Подвеска Кончиты
Шрифт:
– Я уверен, не сегодня завтра Монгол позвонит, – заверил он Рака.
– Знаешь что? – неожиданно тихо продолжил тот. – Лучше бы Монгол позвонил вчера.
– Прошу, только один день! – задыхаясь, взмолился Крестовский.
Рак присел на скамейку, наблюдая за тем, как тот в пальто и ботинках из последних сил крутит педали.
– Даю тебе времени до конца дня, – Вадим Николаевич встал и направился в душ. На ходу бросил: – Слезай. Прокатился – и хватит.
Когда за Раком закрылась дверь, Крестовский
Где-то долго звонил телефон… Крестовский вдруг понял, что это его собственный мобильник, достал его из кармана пальто, приложил к уху.
– Это Монгол. Подвеска у меня. Жди в Москве. Есть условие: Дайнеку не трогать.
Сначала обрадовавшись, потом Крестовский наморщил лоб, пытаясь сообразить, откуда Монгол знает девчонку. На всякий случай сказал:
– Обещаю. Ее не тронут.
Потом понял: этот день ему удалось пережить. Семен Крестовский бросился в раздевалку докладывать Раку.
Глава 26
Красноярск, наши дни
К обеду все снова собрались на кухне. Эдик виновато сказал:
– Я наговорил глупостей, простите меня, – он не отводил взгляд от своей чашки.
– Ты был абсолютно прав, – Ирина открыла холодильник и, обозревая его пустое нутро, сообщила: – Сегодня мы все останемся дома.
Дайнека посмотрела на часы – было без четверти два.
– Потому что проспали?
– Завтра выборы. Мы с тобой – наблюдатели на избирательном участке в технологическом.
– Когда-то в этом институте работала моя мама…
Ирина задумчиво посмотрела на Дайнеку.
– Как жаль, что ты не можешь бывать у нее.
– Кто сказал? – поинтересовалась Дайнека.
– Ломашкевич.
– Ломашкевич не знает, что я в Красноярске.
– Что ты хочешь этим сказать? – забеспокоилась Ирина.
– Только то, что сегодня поеду к маме.
– Это рискованно, лучше позвонить.
– У мамы нет телефона.
– Лучше пусть она сама приедет сюда.
– Мама больна.
– Тогда, – Ирина решительно отправилась в ванную, – мы поедем вместе. – Она остановилась и удивленно спросила: – Чего ты сидишь? Собирайся!
– Нет, Ира. Я поеду одна.
– Почему?
– Тебе сейчас не до этого.
– Едем вместе! У тебя двадцать минут на сборы.
Последние слова донеслись уже из-за двери ванной. Дайнека перевела взгляд на Эдика.
– Езжайте вместе, так будет лучше, – поднявшись со стула, он неторопливо собирал со стола посуду. – Пока вас не будет, я немного приберусь и постираю белье, – перехватив взгляд Дайнеки, неловко улыбнулся. – Она не бывает дома, ей нужна помощь.
– Ты все еще здесь? –
Догнать ее удалось только в комнате.
– А что будет с ним? – спросила Дайнека.
Ирина сосредоточенно рылась в комоде, перебирала шарфики и косынки, поочередно прикладывала их к себе, смотрелась в зеркало и продолжала искать.
– Где же он?.. Темно-синий, с желтыми буквами… Я точно помню, что был.
Дайнека повторила:
– Что будет с Эдиком?
Ирина быстро ответила:
– Придет время, и все образуется.
Дайнека поняла: она умышленно тянула с ответом. Просто боялась думать о будущем.
Из дома вышли позже, чем запланировали: поторапливая Дайнеку, Ирина сама не успела собраться. Спустившись в лифте, вышли во двор.
Ирина села за руль и завела двигатель. Дайнека открыла дверцу, на мгновенье застыла и, будто повинуясь чьему-то приказу, медленно обернулась. В ста метрах от нее у знакомого джипа стоял Джамиль.
– Подожди… – бросила она Ирине и побежала к нему.
Джамиль подхватил ее на лету и, чуть приподняв, чмокнул в нос.
– Я на минуту.
– Почему? – разочарованно спросила она.
– Потому что дела. Потерпи, осталось немного. Дня через два я за тобой приеду. А пока, – он достал из внутреннего кармана бархатный мешочек и отдал ей. – Сбереги. Это наша с тобой страховка, – поцеловав ее в губы, Джамиль сел в машину и быстро уехал.
Дайнека сунула мешочек в правый карман джинсов и вернулась к машине.
– Это он? – со значением спросила Ирина.
– Он, – кивнула Дайнека.
– Мужик что надо!
До центра домчались быстро, потому что машин на дорогах значительно поубавилось. Ситуация в городе смахивала на перемирие в ходе военных действий. Противоборствующие стороны наслаждались коротким отдыхом, забыв на время о предстоящем сражении.
Прошло больше часа с тех пор, как Ирина Закаблук скрылась за тяжелыми дверями краевой администрации. Дайнека все это время оставалась в машине.
– Теперь или никогда…
– Что? – она обернулась и увидела Шепетова. Склонившись, он заглядывал в открытую дверцу.
– За вами остался должок, и вы обещали возместить нанесенный ущерб. Припоминаете?
– Вы о машине? – Дайнека растерялась и неожиданно для себя покраснела.
– Увидел вас – вспомнил, что влюблен, подошел… Знаете что, у меня появилась идея! Вы располагаете временем?
– Да… – она спохватилась. – То есть нет… Я собиралась…
– И все таки – да или нет? – Шепетов настойчиво смотрел ей в глаза.
– Нет.
– Это не займет много времени, я приглашаю вас на небольшую, но очень увлекательную экскурсию. Поверьте, случай действительно уникальный. И потом – вы обещали.