Подземелье

Мордорский Ваня

Хотя самим мясом, на взгляд Зур”даха, из корзин уже не пахло. Оттуда шел острый запах костра и углей - так сильно Драмар прожарил добытое мясо. Однако живность все равно чуяла его.

Весь следующий день, который они провели в пути, старик продолжал подбирать травы и закидывать в корзины. От корзин действительно перестал идти хоть сколько-нибудь различимый мясной запах, зато теперь из корзин шел сплошной, и немного тошнотворный, аромат десятков трав. Уловка старика сработала. На второй день после того, как они покинули Источник,

никакие мелкие твари к ним не цеплялись, лишь провожали хищными и недовольными взглядами их отряд. Даже более чувствительная на запахи мошкара никак не реагировала, пролетая равнодушно мимо корзин.

Если находились растения с широкими листьям, старик срывал и накрывал как свою корзину со змеями, так и остальные.

Несмотря на то, что постепенно дети привыкли к весу корзин, - двигались все равно медленно, заходя попутно практически во все пещерки. Старик продолжал пополнять свой запас лечебных трав.

Долгих остановок они не делали - полчаса, не больше. Так продолжалось почти целую неделю. Только по истечении этого времени они остановились уже надолго.

Старик впервые дал детям как следует выспаться, потому что они уже исчерпали запасы сил и еле плелись. Для остановки выбрали пещерку к которой вел извилистый узкий тоннель.

Зур”дах с облегчение вздохнул, скинув с себя корзину, впервые за целый день. Рядом устало попадали остальные дети.

Некоторое время все молчали. Старик сидел и вновь чертил что-то на полу. Может, он так себя успокаивал или приводил в порядок мозги.

Кая вдруг спросила:

— А долго нам еще идти?

Дармар перестал чертить, отложил камень и задумался.

— Что ж…сложно сказать, мы не прошли еще и трети пути, — Старик на пару мгновений умолк, — А оставшийся путь, по моим прикидкам, должен занять минимум три месяца, если нам ничего не помешает.

— Скажите, — подал голос Инмар, — А там будут другие гоблины?

Старик непонимающе на него посмотрел.

— Где там?

— Ну в старом селении, в которое мы идем. Там будут другие гоблины?

Драмар отрицательно покачал головой.

— Боюсь, что не будет, малец. Все те гоблины, что там жили — покинули его.

— И куда они пошли? — спросил молчавший до того Тарк.

— Так в вашу родную пещеру и отправились, — вперил взгляд в пол Драмар, — Мы и есть те гоблины.

— И там никого не осталось? — спросила Кая.

— Никого. — ответил Драмар.

— А почему все оттуда ушли?

— Бежали. — коротко ответил старик.

Зур”даху его ответ совсем не понравился.

— От кого? — спросил он сразу.

Старик недовольно нахмурился и замер на несколько секунд, после чего выдавил:

— От дроу.

— Кого?

— Кто это?

— Что за дроу?

Дети начали засыпать старика вопросами.

— Это монстр какой-то?

— Тихо вы! — рассердился он.

Дети послушно умолкли и выжидающе уставились на старика.

— Это никакие

не монстры. Это разумные существа, как мы с вами. Только отличающиеся от нас — темнокожие и высокие. Любой из них на несколько голов выше меня.

Первым наступившее молчание нарушил Саркх.

— А почему мы от них убегали?

Челюсти Драмара сжались, будто его тело пронзила невыносимая боль, а в глазах вспыхнула ненависть.

— Потому что мы были их рабами.

— Рабами? А что это значит? — спросила Кайра.

Старик подумал, а потом сказал:

— Это когда ты принадлежишь кому-то и должен делать, что тебе скажут. Скажут работать — работаешь, скажут жрать дерьмо — жрешь.

— Я понятно объяснил?

Некоторые дети кивнули что поняли, некоторые — нет.

— А если я не захочу делать, что мне говорят? — спросил Зур”дах.

У него в голове не укладывалось, что взрослому Охотнику может кто-то указывать что делать.

— Последует жестокое наказание. Побьют так, что встать не сможешь, и это в лучшем случае. Могут начать морить голодом, пока ты не станешь послушным как пес — вариантов много.

— Ноо…я же могу сопротивляться и сам побить того, кто мне указывает. — уверенно возразил Тарк.

— Ты не понял, малец, ты принадлежишь другому как вещь, и с тобой могут делать что хотят. Если будешь плохим рабом - продадут другому хозяину, захотят — просто убьют. На ногах и руках у тебя цепи и с ними ты много не навоюешь.

— Я не верю, что Охотникам мог кто-то приказывать, они б сам кого хочешь побили бы. — вдруг заявил Саркх, все это время размышлявший о словах Драмара.

— Смотри сюда. — Старик поднял левую руку, ткань одежды сползла, оголив внутреннюю часть.

Там виднелся глубокий шрам-ожог в форме черного ромба.

— Что это?

— Это клеймо. Клеймо, что ты раб и принадлежишь хозяину.

— Так вы… — вдруг прошептал Тарк.

— Не может быть, — возразил Кракх, — Это же было давным-давно, вы там быть не могли.

Драмар только покачал головой.

— Да, я настолько стар, и да — я был одним из рабов, одним из тех, кто сбежал.

— Но вы же сильный! — воскликнула Кая. — Вы же так разделались с огромной змеей, как кто-то мог…сделать вас рабом…и заставлять.

Старик оголил лодыжки.

— Это следы от кандалов.

На ногах белели тонкие полосы шрамов.

— Дроу обладают другой силой. Они повелевают тьмой — это совсем другая сила, не та, что у Охотников или у меня. Их сила гораздо более могущественная.

Вот теперь растерянность детей стала еще больше.

— Как это — тьмой? — спросил Сарик.

Старик молча развел небольшой костер из того, что было под рукой.

— Вот свет, а вот — тьма, - палец старика указал сначала на свет от костра, а затем на тени в пещере, которые проявились. — Видишь эту тьму вокруг нас, вот такой тьмой они и могут управлять — это их оружие.