Поднебесные убийцы

Зверев Сергей Иванович

Юрка Борисенко, карауливший китайца, зверски скучал и тяготился своей вроде и «непыльной», но такой нудной работой. С гораздо большим удовольствием он сейчас бы пошел помогать археологам. Пусть работа и тяжелая, но не в пример этой и веселая, и интересная. Посмотрев на часы, он досадливо поморщился – до того момента, когда его придет сменять Женька, оставалось еще полчаса. Чжу Бао Ху вел себя предельно смирно и попыток освободиться больше не предпринимал.

Неожиданно за кустами послышался приглушенный гомон нескольких голосов, и Борисенко увидел, как на территории лагеря, жизнерадостная

и счастливая, появилась команда Эди. Светуська, отделившись от ликующей толпы, побежала в его сторону, радостно повторяя на ходу:

– Юрка! Мы нашли! Мы нашли! Мы нашли!..

Борисенко, улыбаясь, обернулся в ее сторону и что-то хотел сказать, но не успел. Всего за пару секунд Чжу Бао Ху самым невероятным образом выкрутил руки из тугих веревочных петель, словно в них вообще не было костей и суставов и они могли извиваться подобно щупальцам осьминога. Затем в долю секунды он выхватил из-под одежды увесистый камень, который ухитрился подобрать и спрятать, когда его водили по нужде, и с огромной силой швырнул точно в голову Юрия.

Борисенко, в последний миг заметивший странное движение со стороны китайца, только и успел повернуться в его сторону. Впрочем, это спасло его жизнь, поскольку в противном случае камень неминуемо угодил бы прямо в висок. Отчаянно взвизгнув, Светуська замерла на месте. Замерли безмолвными статуями и все остальные. А Чжу Бао Ху, одним прыжком достигнув Юрки, схватил выпавший из его рук автомат и, наведя его ствол на археологов, зло выкрикнул:

– Лечь и не двигаться!

Подбежав к Эде, он забрал из его рук ларец и, проверив – там ли манускрипт, досадливо обронил:

– Жаль, шум поднимать нельзя, а то всех бы вас тут прикончил! Ладно, живите… Привет майору! Если у него есть желание пощекотать себе нервы, пусть догоняет. Я с удовольствием припомню ему его тогдашнюю «шутку»!..

Бесшумной тенью метнувшись вправо по косогору, Чжу Бао Ху скрылся в зелени кустарников. Опомнившиеся археологи растерянно потянулись к Юрке, который безуспешно пытался подняться с земли. По его лицу струилась кровь, и было видно, что травму он получил весьма серьезную. Подоспевшая Светуська с охами и причитаниями начала обтирать ему лицо носовым платком и зажимать рану на лбу.

Вскоре в лагерь прибежала еще одна группа археологов, в состав которой вошли на добровольной основе и Анна Леонидовна, и Лавров. Они работали на ближнем участке и, услышав непонятные крики, доносящиеся из лагеря, поспешили туда.

Подбежав к Юрке, Андрей с первого взгляда понял, что здесь произошло. Обернувшись к безмолвно толпящимся археологам, он коротко спросил:

– Куда?

Все еще никак не пришедший в себя Эдя ткнул рукой в ту сторону, куда скрылся Чжу Бао Ху. Молча кивнув, Лавров снял с плеча автомат и пружинисто побежал вверх по склону, в гущу кустарников, по едва различимым приметам угадывая маршрут, по которому ушел беглец.

– Ну, теперь уж точно – конец этому шакаленку! – уверенно объявил один из мэнээсов.

– Ты думаешь?.. – кисловато поморщился Рогдай, подошедший еще с одной группой.

– Не думаю, а знаю! – с вызовом усмехнулся тот.

– Парни, атас! В ружье! – сурово объявил Макс Красилин, появившийся

пару минут спустя после Лаврова. – Кости пока нету? Хорошо, появится – передайте, чтобы оставался здесь для охраны. Жень, Тоха – погнали за Батяней!

Спецназовцы, как и Лавров, легко и без натуги побежали наискось вверх по склону горы и менее чем через минуту исчезли за стеной зелени.

– Что здесь произошло? – тяжело дыша, громко спросил подоспевший с прочими участниками экспедиции Петр Михайлович.

– Да вот, этой дуре надо было орать на весь лагерь – «Мы нашли! Мы нашли!», – раздраженно разразился тирадой Эдя. – Юрка обернулся, а этот урод как-то сумел освободить руки и залепил парню камнем по голове. Схватил автомат, заставил нас лечь, забрал шкатулку с манускриптом и смылся…

Он хотел сказать еще что-то, но его перебила Светуська:

– А кто надумал устроить всем «сюрприз»? Мы же тебе говорили – давай Петра Михайловича позовем и всех остальных! – Оставив Юрку на попечение Анны Леонидовны, Светуська выпрямилась и ткнула указательным пальцем в растерявшегося Эдю. – Если бы все сразу пришли в лагерь, то ничего бы этого не было. А теперь из-за твоего идиотского «сюрприза» и парень пострадал, и манускрипт потеряли, и еще кто-то может погибнуть.

– А кто пару дней назад стонал: «Как так можно, как так можно?!!» – сердито посмотрев на девушку, передразнил Григорий Семенович. – Да правильно Андрей там решил – вместе с проводниками надо было похоронить и эту крысу двуногую. Ну уж разве что пристрелить стоило, а не заживо. Сколько он, сучонок, вреда всем нанес! Гуманисты, ёшкин кот…

Тягостно вздохнув – сказанное Дёмин принял и на свой счет, – академик негромко спросил:

– В бочке кроме ларца было еще что-то? Ну-ка, покажите…

«Археобанда» зашевелилась и потянулась к тому месту, где одиноко темнело деревянное изделие, впопыхах всеми позабытое-позаброшенное.

Глава 13

…Лавров бежал по расщелине меж двух высоких утесов и в который уже раз выговаривал себе за то, что не уничтожил этого бандита еще там, на привале, где расстались с жизнью бедолаги Бануш и Темекей. Ну а теперь поди догони его! Если эта тварь еще и по воде начнет следы запутывать, то тогда и вовсе дело дрянь… Самое скверное было то, что недалеко от этих мест к границе России примыкала китайская. Если Чжу Бао Ху ее пересечет – тогда все, труба!

Где-то справа от него должна была остаться Белуха. Но ее из этого ущелья не было видно. Впрочем, и от Белого Оленя даже вершину Уч-Сумера почему-то ни разу увидеть не удалось. Как рассказал Дёмин, при всей мощи и вышине Белухи увидеть ее удается далеко не всякому. Она почти всегда окутана слоем облаков. И лишь тот, кто избран ею самой, удостаивается возможности увидеть одну из самых загадочных гор планеты.

Андрей поднимался в гору и спускался в расщелины, пересекал заросшие кедрачом и вереском долины, перепрыгивал через ручьи… Влекомый пробудившимся в нем чутьем, он, даже не задумываясь, в нужном месте сворачивал вправо или влево и всякий раз убеждался, что идет по нужному пути.