухо.
Инстинктивно Драмар отшатнулся, оглушенный. Голова поплыла.
Однако, в тот же миг в его голове вновь прогрохотало:
ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ!
Причем все семь голосов звучали почти одновременно. И это почти, создавало ужасный сбоящий разнобой.
Гоблин воткнул трубку в рот. Помня слова Древнего о том, что ничего страшного тут не будет и надо слушаться.
ВТЯНИ В СЕБЯ!
Драмар пару мгновений колебался, а потом начал тянуть. На том конце что-то забулькало. Жидкость начала подниматься по трубке.
СИЛЬНЕЕ!
Он послушно втянул еще сильнее и больше. Казалось, в легких нет больше воздуха, чтобы тянуть эту вязкую жидкость. Тем не менее, она уже сама потекла наверх и через пару мгновений очутилась сначала на его губах, а потом хлынула и в рот. Густая, горькая, глотать ее совсем не хотелось. Однако пришлось.
ГЛОТАЙ! ГЛОТАЙ! ГЛОТАЙ!
Эти команды-мысли, врывающиеся в мозг сбивали, ослабляли волю и сопротивление, заставляли делать то, что они говорят. Он тряхнул головой, но последовала лишь новая команда:
ГЛОТАЙ! ГЛОТАЙ! ГЛОТАЙ!
Миг – и жидкость хлынула внутрь.
Драмар глотнул раз. Второй. А потом не мог уже остановиться, жидкость перла внутрь без остановки. Горькая черная жижа заполнила его.
Я сейчас это вырву… — подумал он.
ДЕРЖАТЬ В СЕБЕ!
Словно подчиняясь чужой воле он стиснул зубы, противясь естественному желанию выблевать все наружу.
Миг, второй, третий…и его плавно начала накрывать тьма. Полностью. С головой. Исчезала, расплывалась круглая комната, озеро, троглодиты. Исчезало всё, покрытое тьмой.
Он задышал сначала часто… а потом медленно.
Я засыпаю?
Уже через десяток мгновений он понял, что не засыпает.
Драмар ничего не понимал, поэтому попытался мысленно произнести слово, как это делал, разговаривая с Древним.
Но едва он это попытался сделать, по голове будто молотом бахнули:
ТИХО! МОЛЧАТЬ!
И в этот раз было больно. А спорить с тем, кто может мыслью причинить такую головную боль, он не стал.
Если бы хоть Древний предупредил, что именно ждет его в этом ритуале Единения, ему было бы проще. Он знал бы чего ожидать.
Драмар теперь ждал, молча, без единой мысли ждал что же будет. Он привыкал в черной полупрозрачной воде вокруг.
В ушах немного звенело, будто он действительно погрузился воду.
Зато в теле появилось ощущение странной невесомости. Или это было не тело, а сознание?
В любом случае, такой легкости Драмар давно не испытывал. Последние два месяца у троглодитов он ощущал лишь огромную, грозящую его раздавить тяжесть. Разгрузиться, пусть и подобным образом было невыносимо хорошо. Он облегченно выдохнул.
Кругом была тишина. Невероятная. Почти острая на ощупь тишина.
Вдруг Драмар увидел себя в этой черной воде. Он был не один. Его окружало семь силуэтов. Видимо, тех самых стариков, которые протянули ему ту злосчастную трубку.
Но это было не всё. В самом центре их круга появилось другое существо. Большое.
Несколько мгновение гоблин взглядывал в него, а потом понял.
Троглодит.
Только вдвое больше обычного. Изо рта как хобот от него шла та самая трубка, часть его самого.
Совсем как та…из которой я пил! — с ужасом подумал Драмар.
Тихо…тихо…тихо…
Думай тише…тише…тише…
От существа, словно рябь по воде исходили мысли этого существа. И, похоже, оно обращалось именно к нему. Оно не било набатом, как семь стариков, а обращалось почти нежно, легко, едва касаясь его сознания.
Громкий…какой громкий…не бойся…расслабься…
Драмар съежился и постарался не думать. Ни о чем.
Семерка троглодитов словно парили в этой воде полностью расслабившись. А вот Драмар…Драмар был зажат.
Вдруг существо в центр издало звук. Низкий, вибрирующий, он импульсами расходился вокруг.
Омммм…Омммм…Омммм…
Сознание Драмара, — он понял, что тела тут нет, — встряхнулось.
Омммм…Омммм…Омммм…