Поддаться

Джозеф М. Р.

— Я не могу быть вдали от тебя в течение дня, как мы собираемся сделать это сейчас? Я никогда не делал этого раньше.

Она молчит. Берет меня за руку и ведет к задней двери, вниз по ступенькам к причалу.

Здесь наше место, наше убежище. Это место принадлежит нам.

Харлоу отпускает мою руку, чтобы сесть на один из наших специальных стульев, с нее соскальзывают ботинки один за другим… медленно. Ее ноги по обе стороны от моих, я чувствую тепло между ее ног сквозь свои джинсы, и это потрясающе. Ее ванильный аромат охватывает мои чувства, ее волосы щекочут мою руку,

ее тело щекочет мою плоть. Она начинает тереться о мои колени, обхватив шею, кусая и облизывая кожу. Она дышит мне в ухо, уверяя, что нет повода для переживаний.

— Мне нужно, чтобы ты выслушал меня, Круз. Думаю, я знаю тебя лучше, чем ты сам, и ты будешь в порядке. Поверь мне, поверь в нас, и давай выжмем максимум из того времени, которое у нас будет. Пусть все встанет на свои места, и посмотрим, что будет дальше. На этот раз я собираюсь рисковать. Ты научил меня этому. Я поняла это, когда ты заставил меня окунуть пальцы в воду.

Ее слова тают во мне, и уже она превращает меня в нечто. Вот уж никогда не думал, что буду вести себя как цыпочка.

— Сейчас я отдам столько себя, сколько смогу, Репка. Это так ново для меня, но это чувство вызывает привыкание, и не хочу, чтобы оно закончилось, так что давай просто окунемся и посмотрим, что произойдет.

Она целует мои губы и кивает:

— Согласна, — шепчет мне в рот.

Напряжение скатывается с меня, и мы возвращаемся к поцелуям… Харлоу рукой блуждает по моему телу, поднимает рубашку, прикасается к моей коже, и все так чертовски великолепно ощущается. Я с трудом выношу это. Ее прикосновения посылают миллион крошечных электрических волн сквозь меня, раз за разом.

Ее трения о мою промежность болезненны, но приятны, и я хочу большего. Мне нужно взять ее.

Сейчас.

Поднимаю ее рубашку, ощущая гладкость живота на кончиках пальцев, и снимаю ее через голову. Отбрасываю в сторону, ее грудь практически готова вывалиться из черного кружева бюстгальтера, который сдерживает их. Смотрю на нее, ожидая согласия. Ее глаза говорят «да», поэтому продолжаю. Ее великолепные соски твердеют, чуть ли не умоляют о моем рте, что я и делаю. Один за другим, начинаю сосать их, гладить своим языком под стоны Харлоу. Ее руки все еще находятся над головой, но голова откинута назад, обнажая длинную шею. Я выпускаю сосок и начинаю атаковать ее шею, слизывая соль, пробую ее на вкус, желая больше.

— Я так долго ждал этого, Репка. Полтора года — это чертовски много без тебя.

Она смотрит в мои глаза соблазнительным взглядом, это самая сексуальная женщина, которую я когда-либо видел.

— Ну, тогда чего ты ждешь?

И это все, что было мне необходимо, чтобы наконец-то оказаться внутри того, что принадлежит мне. Она перевернула мой спокойный мир с ног на голову за считанные месяцы.

Приподнимаю ее, обхватив за задницу руками, стаскиваю шорты и добираюсь до черных трусиков. У меня было это раньше, но теперь все по-другому. Это не незнакомка, которую я собираюсь трахнуть, это девушка, которая правит моим миром.

Не знаю, как это делаю, но мне удается держать Харлоу одной рукой и медленно исследовать контуры ее уже мокрых трусиков другой. Уже

предвижу, что под ними.

— Прикоснись ко мне, Круз. Я больше не могу этого терпеть. Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне.

Скольжу пальцами по подолу и чувствую ее влажность там, умоляющую меня, поэтому даю ей то, что она хочет, то, что ей нужно, то, что мне нужно.

— Боже, — она стонет, когда мои пальцы вторгаются в нее.

Ее хватка усиливается, меня это удивляет, потому что она такая маленькая. Я наблюдаю за ее лицом, увеличивая темп, и наблюдаю, как она пролетает через край, и это чертовски великолепно, и она моя.

Ее дыхание учащается, мои пальцы мокрые от ее освобождения, и теперь мне нужно оказаться в ней.

Сажусь в кресло, оставляя ее стоять голой под лунным светом, отражающимся от вод залива. Не думаю, что когда-либо видел что-нибудь такое же прекрасное в своей жизни. Ее идеальное лицо. Длинные волосы падают на плечи, закрывая контур ее великолепных сисек. Я медленно спускаю штаны, мой член выскакивает. Я тянусь за презервативом, надеваю его и опускаю малышку на себя без предупреждения. Жара, исходящая от ее киски, ее тела против моего, делает меня возбужденнее, чем когда-либо.

Потому что я чувствую. На этот раз что-то чувствую. Не желание свалить, как обычно, а какие-то другие вещи, связанные с ней, на которые я никогда не знал, что способен. Стараюсь не торопиться, Харлоу поднимается и падает на мой член. Медленно она принимает меня, дюйм за дюймом, но это чувство настолько великолепно, что я не уверен, что долго продержусь. Наши губы едва двигаются друг против друга, и звуки плоти против плоти смакуются, потому что я чувствую себя слишком хорошо и не хочу, чтобы это закончилось.

— Я скоро, Репка, держись за меня, хорошо?

Она кивает, не в состоянии говорить, и это то, что я считаю самым сексуальным. Харлоу даже не может говорить.

Поднимаю ее вверх и вниз на себе еще несколько раз, сжимая ее бедра, и разминаю кончиками пальцев ее кожу. Чувствую ее хрупкие косточки под своими ладонями.

Это ложь. Если память меня не подводит, я делал это, полтора года назад. Нельзя забыть что-то подобное. Харлоу падает на меня, и нет слов, есть только звуки глубокого дыхания, исходящие от нас обоих. Я прижимаю ее близко к себе, не желая отпускать… никогда.

— Я уезжаю в понедельник, — она говорит, заставляя меня хотеть обнять ее еще крепче.

— Завтра уже воскресенье.

Молчание. Только тишина. Харлоу отскакивает от меня и надевает платье. Она убеждала меня волноваться, но ее молчание заставляет думать иначе. Одеваюсь, встаю рядом с ней. Обнимаю ее за талию, и мы смотрим на освещенный луной залив.

— Подойди поближе, — подталкиваю ее.

— Давай немного поспим.

Мы возвращаемся в дом, в мою комнату. Не утруждаем себя тем, чтобы раздеться. Просто ползем под простыни, и я прижимаю Харлоу спиной к своей груди. Наши ноги переплетены, и это необычное, но самое приятное чувство, которое я когда-либо ощущал. Мне это нравится. Как обнимаю ее за плечи и аккуратно прикасаюсь к шелковым волосам, слышу изменение ее дыхания и понимаю, что она уснула.