Подмененный
Шрифт:
– Мне нужна связь с командованием, рядовой Драмс, – ледяным голосом, который должен был подчеркнуть, что настроен он серьезно и решительно, произнес лейтенант Манн.
– Ну так сами и попробуйте что-нибудь сделать! – с внезапной злостью огрызнулся Драмс. – Я сделал все, что мог!
Ударив согнутым пальцем по сетевой клавише, он отключил питание рации и, не глядя в сторону лейтенанта, порывисто поднялся на ноги.
– Драмс!..
– Лейтенант! – Плечом вперед Андрей вклинился между командиром взвода и радистом. Голос его вибрировал от пока еще
– Точно! – с энтузиазмом поддержал его Шагадди.
Сидя у костра, он старательно выскребал ножом остатки тушенки, прилипшие ко дну опорожненной им за пару минут банки.
– Это все чертов лес, – продолжил Шагадди, слизнув с острия ножа последнее мясное волокно, которое ему удалось найти. – Нужно убираться отсюда, пока не поздно.
– Я разве спрашивал твое мнение, рядовой Шагадди? – рекином глянул на него лейтенант.
– Да как вам будет угодно. – Шагадди безразлично пожал плечами и бросил безнадежно пустую банку в костер.
Не то с удовлетворением, не то с сомнением он провел ладонью по животу и повернулся к сидевшему рядом с ним Снаттеру:
– Дай закурить…
– Лейтенант, – совсем уже тихо произнес Андрей, – я хотел бы переговорить с вами с глазу на глаз.
– О чем именно?
Оставив его вопрос без ответа, Андрей снял автомат с предохранителя и не спеша направился в сторону от костра. Обогнув огромное дерево, поросшее красноватым лишайником, он внимательно огляделся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, повернулся к последовавшему за ним лейтенанту.
– Я хотел напомнить вам, лейтенант, – все так же тихо произнес Андрей, – что строгий командирский окрик может оказать положительное воздействие только на молодых бойцов, которые пока еще не совсем четко представляют себе, что, когда и в каком темпе нужно делать. Опытные же и хорошо подготовленные солдаты в этом не нуждаются. Ваш крик они воспринимают только как проявление слабости и неуверенности в себе. Поймите, лейтенант, если Драмс сказал, что связаться с командованием невозможно, значит, этого не сможет сделать никто. А то, что вы начали орать друг на друга…
– Сержант! – Во взгляде и голосе лейтенанта было больше удивления, нежели гнева. – Я окончил Военную академию при Генштабе Пирамиды и могу заверить тебя, что мне прекрасно известно, как нужно обращаться с личным составом! Быть может, в разговоре с рядовым Драмсом я был несколько более эмоционален, чем следовало бы. Но это вызвано тем, что названный боец манкирует своими обязанностями! Не нужно быть кудесником для того, чтобы, имея новую исправную рацию, наладить связь!
– Вы же сами видели, что Драмс пытался это сделать…
– Если бы я что-то в этом понимал, то мне во взводе не нужен бы был радист, – не дал договорить Андрею лейтенант. – Но как бы там ни было, я уверен, что все дело в элементарной невнимательности и небрежности рядового Драмса. Скорее всего просто разрядилась какая-нибудь батарея или где-то отошел контакт.
– Лейтенант, я сам видел, как перед выездом
– Ну так пусть проверит ее еще раз!
Андрей тяжело и безнадежно вздохнул.
– Я понимаю, лейтенант, что вам хочется объяснить все происходящее простыми и понятными причинами. Но, вопреки вашему желанию, это не так.
– Что же, по-твоему, здесь происходит?
– Пока у меня нет никаких объяснений. Но с этим лесом и в самом деле что-то не так. Рядовой Гусс убит каким-то совершенно непостижимым образом, связь не работает, из-под деревьев выскакивают странные существа, которых никто никогда прежде не видел… Все мы явно возбуждены и агрессивны… По-моему, этого вполне достаточно для того, чтобы не испытывать далее судьбу, а повернуть назад.
– Типично солдатская логика, – криво усмехнулся лейтенант. – Главное – найти причину, с помощью которой можно объяснить, почему порученное тебе задание осталось невыполненным.
– Вы плохо знаете солдат, лейтенант, – стараясь сохранять самообладание, заметил Андрей.
– Естественно, не так хорошо, как ты, сержант, – с нескрываемой иронией ответил лейтенант Манн. – У тебя с ними, как я посмотрю, просто-таки панибратские отношения.
– Со многими из них я служу уже не первый год.
– Согласно уставу строевой службы, сержант является представителем младшего командного состава! И если он хочет, чтобы подчиненные относились к нему с должным уважением, ему следует соблюдать во взаимоотношениях с ними необходимую дистанцию!..
Андрей чувствовал, как раздражение, давно уже обосновавшееся у него в груди, быстро трансформируется в поток безумной, неудержимой ярости. Он и сам уже не понимал, чего ради начал этот разгвор. С чего у него вдруг могла появиться уверенность в том, что ему удастся убедить лейтенанта Манна пересмотреть свои взгляды на взаимоотношения командира с подчиненными внутри взвода? С таким же успехом можно было рассчитывать разбить кулаком чугунную балку…
Четко Андрей сейчас понимал лишь одно – если не положить конец этому разговору прямо сейчас, то закончиться он может разве что только тем, что приклад его автомата войдет в тесный контакт с прикрытой каской пустой головой лейтенанта. Желание объясниться с командиром взвода тем же способом, каким он утром вправил мозги Шагадди, становилось все более жгучим. Андрей уже ощущал горячее покалывание в ладонях, которые сами собой сжимались в кулаки, а идиот с нашивками лейтенанта, стоявший перед ним, как будто даже ничего и не замечал…
– Возьми себя в руки!
Это был мысленный призыв Дейла.
– Что происходит, Дейл? – с отчаянием спросил его Андрей.
– Не знаю. Но я чувствую, как ты теряешь над собой контроль.
– Черт возьми, я и сам это чувствую!.. Но что мне делать?..
– Ты находишься в более выгодном положении, чем остальные, – у тебя есть дублер, который постоянно контролирует твои действия. О том, что с тобой что-то не в порядке, я смогу предупредить тебя прежде, чем процесс приобретет необратимый характер.