Подземелье

Мордорский Ваня

Поэтому оба дроу умчались за ящерами, игнорируя сбежавшего пленника, а остальные члены отряда, побывавшие в Святилище, двинулись вперед. Делать в этой пещере им было больше нечего.

Тьма из глаз постепенно уходила.

— Командир! — обратился к нему подчиненный. Теперь, когда два лишних дроу ушли, можно было говорить, не опасаясь вызвать подозрений.

— Какие наши задачи теперь? Я так понимаю, что зачистка обойдется без нас?

— Верно, зачисткой мы заниматься не будем. Мы должны найти второе Святилище, обратить еще больше собратьев к Истинной вере

и вернуть их в лоно Праматери. Но для этого Святилище еще нужно пробудить.

— Однако, это Святилище мы не пробуждали, оно ведь уже было таким…

— Да, это сделал кто-то до нас. И поверьте — жертва была принесена, иначе бы Святилище все еще “спало”.

Личности отряда дроу остались прежними. Все воспоминания, все суждения, все пристрастия и привязанности — всё сохранилось, однако появилось кое-что новое. Надо всем этим и над каждой личностью появилось нечто более важное — незримая Воля Праматери, которая стала для них законом. Потому что важнее Паучихи не могло быть ничего.

— Нам нужно уничтожить те отряды Рода, задачей которых сейчас стоит мешать другим Родам найти Святилища. Это противоречит планам Праматери. И еще — есть некоторые дроу, которые с удовольствием нам помогут. Мы должны с ними связаться.

Дроу кивнули.

— А сколько всего Святилищ существует ? — спросил один из дроу.

— Восемь. — коротко ответил Джарк.

Через минуту он продолжил:

— Один из вас должен наведаться к Айгуру, он знает то, чего знать не должен, но он верен Праматери, поэтому он нам поможет.

— А что с Жарсом? — спросил один из отряда, — Он может начать задавать вопросы…

— Да, — кивнул Джарк, — И он обязательно их задаст. Поэтому он послужит Праматери новой жертвой.

Дроу кивнули. Никого не удивляло что придется убить одного из своих.

Еще несколько минут они обсуждали дальнейшие планы, в которых речи о зачистке территорий и о верности Роду речи не шло.

Довольно скоро вернулись молодые дроу вместе с пойманными ящерами и разговоры в отряде сами собой прекратились.

Несмотря на Волю Праматери никто из них не собирался вызывать подозрений у своих собратьев и тем более их убивать. На обоих молодых дроу были планы, в которых они были нужны живыми.

Так что до поры до времени ничем себя выдавать им нельзя.

Глава 95

На следующий день тренировки продолжились. Порядок был такой же. Первыми шли отжимания и бег, после этого — подъемы камней. Причем Зур”дах заметил, что появилась еще одна куча камней, но уже большего размера. Было понятно, что через какое-то время их заставят поднимать именно эти камни, как только старые станут для них слишком легкими.

После этого начиналась отработка ударов по мешкам с камнями.

Уже на второй день Зур”дах почувствовал себя в тренировках увереннее. Удары стали получаться настолько хорошо и сильно, что мешок порвался. Это вызвало недовольство однорукого, который после случая с Шустряком будто бы затаил на него обиду. Впрочем, он всё равно исправлял стойку и удар Зур”даха.

Отработки уклонения

и полукруга они какое-то время продолжили без Шустряка — тот выбыл не неопределенно время, и теперь его роль выполняла палка в руке Тарлаха. Детям приходилось уворачиваться от ударов гоблина, и это оказалось еще сложнее чем бегать от твари.

Правда, отсутствие броненосца продолжалось не больше полутора недель, после этого периода их тренировочную тварь всё-таки вылечили. Правда, за это время движения всех, без исключения, детей значительно улучшились, даже однорукий какое-то время был доволен.

Детей, ту сотню, которую они видели в первый день, расселили по другим, более мелким казармам уже через два дня, поэтому, больше с Турхусом он не встречался. Всего было пять групп детей разного возраста, и у каждой — свои тренера и надсмотрщики. У группы Зур”даха однорукий и Дах – их группа была самой младшей.

Потом Зур”дах несколько раз видел Турхуса мельком: на соседней тренировочной площадке и в столовой. Руки парню вылечили очень быстро – и недели не прошло. Гоблиненку стало интересно, лечили ли его той же смесь из ядер, которую им дают после тренировки? Или были еще способы быстро залечить раны.

Никаких драк и стычек не было. Может потому, что теперь внутри казармы дежурил один взрослый гоблин – надсмотрщик, из младших. Гоблиненок подумал, что это, наверное, Дах решил подстраховаться, чтобы ничего не случилось – одного раза ему хватило.

О Сарике они ничего не слышали, поэтому Зур”дах сам спросил Даха о его судьбе — все-таки он был свой, пусть и после смерти Каи вел себя как кусок дерьма. Оказалось, его сделали обычным слугой-рабом: принеси-подай-сделай-убери. В каком-то смысле он был рад, что Сарика рядом больше не будет — вновь выносить его обвиняющие взгляды было бы неприятно и даже тяжело.

Кайра и Саркх сумели наладить контакт с другими гоблинятами и повыспрашивали у них подробности того, кто, откуда и как сюда попал. Потому что в первый день они разговорились только с тем мальчишкой, который рассказал о себе и об умерших братьях. Теперь же они примерно представляли что и кто из себя представляет. Жизнь большинства детей была практически одинакова: рабское поселение, удачное Поглощение, и вот они тут. Никто до этого к жизни бойцов их не готовил. Жизнь Зур”даха и его соплеменников была интереснее и опаснее, чем у любого из детей, так что скоро уже их стали выспрашивать об их жизни. Почему-то подобный интерес был всем им приятен.

На время прекратилась и вражда с Саркхом. Возможно, всё дело было в том, что ненавидеть теперь Зур”дах ему было не за что, в отличии от того же Сарика, который причину себе нашел. А возможно, он просто затаился, понимая, что их силы теперь неравны, поэтому ни единой ссоры за это время между ними не возникло.

Тарк тоже стал разговорчивей и изредка даже улыбался. Сложно не стать таким, когда кругом куча детей, которые постоянно расспрашивают про жизнь в Подземельях. Да, у себя в родной пещере все они сбивались в маленькие группки, но тут же все они были одной большой группой, безо всяких делений.