Подкидыш
Шрифт:
— Это точно. — Граф сорвался с места и схватил ее в объятия.
— Я девушка честная, — пискнула девица.
«Поздно». — В голове Айри возник образ Тича, ворующего на кухне трактира колбасу.
Действительно, было поздно. Она добилась своего. Писатель наконец в нее влюбился. Окончательно и бесповоротно. Раз и навсегда. Он, как и его отец, был из породы однолюбов…
35
Разбудил Вику деликатный стук в дверь.
— Госпожа Айри Победительница, — послышался
Вика оторвала голову от подушки, с недоумением оглядела полутемное помещение, освещаемое лишь узкой полоской солнечного света, пробивающегося сквозь неплотно сдвинутые шторы, потрясла головой.
— Я что, опять сплю? — сердито вопросила она пространство.
Она точно помнила, что видела эту комнату во сне. К ней еще какой-то ненормальный приставал со своими бумажками.
— Госпожа Айри, — в дверь опять постучали, — поверьте, мне очень не хочется вас беспокоить, но император желает с вами побеседовать, а заставлять себя ждать венценосных особ считается верхом неприличия.
— Какой еще император? — досадливо спросила Вика.
— Его величество Карл Первый.
Вика еще раз потрясла головой, ущипнула себя за голую пятку.
— Больно. Значит, не сплю.
Девушка снова огляделась в поисках какой-нибудь одежды. Ее камзол для верховой езды лежал на стуле рядом с кроватью. Чья-то заботливая рука аккуратно сложила его, а не бросила, как это обычно делала сама Вика, по привычке. Аккуратностью юная хулиганка никогда не отличалась, за что постоянно получала выговоры от мамы и веселые, с долей одобрения взгляды от папы. «И почему ты не родилась мальчишкой?» — с деланой укоризной восклицал он в таких случаях. Он очень хотел сына, а получил Вику. Так что его желание выполнилось лишь наполовину.
— Так что мне передать императору? — не унимался невидимый собеседник за дверью.
— Я сама императрица, — пробурчала себе под нос Вика и уже громче крикнула: — Ладно, сейчас буду.
Ей вдруг зверски захотелось есть. С чего бы это? Девица и не подозревала, что она не ела уже более двух суток. Вика поднялась с кровати и начала одеваться, лихорадочно прикидывая, что же с ней произошло. Судя по всему, во что-то вляпалась. Похитили? Взяли в плен? Но почему тогда не связана и не в цепях? И кадр этот за дверью ведет беседу как-то робко, словно чего-то опасаясь. Значит, не пленница. А кто тогда? К черту! Император хочет побеседовать? Прекрасно. Вот у него-то все и выясним. Главное, подкрепиться. Конкретно так пожрать, а там уж видно будет.
Закончив туалет, девица вышла в коридор, где ее ожидал мужчина лет тридцати в форме капитана серой гвардии. Он стоял перед ней навытяжку с каменным лицом, но смотрел на нее как на какого-то диковинного и очень опасного зверя, которого лучше понапрасну не сердить, а еще лучше было бы вообще не будить. Вика прочла это в его глазах, так как отчетливо видела плескающийся в них страх. Этим надо воспользоваться, сообразила девица.
— Ну и где там ваш узурпатор? — нахмурив брови, спросила она. — Мне тоже есть о чем с ним поговорить.
— Прежде
Слова капитана заставили девицу гордо вздернуть носик к потолку. Ее тут боятся. Конкретно боятся, а значит, шансы есть, и шансы неплохие.
— Ну надо же, какой перестраховщик. И как вы его терпите? Ладно, не парься, капитан. Слово даю, что сразу не убью. Сначала выслушаю, а потом посмотрим.
Судя по всему, такой вариант капитана устроил. Он отвесил ей легкий поклон и двинулся в сторону обеденного зала, располагавшегося на первом этаже.
При виде входящей в пиршественный зал девицы император поспешил подняться и жестом предложил подсаживаться к столу, накрытому на двоих.
— Рад видеть вас, Айри Победительница. Давно хотел познакомиться, и вот вы здесь. Какое счастье! Позвольте представиться: император Фарландии Карл Первый.
— Слишком длинно и напыщенно. — Вика плюхнулась в кресло и царственным жестом разрешила сесть старику. — Я буду звать вас узурпатор. Это короче и гораздо ближе к истине. Я человек без предрассудков, так что меня можете называть просто императрица. Ну будем считать, что познакомились, официально друг другу представились, а теперь можно и пожрать.
Девушка подтянула к себе самое большое блюдо, сцапала со стола вилку с ножом и атаковала аппетитно прожаренный кусок мяса, по манере приготовления напоминающий стейк.
— Пожрать… — насмешливо сказал Карл. — Однако манеры у вас, императрица, оставляют желать лучшего.
— Што делать? — прочавкала девица. — Трудное детство. В лешу вошпитывалась.
— В лесу? — радостно спросил Карл.
— Вашими жаботами, ваше бывшее велишештво, — кивнула Вика, стремительно насыщаясь.
Стейк она умяла в пять секунд, отвалилась от стола и насмешливо посмотрела на внимательно изучающего ее старикашку, наслаждаясь наступающей сытостью.
— Ну и что вы хотите предложить мне за свою жизнь, узурпатор? — весело спросила она, решив, что если уж наглеть, то наглеть по полной программе.
— Я бы поставил вопрос иначе, — принял правила ее игры Карл. — Что вы можете предложить мне за жизнь вот этого молодого человека?
Император хлопнул в ладоши, и два дюжих гвардейца втащили в обеденный зал Гийома. За его спиной поспешал третий гвардеец. Одна его рука держала принца за волосы, оттягивая голову назад, в другой руке был нож, приставленный к горлу Гийома.
Виктория узнала его сразу, несмотря на разукрашенное кровоподтеками лицо и недостойное принца крови характерное амбре, от которого в носу свербело. Содержание пленника в хлеву давало о себе знать. Вика была девочка умная, воспитанная на жести русских и американских боевиков, а потому твердо знала: распустишь сопли — все! Пиши пропало.