Подземелье
Шрифт:
Но самым удивительным был свет, исходящий от статуи. Именно он и ослепил в первое мгновение Драмара.
И старик никогда подобного света не видел, он видел десятки разновидностей светящихся насекомых, породы камня, словно светящегося изнутри, драгоценные камни…но тут было что-то совершенно другое.
Статую окутывал как покрывало мягкий свет нетипичный для Подземелий.
Она была выполнена так искусно, что казалось будто это присевший на мгновение гоблин, принявший медитативную позу, со скрещенными ногами и расслабленными руками, положенными на них. Лишь серый,
Они поклоняются этому? — мелькнула мысль у Драмара, — Они тоже гоблины? Зачем меня тут бросили, перед ней?
Мысли бились в голове одна об другую, и ни одна из них не отвечала на вопрос: зачем он тут?
И кто они такие?
До сих пор он даже не увидел кто его принес сюда.
Драмар попробовал шевельнуть головой и сразу услышал как хрустнули позвонки в шее. Будто на него надавили чьи-то очень сильные руки. Давление в этом месте было намного выше прежнего.
И долго мне так лежать? — подумал Драмар, — Может меня…в жертву хотят принести? Или еще хуже?
Мотив и желания схвативших его были неясны.
Привыкнув к свету статуи, он попытался понять откуда он идет?
Это какой-то материал? Светящийся камень? — размышлял Драмар.
Но уже в следующий миг все эти мысли-вопросы оказались просто ненужными. Статуя открыла глаза.
Никакая это не статуя! — понял Драмар запоздало.
Глаза древнего гоблина были абсолютно живые, с расширяющимися зрачками,в которых переливался желтый сияющий свет. И он был совсем не такой, как у Драмара или других охотников, активирующих Кровь. Это было что-то совершенно иное. Что-то запредельное.
Этот взгляд еще сильнее пригвоздил, придавил Драмара к полу. В глазах защипало от того, что их со статуей взгляды пересеклись. Смотреть в глаза ей Драмар не мог.
Да и статуя ли это?! Просто кожа этого существа выглядит как неровный камень.
– мелькнула мысль у старика.
В глазах статуи Драмар видел и ощущал жизнь и разумное существо.
А когда в его голове прозвучал чужой голос он и вовсе растерялся:
Не встанешь в течении трех дней — умрешь.
Голос был равнодушный, усталый, хриплый…
Статуя не открывала рот, не шевельнулась - она оставалась полностью неподвижной, если не считать распахнутых глаз. Прозвучавшая фраза была мыслью, переданной прямо в голову Драмару.
Как это возможно!?
Старик попытался произнести что-то в ответ, но не смог открыть рот. Тот словно насильно закрыли. Тогда он попытался громко и мысленно задать вопрос.
И сразу получил ответ. Но не тот, которого ожидал.
Не оскверняй тишину этого места звуками!
Теперь голос был слегка раздражен.
Но Драмару этого ответа было мало. Он хотел знать, почему такие условия, и зачем он тут? И почему он должен умереть если не справится?
Старик
Кто ты? Где я? Что это вообще за место?
Мертвецу ответы не нужны. Поднимешься — получишь ответы. Три дня. Молчи.
От этих слов Драмару стало страшновато. Не то чтобы он боялся смерти, он много раз ходил по грани, - наверное почти всю жизнь, но умирать совсем не хотелось.
Он вздохнул.
Не думай, не пытайся говорить, просто встань!
Голос вновь раздался в его голове. Только в этот раз он был более властным, требовательным.
Драмар понял одно — надо встать. Во что бы то ни стало. Вот только как это сделать, если тебя будто целый куском скалы придавили?
За три дня без пищи и воды он не умрет, он это знал, — кровь давала преимущество в выживании, вот только сможет ли он подняться на ноги за отмеренный срок? — Неизвестно.
В этом месте ощущения времени не было. Оно исчезло. Он не видел ни насекомых, ни слышал капель воды, ничего, никакого шума. Только чувствовал гладкий, холодный пол пещеры в которой оказался.
Надо только подняться, — подумал Драмар, — И все. Только подняться. Больше ничего. Легко. Ничего сложного. Ведь так?
Начать надо было с поворота головы.
Первая же попытка шевельнуть шеей закончилась вспышкой боли и хрустом позвонков.
Глава 107
Первые несколько часов Драмар просто пытался шевельнуть головой. Для этого пришлось использовать всю кровь Златки, которая осталась в нем. Использовать — значило почувствовать ее, и заставить с усиленной скоростью течь по телу. Почти так же, когда он сжигал круги, но не доходя до этой болезненной грани. Он ведь потерял шесть кругов за время побега от дроу, но крови оставалось все еще много. Несмотря на то, что Златка была достаточно слабым насекомым, в особенности в сравнении с другими, вроде многоножек или скорпов, ее кровь все равно усиливала тело Драмара, его реакцию, силу, выносливость.
Старик понял — теоретически, если одномоментно пытаться включить Кровь, шанс подняться на ноги…есть.
Но пока…он начал с малого. Кровь потекла по жилам обжигая, признак того, что она начала работать.
Три поворота головы - именно столько он сумел сделать за два часа. И каждый раз давался тяжело. Усилие почти на грани потери сознания. Тело немело, кровь жгла, а в голове от каждого усилия кололо тысячью иголок. Подобным же методом пользовались опытные Охотники, когда нужно было кратковременно увеличить свою силу и скорость, вот только долго поддерживать это состояние Крови было невозможно. Самого Драмара хватало всегда на пять-шесть минут, а сейчас, в том состоянии в котором он находился, наверное, и того меньше. В отличии от обычной ситуации сейчас даже это недолгое время кратно уменьшалось — слишком огромным было давление. Но попытки надо было продолжать.