Шрифт:
Сариев Афет Джалилович
Подопечный Перуна. 1.
Аннотация: ЛИТ РПГ
Книга I.
Тарвирия - край людей.
Пролог.
В приемной заместителя министра по высоким технологиям чинно восседали в ряд шестеро представительных мужчин. Все в строгих костюмах, при галстуках, как и должны подчиненные являться на прием к высокопоставленному чиновнику.
У окна за монитором сосредоточенно трудилась миловидная секретарша.
Тишина приемной
Наконец, двери отворились, откуда под окрик: "пошел вон!" ретировался первый посетитель, после чего совсем пропало у администраторов желание быть следующими.
И пока они продолжают ждать позволения войти, нужно успеть сказать несколько слов об управляющих ОКБ "Аркадия" - организация, которая давно уже находится под плотным министерским надзором.
Первым с краю сидит Перумов Николай Николаевич, высокий седовласый мужчина. Является одним из лучших программистов Бюро. Именно его интеллекту удалось на ранних стадиях проекта за отведенный начальством короткий срок окончательно убрать ключевую проблему ими же допущенной оплошности со стыковками зон. Перумов сообразил как спроектировать туннельный переход между зонами. За эту доработку, позволившую в свыше заданные сроки запустить проект, и в целом за незаурядную умелость, ему было доверено администрировать главную первую зону массива данных.
Второй по значительности вклад в "Аркадию" внес Кратович Александр Андриевич, серб по происхождению. Хотя и человек немолодой, но спортивно подтянутый, энергичный. Возможно, даже чересчур энергичный. По крайней мере, с его появлением в отделе больше никому не оставалось ни минутки свободного времени. Перегружал всех сотрудников заботами, от которых просто невозможно было отказаться из-за действительной их важности. Будучи тоже программистом высокой квалификации, разрабатывал программное обеспечение контроля за погруженными. Ему безальтернативно сразу же в начале второй стадии прокатки игровой механики предложили администрировать вторую зону массива данных.
Самый пожилой среди шестерых в приемной был всеми ими уважаемый Хромов Сергей Станиславович, в возрасте за семьдесят. Был человеком улыбчивым, с мягким характером и голосом доброго волшебника из детских мультиков. Никогда не видели его сердитым или обиженным, хотя нередко оказывался объектом внимания недругов. Его приветило начальство после того, как гейм-дизайнеры на собрании неожиданно для них прилюдно признали, что их отдел самим фактом существования дизайн-проекта Аркадии обязан только Сергею Станиславовичу. На том же собрании большинством членов управления было принято решение передать его администрированию третью зону массива данных.
Про Борисова Бориса Викторовича можно было сказать прямо противоположное. Под стать своей нескладной, даже, точнее сказать, грубой внешности, был и его характер. В Бюро мало нашлись бы работники, а их было там не счесть, кто пожелал бы с ним перекинуться парой слов по душам. Вечно ворчливый, всем недовольный, мог и матерными словами бросаться
Однако это касалось только его нерабочих отношений с сотрудниками. В ОКБ лучше него не было отладчика программ. С завистью называли его грозой крэш-репортов. В его присутствии не могли случаться аварийные завершения программ. Стоило какому либо отделу впасть в панику, что куча специалистов не понимают, как разрулить исходный код компилятора с возникшим "клопом", а программа уже выдает катастрофное поведение, бросаются к телефону, слезно просят срочно зайти к ним в отдел, спасать ситуацию. На что Борис Викторович обычно реагировал бурно негативно. Обвешивал позвонившего кучей эпитетов, самым приличным из которых бывал "олух". Даст в ухо отбой, но через пару минут сердито залетает в тот отдел, с треском опускается за монитор и с невероятной скоростью зло отстукивает по клавиатуре. А за ним уже стоят сияющие сотрудники отдела. Ведь все исправил, шельма.
Благодарят напрасно. Он так и уходит назад сердитым чертом.
Вот за это прекрасное качество координаторы проекта дружно назначили его администратором четвертой зоны массива данных.
Рядом с ним сидел в приемной Ярославский Пантелей Антонович. Личность незаурядная во всех смыслах. Специалист по любым направлениям, что касается технологий виртуальной реальности. Лично выявлял игровые отклонения по только ему известным признакам работы транспондеров. Одним словом, при нем вся механика Аркадии работала, как швейцарские часы.
Однажды он проработал всю ночь над программным обеспечением важнейшего узла управления УК излучателей, от стабильной работы которых в принципе зависела так называемая временая асимметрия, что было то же самое, что и сама судьба существования виртуальной игры. А утром следующего дня проблемы уже не стало. Тут же программа была тщательно засекречена и представлена в документах Бюро, как достояние республики. Сразу Пантелею Анатольевичу предложили администрировать пятую зону массива данных.
Несанов Руслан Борисович сидел у стены самым последним. Самый молодой администратор в Бюро. Очень приятной наружности мужчина, с тонкими чертами лица. И сразу было заметно, что он человек и восточных кровей. Одевался даже на работу, как другие в театр. Манеры имел соответствующие внешности. А главное, был остроумным собеседником. Все эти качества специалиста по игровой логике, кем он являлся в Бюро, сделали его главным образом любимцем всего женского персонала, многие из которых при встрече с ним напрочь забывали, что он давно женат и хороший семьянин. А некоторые забывали, что они сами уже замужем и дети есть. Уж такой он был скрытый Казанова, никогда этим не пользовавшийся. Но и как сотрудник ему не было цены. Именно он разработал всю логику Аркады. Его заслугой также стала разработка Г-П диалога - прямого общения погруженных и программы, о котором в СМИ писали, как о революции в мире игр с погружением.
Такой подвиг заслужил внимание кураторов, и ему предложили администрировать шестой массив данных.
Так были распределены среди лучших сотрудников ОКБ кураторами из правительства все шесть существующих автономных зон массивов данных, определяющих архитектонику виртуальной игры с полным погружением. То есть, Аркадию. И существует она уже более года.
Где-то ближе к одиннадцати часам прогудел селектор на столе секретарши.
– Слушаю, Федор Рудольфович.
– Пусть заходят.