Подмена
Шрифт:
– Эй, ведьма, иди сюда, согрею тебя. – Тихо пробасил он. Я замотала головой и покраснела, мужская забота это то, к чему я не смогу привыкнуть. Доброе отношение моих сопровождающих меня поражало. Раньше от мужчин я не получала ничего кроме оплеух и угроз. Сейчас же, было неловко и стыдно принимать заботу Бьярне, кто он мне? Просто провожатый, чужой мужчина. Я терялась, и не могла вымолвить слова.
– Ты боишься? – удивился он. – Да брось. Мы с Вернером, попеременно греем тебя весь путь. Ты как Куида, наша сестра, слабая и беззащитная.
Он говорил беззаботно, а я похолодела внутри. Когда такое было?
Беспокойный сон прервало осторожное прикосновение к плечу. Еще не рассвело, серые предрассветные сумерки были холодными, я ежилась лежа укрытая плащем. Воинов нигде не было. Похоже, они прочёсывали местность поблизости. Проводник, скрючившись, тянул ко мне свою покрытую болячками ладонь.
– Ведьма. - хрипел он. – Идём со мной, я нашел то, что тебе нужно. Скорее пойдем, «дух волка» зацветёт на рассвете.
Я испугалась сначала, мои сопровождающие куда-то запропастились, а незнакомцу веры нет, кто знает, что ему нужно. Но услышав о заветном растении, засомневалась. Идти, не идти? Ведь если я с рассветом смогу собрать цветы, а затем побеги, листья и коренья, мы сможем, наконец, отправиться в обратный путь. Резво подскочив, подхватила котомку и шагнула к незнакомцу. Всё мои мысли, были сосредоточены на искомом. Хромая, проводник вел меня к узкой тропе, где если зазеваешься и оступишься то, точно плюхнешься в гнилую воду. Чьи мутные просторы, занимали почти всю площадь болот. Тропа была не устойчивой, словно искусственно проложена на поверхности воды. Я осторожно шла за провожатым, пытаясь удержать равновесие. Вышли мы на небольшом острове, у берегов которого, буквально булькала вода. Вонь здесь, была особенно сильной, но меня поразила не вонь и не идеально округлый клочок суши, а покосившийся дом, из трубы которого шел легкий дымок.
– Вы обещали мне показать нужные травы! – я оглянулась на проводника. – Куда вы меня привели? – тутже возмутилась.
Нож для сбора растений, удобно лег в ладонь, я с решимостью сжала рукоять, зная, что при малейшей угрозе, пущу его в ход. Внутри закипала злость. Накопившееся за годы обиды, что не имели выхода, готовы были выплеснуться сейчас. Я уверенно могла сказать, что хромой, горбатый незнакомец, меня не одолеет. Сопротивляться двуликому, равносильно тому, что бы дразнить свирепого зверя, сунув ему свою голову в пасть. Одолеть не одолеешь, а разозлишь это точно. Но сейчас, точно смогу себя защитить.
Мужчина хрипло засмеялся и откинул капюшон. Я была рада, что еще не успела позавтракать, ибо содержимое желудка очень настойчиво просилось наружу. На еще живом лице, чернели прогнившие щеки и нос, вместо которого были две рваные дырки. Верхней губы не было, и желтые зубы были постоянно обнажены. На голове волосы отсутствовали клоками, а в проплешинах виднелись белые кости черепа. Трупный запах стал невыносимым, глаза заслезились, и я отшатнулась, напуганная зрелищем. Живой мертвец, хрипло захохотал и отвесил глубокий поклон.
– Я привел девчонку, госпожа. –
– Хорошо, не пугай нашу гостью. – Глубокий женский голос, прозвучал за моей спиной и я, подпрыгнув, обернулась к старой хижине. На пороге стояла дряхлая старуха, растрепанные седые волосы торчали из-под платка. Серый балахон и темная накидка, были изорванные и заношенные. Она улыбнулась мне щербатым ртом. Но пугал не вид оборванной жительницы болот, а её глаза. Они светились в темноте зеленным светом, пронизывая меня насквозь. – Ну здравствуй Атира, долго же ты шла в гости к своей бабуле. – усмехнулась она.
Я онемела. Бабуля? Поразительным было то, что я знать не знала, о ней. Всегда была уверенна, что у меня кроме отца, брата и сестры, никого нет. А в последние дни поняла, что и их, у меня нет. Но бабуля? Это ошеломило меня, пригвоздив к месту.
– Ну, что ты встала как вкопанная, пошли в дом. – старуха махнула костлявой рукой, и побрела в глубь покосившегося дома.
Я пошла вслед за ней не зная чего мне ожидать. Внутри пахло затхлостью и тленом, отпечаток мёртвой магии был на всём что находилось в пределах её досягаемости. Старя ведьма, сидела на стуле, около полуразвалившегося очага, и смотрела на огонь.
– Входи скорее, мало времени у меня осталось. – прохрипела она.
Я неуверенно приблизилась к ней. Сморщенное лицо казалось, осунулось еще больше. Тонкая кожа, словно папирусная бумага, натянулась, когда женщина растянула губы в широкой улыбке.
– Вот ты и пришла ко мне Атира. Я боялась, что ты не успеешь к ночи полной луны.
– Вы и правда моя бабушка? – недоверчиво заговорила я.
– А как же! Кровь одна, ведьмовская. – хрипло рассмеялась она. – Я ждала тебя, все силы почти ушли, но искорка одна всё держится.
– Зачем ждали?
– спросила опасливо.
– Передать дар.
– Дар? – удивилась я. Эта странная старуха и пугала, и вызывала интерес во мне.
– Да, дар ведьм. Когда альфа клана серых пришёл ко мне запертый в волчьем обличии, мы заключили сделку. Никто добровольно не придет к ведьме живущей на мертвых болотах, только отчаявшийся.
– Вы заключили сделку с моим дедом? – неверяще спросила я. Все, что знала ранее, менялось и оказалось ошибочным. Как много взрослые утаивают от детей, желая уберечь их от жестокой правды жизни?
– Да. Я вернула презренному псу его человеческий облик. А он позволил мне зачать новую ведьму. – она горько засмеялась.
– Но только не все волки честные, не все держат своё слово. Родив ему дочь, я была изгнана с земель клана. Марволо обещал что перегрызет мне глотку, если я приду забрать его дитя. – злой смех перешел в кашель. – Но и мой час настал. Я отступила тогда, зная, что новая ведьма родиться на свет, я ждала этого момента полвека. Всегда знала, что когда ты будешь готова, судьба приведет тебя ко мне. Ты! Ты единственная кто сможет сорвать печати Мёртвых лесов. В твоей власти будет мир, и война. Ты можешь открыть дверь и выпустить зло! Ты сможешь сделать всё, что пожелаешь! Тебя будут любить! Тебя будут бояться! Тебя будут боготворить! – она поднялась, глядя на меня с фанатичным огнём в глазах. А я ошеломленная её словами, находилась в растерянности. Не зная, во что верить. Всё что я знала раньше, было ложью.