Подруга Мародеров

Never Died

Все вместе друзья отправились на зельеварение. У выхода из Большого зала они встретились с пятикурсниками, шагающими на трансфигурацию. Эми тепло поприветствовала мародеров и быстро поцеловала Римуса под свист и улюлюканье Сириуса и Джеймса.

– Перестаньте, - одернул их Лунатик, когда покрасневшая от смущения Эми убежала. И его щеки тоже горели.

– Да брось, мы же в хорошем смысле, - хлопнул друга по плечу Бродяга.

– Именно, - с другой стороны обнял Люпина Джеймс. – Мы же любя.

Так,

в хорошем настроении, мародеры добрались до подземелий. Питер, который не ходил на зелья, отправился наверх в башню, дописывать работу по травологии.

Под шутки и смех друзья заняли свои места, установили котлы и вытащили книги, когда в класс вошел профессор Слизнорт. Он, в отличие от мародеров, явно встал не с той ноги. Непривычно резко он зачитал нужный теоретический материал, а затем взмахнул палочкой, и на доске появился список ингредиентов и рецепт.

– Итак, дамы и господа, у вас есть час двадцать, чтобы приготовить мне более менее сносное зелье Артемиуса. Приступайте.

Зелье Артемиуса, на взгляд Джейн, было бесполезнейшим и сложнейшим по изготовлению напитком. Суть его заключалась в том, что выпивший его лишался всяких чувств по отношению к человеку, чей волос в него добавляли. Притом не просто лишался в настоящем и будущем, но забывал об их существовании в прошлом. Добавляя в кипящую воду толченые кости мышей, Джейн подумала, что это ужасно – использовать это зелье. Как можно по своей воле выпить его и забыть, что кого-то любили? Или же, кем нужно быть, чтобы напоить этим зельем кого-то другого? Ведь выпив его, ты и не вспомнишь о чувствах к тому, кто раньше был всем миром, о любви или дружбе. О ненависти…

Джейн, еще восемь дней назад думавшая, что ее без всякого зелья ждет такая участь, этого не понимала. Наверное, из-за своих размышлений, а так же постоянных переглядок с Джеймсом, она была крайне рассеянна.

Котел Джеймса привычно стоял рядом, и его взгляд то и дело встречался с взглядом Джейн. Он бросал негромкие смешные реплики, и Джейн едва сдерживала улыбку. Удивительно, но после принятия девушкой лекарства, не только ее настроение улучшилось. Может, дело в том, что с настроением ее поведение тоже стало лучше, что располагало к тому, что и Джеймс с тех пор словно стал более открытым и веселым с ней. Словно оба они вернулись назад в то время, когда все между ними было еще легко и просто.

– Нет, Джейн, - в который раз за урок раздался вздох Римуса, – не лягушачьи глаза… Настой ромашки!

Но Джейн, которую сейчас уже развлекал болтовней прибившийся к ней с Поттером Сириус, не услышала, продолжая насыпать в котел мерзкие и скользкие лягушачьи глаза.

– Итак! – по истечению указанного времени Слизнорт хлопнул в ладоши, и все подняли на него головы. – Прошу отойти от своих котлов, я оценю вашу работу. Те, у кого зелье окажется годным, пусть соберут образцы в пробирку, подпишут и положат мне на стол для итоговой проверки.

Джейн отступила на шаг от котла, не отводя от него

взгляда. Жидкость, которая должна была быть прозрачной, как слеза, приобрела странный кровавый оттенок, словно кто-то вскрыл над котлом вены, и в придачу ко всему оттуда неприятно пахло землей.

Едва приблизившись к ее котлу, Слизнорт скривил лицо и быстро сделал пометку в свой блокнот. А затем с разочарованным вздохом взмахнул палочкой, и зелье исчезло.

– Опять без оценки, мисс Картер, - с сожалением заявил он. – Вынужден заметить, что в последнее время ваши зелья стали все хуже и хуже.

Джейн и сама это знала. То и дело внезапно лишаясь зрения, она не могла вовремя добавлять ингредиенты или контролировать их количество. Неудивительно, что из-за этого у нее ничего не выходило.

Римус и Лили за спиной профессора выглядели одинаково озабоченными и осуждающими одновременно. И чтобы не видеть этих лиц, которые вообще-то были правы, Джейн перевела глаза на Слизнорта. Тем более что он, признав зелье Поттера «сносным» вновь навис над ней, как грозовая туча.

Девушка тотчас приняла свой самый раскаивающийся вид, на который была способна, но мысленно гадала, как так вышло, что Джеймс, болтавший больше нее, сварил нормальное зелье, а в ее котле словно кто-то покончил с собой.

– Итак, лишь у мисс Картер не получилось, - прищурил глазки Слизнорт.

И как Джейн вдруг стала худшей в классе?

– Вынужден назначить вам дополнительные занятия, если вы хотите сдать ЖАБА боле менее нормально, - вынес вердикт Слизнорт.

– Но, сэр… – Джейн беспомощно опустила руки, - у нас же финальный матч по квиддичу…

Только вот отсидок в подземельях вместо тренировок ей не хватало. У нее на носу самая важная, последняя, игра. Она не может…

– Что ж, - Слизнорт поджал губы, - вам придется постараться успевать и там, и там. Будем встречаться раз в неделю. Первое занятие – сегодня в шесть.

Шумный вздох слева дал понять Джейн всю глубину разочарования Джеймса. В шесть они собирались в Хогсмид.

– Пожалуйста, сэр, можно завтра? – Картер ненавидела просить, но выбора у нее не было. – Сегодня я не могу.

Кажется, Слизнорт получал моральное удовлетворение, обламывая ее, потому что не без ехидства произнес:

– Насколько я знаю, тренировки у Гриффиндора сегодня нет, так что извольте явиться, если не желаете заработать наказание до конца семестра. А теперь – все свободны. Мисс Картер, увидимся в шесть.

Разочарованию не было предела. Выслушивая ругательства в адрес Слизнорта от Джеймса и Сириуса, Джейн пошла на защиту от Темных искусств. Римус всю дорогу пытался встрять с нравоучениями, а Питер ныл, что теперь им придется сидеть в гостиной весь вечер и делать уроки вместо чудной прогулки.