Подтяжка
Шрифт:
— Да, Джил действительно в хорошей форме. После родов прошло всего три месяца, а она уже такая стройная. Ну кто догадается, что у нее недавно родился ребенок?
— Стоит взглянуть на ее растянутую вагину, и сразу поймешь, что тетенька недавно родила.
— Спасибо, как-нибудь обойдусь, — скривившись, фыркаю я.
— Что же, я по уши в дерьме, — поднимаясь, констатирует Нора. — Джил хочет видеть «Веризон» сегодня, а я даже не начинала работать.
— Да не волнуйся ты. Хочешь, перешлю тебе по почте презентацию, которую делала для «Сити-груп» в прошлом месяце? Поменяешь название на «Веризон», выкинешь весь хлам про финансовый рынок, добавишь какой-нибудь муры о телекоммуникациях, и презентация готова. Это не займет у тебя больше часа.
— Прекрасно! Спасибо огромное! — восклицает Нора. — Пойду-ка
— Конечно.
— И поедем со мной на семинар, чика, — добавляет она. — Потом пообедаем, устроим девичник.
— Уговорила. Только скажу Джиму, чтобы не задерживался на работе. Не хочу, чтобы Джоди ужинала в одиночестве. В котором часу выдвигаемся?
— Лекция начнется в семь тридцать, так что выходить надо в семь.
— Ммм… а что обычно надевают на семинар по пластической хирургии?
— Не думаю, что есть дресс-код для лекций об изменении носа или о вагинальной пластике.
— Вагинальная пластика? Ффууу!
— А ты нос не вороти. Кто знает, вдруг и тебе придется лечь на стол, чтобы подтянуть свою киску.
— Нора! — сурово замечаю я. — В этих стенах следует говорить исключительно о бизнесе.
Ну вот, чувствую, как краснею.
…Мы с Норой стали друзьями сразу после того, как она пришла в нашу компанию два года назад, но я так и не смогла привыкнуть к тому, что подчас она выражается, как сапожник. Я типичная WASP [2] , родилась и выросла в округе Ферфакс — месте поселения состоятельной социальной прослойки, по большей части состоящей из людей с белой кожей (по крайней мере, в детстве я росла среди белокожих), — близ Вашингтона, округ Колумбия. Нора Перес — моя противоположность, нью-йоркская пуэрториканка (я слышала, как пару раз она назвала себя «нувориканкой»), выросшая в Бронксе. Долгое время мне казалось, что она говорит с испанским акцентом. Только несколько месяцев спустя до меня дошло, что это не испанский, а нью-йоркско-бронкский говорок. Мне ее интонации кажутся грубоватыми: вместо «Нью-Йорк» она говорит «Ну-Йок», вместо «говорить» — «го-орить», вместо «тяжело» — «тяжеэо». Ее голос и слова не вяжутся с ее же внешностью. Нора — миниатюрная красавица с мягкими чертами лица, Она так изящно выглядит в своих бледно-лиловых брючных костюмах и шелковых блузках. Прическа Норы всегда строга и безупречна — ждешь, что и манеры у нее будут, как у высокородной леди, что она вот-вот заговорит с южным акцентом. А вместо этого подруга заводит беседу на тему «не пора ли подтянуть твою киску».
2
Расхожий термин WASP (White Anglo-Saxon Protestant) — Белый Англо-Саксонский Протестант. Термин родился среди белого населения США и определял «своих» — верующих консерваторов белой кожи, потомков первых «благородных» поселенцев, «основоположников страны».
Мы с Норой — выходцы из разных миров, но в свое время каким-то непостижимым образом подружились в один миг. Мы художники-дизайнеры в «Сондерс энд Крафф» — крупной консалтинговой компании, штаб-квартира которой располагается в Вашингтоне. В основном занимаемся тем, что оформляем маркетинговые презентации и рекламные буклеты для менеджеров по продажам, которые разъезжают по всей стране и продают консультационные услуги, никому на самом деле не нужные, самым разным корпорациям и правительственным агентствам. Да, мы частенько работаем над презентационными материалами, тем самым продвигая услуги «Сондерс энд Крафф» по «модернизации компаний-клиентов», «реструктуризации их руководящего состава» или по «решению тотального управления качеством». Какие бы громкие слова мы не использовали, все это означает лишь одно: дайте «Сондерс энд Крафф» войти в вашу организацию, залезть в ваши кошельки поглубже, и после серии совещаний в каждом из отделов мы укажем вам на толпу работников, которых следует уволить.
Прежде чем Нора заменила одного из моих коллег, который вышел как-то на обед, да так и не вернулся, я трудилась в компании уже несколько лет. Нас представили друг другу в первый ее рабочий день, но по-настоящему общаться мы начали только после того, как совместно провели показ наших
— Хорошо. Я добавлю из каталога фотографии красивых молодых людей с бокалами мартини в руках, — сказала Нора.
— Ага, — ответил Джек. — И придумайте для презентации сексуальное название.
В глазах Норы я прочла немой вопрос: сексуальное название? Че-го?
— Что скажете о таком: «"Сондерс энд Крафф": возводим "Лайф-Бай-дизайн" на новый уровень»? — предложила она.
— Нет, недостаточно сексуально. Хочу, чтобы было запоминающееся и стильное название.
— Как насчет «"Сондерс энд Крафф": у нас есть волшебная палочка!»?
Кто угодно подумал бы, что Нора пошутила, но Джек принял ее слова за чистую монету.
— Нет, сексуальности все равно не хватает. Надо, чтобы название выбило у них почву из-под ног.
— М-м-м, — промычала Нора и выдержала эффектную паузу, во время которой не потрудилась скрыть свое раздражение. — Мы всегда можем назвать ее просто «Член». Это достаточно сексуально?
Фигурально выражаясь, как только прозвучало это слово, моя челюсть выпала и стукнулась об пол. Впервые слышу, как кто-либо, а тем более женщина, произносит это слово вслух в таком контексте. Я подумала, что надо бы отвернуться от Джека и Норы. Хотя очень хотелось увидеть, что произойдет дальше — так бывает в детстве, когда наказывают твоего товарища. Я была уверена, что Джек уволит ее прямо здесь и сейчас. Он не являлся прямым ее начальником, но, казалось, ему ничего не стоит выставить ее с работы немедленно. Однако Джек этого не сделал. Он лишь округлил глаза в попытке побороть изумление и рассмеялся.
— Не настолько сексуально, — произнес он, приходя в себя.
Кстати, вскоре после инцидента со словом на «ч» они с Норой стали любовниками. Роман не затянулся — ни одна из нориных интрижек не была хоть сколько-нибудь продолжительной. Как это происходило у нее с большинством мужчин, Нора устала и через несколько недель дала Джеку от-ворот-поворот.
…По-моему, я все еще находилась в шоке, когда Джек и Нора окончательно обговорили все детали и он покинул конференц-зал.
— Напыщенный индюк, — сказала она после его ухода, ища у меня поддержки. Я не считала Джека напыщенным индюком и лишь улыбнулась Норе, начав собирать свои вещи.
— Знаешь, судя по всему, у него член размером с мой мизинец, — добавила она, сжав кулак и выставив наманикюренный пальчик. Я снова только улыбнулась. А что тут можно сказать? Я выросла в чопорной епископальной семье. Меня научили, что не следует обсуждать размеры мужского… ну, вы понимаете, и уж точно нельзя произносить слово на «ч» при мужчинах. Изредка я позволяю себе выругаться: «сука», «дрянь» говорю очень часто. Даже «дерьмо» слетает с моих губ, но грубее — ни-ни.
Я выдавила из себя смешок и, кажется, залилась румянцем. Нора вогнала меня в краску в первый, но далеко не в последний раз (совсем не в последний). Ей чем-то понравилось мое смущение, когда я покраснела по ее вине впервые, ей нравится доводить меня и по сей день.