Подиум судьбы

Юлина Юлия

И все-таки до последнего я не верила, что мы поедем. Правда, Шериф больше не приставал, хотя глядел на меня презрительнее, чем раньше. Моника-Клинтон распорядилась выдать заветный сертификат о прохождении трехмесячных курсов в «Прада-да!» мне, Эстер и, к моему большому удивлению, Мирабелле. Та, видимо, успевала везде и со всеми.

Паспорта мы отдали для оформления. И – три дня тишины и отдыха.

Спа-процедуры, многочасовой сон помогли быстро восстановиться. Связалась с Базиком, поговорили по скайпу. Он остался доволен

моим внешним видом, даже похвалил. Я предложила устроить рекламную кампанию во Франции нашего Партнерства. Базик усомнился, что при моей загрузке и напряженном графике мне удастся что-то сделать, но обещал завезти визитки на английском и французском языках с новым логотипом Некоммерческого партнерства «Окружающая среда». Очень красиво смотрится символ – моя идея – дельфин на золотистом фоне.

* * *

Наконец позвонили из модельного агентства – меня официально приглашают принять участие в показе во Франции! В одном из парижских дворцов! Я верила – и не верила. С того дня, как нам сделали визу, уже прошло три месяца. Правда, за это время я приобрела неплохой опыт подиумной модели. «Париж – это очень круто!» – вслух напевала я. Это же родина моды. Это, на минуточку, – Nina Ricci, Louis Vuitton, Chloe, Balmain, Celine, Chanel, Elie Saab, Cristian Dior… Французская федерация высокой моды ждет меня!

Я в модной индустрии всего полгода (правда, школили нас жестко!). И вот меня включили в число счастливчиков! Правда, это все Моника-Клинтон, спасибо ей! «А ведь если бы я не ушла тогда из стриптиз-клуба, ничего бы не было!» – подумала я. Вывод: никогда не бояться отстаивать себя и не терять чувство собственного достоинства. «И плевать на всяких похотливых и злобных Шерифов. Их дорогие показы – ничто по сравнению с Парижем!» – резюмировала я свое умозаключение.

Хоть я и не фанат всяких брендов (так, самую малость, как любая женщина), но… Франция, Париж!!! Ух ты!

Уже есть билеты! Завтра за мной заедут и повезут в Шереметьево!

Базик пожелал мне удачи!

А Сергей… Сергей почему-то сказал: «Будь осторожна!»

Ну, посмотрим! У меня предвкушение чего-то необыкновенного!

Эпизод 3

Увидеть Париж и не умереть

«Эр Франс» не подвел! Я в Париже! Потрясающе!

Я впервые попала в столицу моды. Нас привезли из аэропорта Шарль де Голль всей группой: Клинтон-Моника, несколько девушек-моделей и менеджер Леся, которая знает пять языков. Водитель минивэна – молодой араб, которого почему-то зовут Томас. И он совершенно лысый!

Все организовано по высшему классу. Центр города, Леся говорит, что Лувр и парк Тюильри совсем рядом, не надо далеко ездить. У меня хороший номер (single) в старинном отеле «Нормандия», и нам предстоит показать себя с самой лучшей стороны.

Париж в сентябре… он прекрасен, и, пожалуй, это лучшее время, чтобы посетить город. Летняя атмосфера еще сохраняется… но ощущение осени уже витает в воздухе. Париж в сентябре – это мягкое тепло осеннего солнца, это пение птиц в парках и садах,

это благоухание самых разных осенних цветов и шум музыкальных фонтанов.

Насладиться всем этим в полной мере я не успела. Моника, кажется, недовольна, так как все время ведет переговоры по мобильнику и опять стала похожа на прежнюю Монику-Клинтон. Надо учить французский, здесь не все рады показать знание (и понимание) английского языка. Леся говорит, что нужно для хорошего отношения сунуть на ресепшене купюру в пять – десять евро. Причем изящно и непринужденно, с улыбкой… «Как-то странно, неужели это в Европе? Или они вообще не любят выходцев из России?» – я пыталась проанализировать тонкости менталитета.

Леся повела нас в ближайшее кафе, предупредила, что завтра начнется плотная работа. Заказала всем что-то легкое, наверное, французское (точно не лягушачьи лапки, мы проверяли!), плюс йогурт. И еще мы втайне съели по круассану – это было очень и очень вкусно!

Моника ждала нас в отеле, судя по всему, в состоянии тщательно скрываемого бешенства – она это умеет. Но, видимо, дело было не в нас, так как она лишь проследила, чтобы мы разошлись по номерам, заперлись изнутри и улеглись спать. И предупредила стальным тоном, что завтра утром разбудит, а завтрак – шведский стол – будет в отдельной комнате внизу.

Кровать была широкая и не совсем удобная, спинки – с настоящими латунными шариками, как в старых французских фильмах, кажется, про Фантомаса…

Все стихло, свет я погасила – и заснула.

* * *

БАМ!!!! Что такое, что случилось – непонятно! Что-то упало сверху – дверь, что ли, выбили?

Слышны громкие разговоры, даже ругательства, что, почему, зачем – не разберешь!

Звон, топот, женские крики… Кажется, зовут полицию?

Такое впечатление, что вот-вот провалится потолок и все, сколько их там есть, окажутся в моем номере и, может быть, даже в моей кровати!

«Безобразие, будто и не уезжала из Москвы! А еще заграница, Евросоюз, цивилизация! Учат нас жить, а сами! У меня же завтра модное мероприятие! – бормотала я недовольно. – Да что же это за визг, кого там режут?! Нельзя столько и так долго вопить на одной ноте! Заткнулись бы уже!»

Неожиданно сбоку, за стеной раздался стук, а потом довольно четкий голос Эстер:

– Алиса, ты спишь? Что это? Мне страшно!

Оказывается, в этом роскошном отеле стены не такие толстые и надежные, как это могло показаться. И звукоизоляции маловато – а пожалуй, и совсем нет.

Тем временем к Эстер уже постучалась Мирабелла. Так мы втроем и общались через стены, как революционеры в тюрьме. То есть в Бастилии, если не ошибаюсь. Аеся ночевала в другом месте, а мобильный Моники-Клинтон не отвечал. Наверняка выключила – и правильно сделала. Мы кстати, сообразили, что тоже не знаем, остановилась она в «Нормандии» вместе с нами или отправилась по своим делам. Эстер сказала, что наша предводительница не первый раз в Париже и вообще летает сюда довольно часто. И, как ей кажется, не только для модных показов.