Подъем
Шрифт:
— Так как я выгляжу? Только честно! Возможно, я больше никогда не пойду под венец, так что для меня безумно важно быть на высоте! — вставая в самом центре гостиничного номера, где мы с ней провели минувшую ночь, интересуется у меня девушка, приводя окружающих в ужас подобным заявлением. — Что? Не надо делать такое удивленное лицо! В отличие от тебя, я не собираюсь жить в ванильных фантазиях о нерушимости брачного союза с мужчиной, который хоть и довольно неплох, но все же ничем не отличается от любого другого самца!
— Ты невыносима!
— Я реалистка! От появления любовницы никто не застрахован. Так
— Очень на это надеюсь… Иначе, я ему не завидую!
— Слушай, Медведева, не думала, что когда-то тебе это скажу, но ты ужасная зануда! Благодари Бога, что он свел нас с тобой, иначе ты бы покрылась плесенью в своем углу в полном одиночестве! Время?
— Двенадцать, нам нужно выходить через пять минут, — вставая со своего места, сообщаю Свете, и все же бреду к огромному зеркалу, проверить безупречность своего макияжа. — И я не скучная, а вполне обычная вменяемая женщина! А вот тебе не мешало бы провериться…
— Глупости, со мной все в порядке. Хотя, мое отрицание вечной любви и способно вызвать подозрения…
— Знаешь, когда ты каждую неделю влюблялась в нового парня, ты мне нравилась куда больше.
— Мне было двадцать, — обнимая меня за плечи, защищается девушка, растягивая губы в улыбке. — И мой самый головокружительный роман закончился двумя полосками на тесте. Так что, прости, но Лешин побег меня отрезвил…
— Ладно, Иванова, поехали в загс, пока твой жених не понял на какой змее решил жениться.
— С удовольствием, — целуя меня в щеку, весело смеется она, направляясь к двери, чтобы через сорок минут, наконец, распрощаться со своей девичьей фамилией, незаметно смахивая слезы с ресниц, под чуткими взглядами присутствующих…
— По-моему, они здорово смотрятся вместе, — обращается ко мне Егор, свидетель со стороны жениха. — Я думал, что Дима так и умрет заядлым холостяком.
— Не поверишь, Светкин брак и для меня — удивление.
Я отпиваю шампанское, чувствуя, как меня оставляет смущение и зажатость, смело расправляю плечи, прекрасно зная, что мое декольте оставляет слишком мало места для фантазии, и ловлю себя на том, что впервые за долгое время хочу танцевать и ни о чем не думать.
— Ну что, повеселим толпу? — словно прочитав мои мысли, протягивает мне руку мужчина. — Все, кому довелось со мной танцевать, уверенно заявляли, что у меня обе ноги левые.
— И что, тебя это совсем не пугает? — принимая его приглашение, отмечаю, насколько мозолистые ладони у моего кавалера. — Или ты надеешься, что все они заблуждались?
— Нет просто я уже много выпил, — смеется Егор, привлекая меня к себе и начиная неуверенно покачиваться в такт музыке. — Когда я под градусом — мне море по колено.
Я прикрываю глаза, вдыхая терпкий запах мужского парфюма, невольно задумавшись над тем, как давно не чувствовала горячих пальцев на своей спине, и позволяю ему вести меня в танце, не обращая внимания на то, что он уже трижды наступил на мою туфлю.
— Прости, я тебя честно предупредил, — вновь задевая носок моей обуви своим кожаным ботинком, улыбается рядом с моим ухом, посылая по коже мурашки своим теплым дыханием.
— Брось, все не так страшно, как сначала казалось.
— Я всегда знал, что мою неповоротливость явно
— Двенадцать лет. Мы вместе учились и делили комнату в общежитии. А вы с Димой?
— У нас все куда банальней — выросли в одном доме, так что считай, что мы дружим с пеленок. После развода с Алиной, я уже и не надеялся, что когда-нибудь буду отплясывать на его свадьбе. Думал, что брак с первой женой оставил настолько неизгладимые впечатления, что его и на пушечный выстрел к загсу подойти не заставишь.
— Он тяжело пережил развод?
— Нет, скорее он вкусил все прелести совместной жизни с законченной эгоисткой. Развод был для него избавлением от ее постоянного недовольства. Нет, она, конечно, была красавицей, кормила его на убой и дома всегда царил порядок, но с характером ей явно не повезло… После последней ссоры Митя наплевал на все, собрал вещи и подал на развод. Оставил ей все, что они нажили, и зарекся когда-нибудь связывать себя узами.
— Да, уж. Невесело.
— Не говори. Надеюсь, что со Светой он будет куда счастливей.
Я вновь усаживаюсь за столом, поддерживая гостей, уже во всю кричащих «Горько!», и остаток вечера провожу за разговорами со своим новым знакомым. Может быть, подруга права, ругая меня за мою отчужденность, высмеивая мои чопорные взгляды на жизнь? Рядом приятный собеседник, пусть и не такой красивый и подтянутый, как бывший муж, без автосервисов и кафе, без огромных сумм на счетах. Простой работяга, с шершавыми пальцами, обезоруживающей улыбкой и явно читаемым интересом к моей скромной персоне. Стоит лишь протянуть руку, коснуться его предплечья, сдобрив эффект томной улыбкой и, вполне возможно, что завтрашнее утро я встречу в его компании. Он заварит нам растворимый кофе на своей маленькой кухне, наденет джинсы, заношенную любимую футболку и спросит, не хочу ли я повторить нашу встречу… Ведь так происходит в обычной жизни? Так заводят романы и путем проб и ошибок отыскивают среди городского населения подходящую партию? Боже, наверно, мне стоит воздержаться от очередного бокала шампанского, поскольку мое затяжное одиночество под натиском пузырьков в бокале так и подталкивает к безрассудству…
— И я решил, что больше никогда не сяду на мотоцикл. Провалялся на больничной койке три месяца и с тех пор от одного вида капельниц меня бросает в пот, — болтает без остановки друг жениха.
— А я ни разу не сидела на байке, — поедая виноград, делюсь своим упущением. — А мне ведь тридцать! Боюсь, в старости мне будет нечего вспомнить. Прилежная ученица, гордость родителей… Хотя, однажды, на первом курсе, я отплясывала с Ивановой на барной стойке. Правда, так поступали многие, в том баре это часто практиковали…
— Так, значит, ты оторва?
— Ага, еще какая, — смеюсь над своими воспоминаниями. — Думала, что умру от стыда, когда утром мне в красках рассказывали, как нелепо я смотрелась на фоне других разгоряченных студенток.
— Уверен, что ты произвела фурор! Может, сходим как-нибудь вместе? Дашь мне мастер-класс, сама ведь заметила, что у меня с этим явные проблемы.
— Нет, даже не проси! — с ужасом восклицаю я. — Я в завязке.
— Тогда кино? Или ресторан? — не унимается Егор, сокращая расстояние между нами.