Подводные волки
Шрифт:
– Первый аппарат – залп! – крикнул Мор, и команда полетела по цепочке из центрального поста к торпедистам.
Лодку слегка подбросило от выстрела, но торпедозаместительные цистерны автоматически приняли нужное количество забортной воды, удерживая корабль на заданной глубине.
Командир ни на секунду не отрывался от окуляра, штурман замер рядом с включенным секундомером…
– Есть попадание, – прошептал Мор еще до того, как ослабленная взрывная волна вернулась к подлодке. – Руль – лево тридцать! Приготовиться к атаке второго судна!
Следующая
– Сбросить балласт! Всплываем! Полный вперед – курс три-пять-ноль!..
Всплывшая U-3519 двинулась малым ходом, рассекая форштевнем огромное масляное пятно.
Первым делом над рубкой появились артиллеристы под командой второго вахтенного офицера, занявшие места у спаренных зенитных автоматов. Развернув их, они дали несколько длинных очередей по надстройкам судов, с тем чтобы уничтожить радиорубки и не дать возможности русским подать в эфир сигнал бедствия. И тотчас на палубном настиле засуетилась боцманская команда, готовившая к спуску надувную шлюпку.
– Быстрее, быстрее! – поторапливал Ценкер. Под его началом группа матросов должна была разобраться с выжившими моряками «Вельска» и успеть спасти с тонувшего судна часть необходимого груза.
Надувные борта шлюпки обрели твердость; заняв места, команда налегла на весла. Подлодка же, не сбавляя скорости, направилась к сухогрузу, потерявшему ход и заметно осевшему на корму.
Часть II
Последний рейс U-3519
Глава первая
Вырвавшись из плена морской пучины и поддержав на поверхности двух товарищей, Матвей огляделся по сторонам.
Вокруг плавали ящики, бочки, трупы людей, обломки такелажа, от воды нестерпимо несло соляром. Неподалеку покачивалась белая деревянная шлюпка с надписью «Вельск». Ее борт едва не захлестывали волны от количества моряков и охранников из МВД, набившихся в ее утробу. Никто из них даже не повернул головы на просьбу о помощи.
«Худо дело, – откашлялся бывший капитан-лейтенант. – В такой холодной водице не продержаться и часа». Один вызволенный из трюма бедолага чувствовал себя неплохо, на лбу второго кровоточила рана, он с трудом шевелил конечностями. Поймав колыхавшийся рядом поломанный спасательный круг, Матвей подтолкнул его товарищам по несчастью.
– Держите. И дышите ровнее – так сбережете силы.
Однако вскоре понял: беречь силы незачем. В одном кабельтовом над водой показалось ограждение рубки субмарины.
– Что это? – обеспокоились зэки.
– Подводная
– Чья? Наша?…
– Конечно, это же Баренцево море – советские территориальные воды!
– Значит, нас спасут. Значит, скоро согреемся!..
Возрадовались и на шлюпке. И только Матвей, приглядевшись к силуэту черной рубки, сник и не выразил восторга.
Он хорошо знал все типы советских подводных лодок, неплохо разбирался в кораблях Кригсмарине и видел парочку английских проектов. Форма низкой обтекаемой рубки приближавшейся субмарины не была знакома, зато сбоку отчетливо белела надпись «U-3519».
Матвея сразу смутил буквенный индекс «U», присваиваемый германским подлодкам любого класса после ходовых испытаний. Собственно, потому лодки нацистов и называли U-ботами. Это раз. И только воюющая Германия умудрилась понастроить такое невероятное количество субмарин, что для их обозначения пришлось использовать четырехзначный цифровой индекс. Это два.
– Откуда здесь немцы? – прошептал он дрожащими от холода губами. – Ведь после победы прошло столько времени! Целых шесть лет! Бред…
Увы, но картина надвигавшегося форштевня современного подводного корабля вовсе не была плодом воспаленного воображения или следствием недавнего потрясения. Острый, немного закругленный сверху нос взрезал темную воду, расталкивая плавающий такелаж, и плавно подворачивал вправо – туда, где дымил и оседал на корму большой сухогруз.
Внезапно предутреннюю тишину оглушил густой бас скорострельных пушек, попарно торчавших из носовой и кормовой башен ограждения рубки.
– Что они делают? – заволновались товарищи. – Куда они стреляют?
– По антеннам и радиорубкам, – мрачно пояснил Матвей.
– Для чего?
– Чтобы радисты не успели подать сигнал бедствия.
– Но зачем?!
– Затем, что это немцы.
– Какие немцы?! Откуда?!
Бывший офицер оглянулся по сторонам. «Вельск» ушел под воду, рядом не было ничего, кроме деревянной шлюпки с десятком пассажиров, плавающих трупов и обломков. Ни спрятаться, ни отплыть подальше.
Выхода он не видел. Тем более что боцманская команда спускала на воду большую надувную шлюпку с гитлеровскими орлами на покатых бортах.
– Да, мужики, это немцы, – тихо проговорил Матвей. – Кажется, мы серьезно влипли…
Не сбавляя хода, субмарина повернула к тонущему сухогрузу. А команда немецких моряков на резинке подошла вплотную к деревянной шлюпке и расстреляла всех ее пассажиров.
– Вот это поворот, – тихо отплевывался молодой зэк.
– Сейчас и нас в расход пустят, – прошептал другой, с разбитым кровоточащим лбом.
Однако немцы не обращали на них внимания, решив, видно, что болтавшиеся в воде люди окоченеют и отдадут концы без посторонней помощи. Они были заняты изучением трофеев, оставшихся на плаву после гибели «Вельска»: двое налегали на весла, а двое подтаскивали баграми и подбирали деревянные ящики, картонные коробки, мешки…