Подарок
Шрифт:
***-
В гостиной, отведенной для фотосессии, царила нервозная атмосфера. На одном из диванов восседал заказчик-поставщик универмага «Хэрродс», а возле него с совершенно невозмутимым видом примостилась длинноногая Монна. Все стало ясно как божий день, наглая девица прикатила вместе со своим стареющим плейбоем, несмотря на то, что вчера сорвала съемки.
— Я все понимаю сэр, но платье уже подогнано под Викторию, новая переделка будет стоить нам времени. А ткань! Она будет окончательно испорчена! Я не пойду на такое варварство! Мэттью
Фотограф ворчал что-то себе под нос. Он, мягко сказать, тоже был не в восторге от появления «любимой» модели.
— Если Монна не возражает, мы снимем ее для другого постера, — с порога объявила Виктория, испепеляющим взглядом посмотрев на нее. — Я, как координатор проекта, не могу допустить провала съемок!
Монна недовольно фыркнула и, ехидно улыбнувшись, посмотрела на своего спутника:
— Но мы так не договаривались! — капризно протянула она.
— Ты права, Монна, мы не договаривались о том, что вся съемочная команда будет ждать тебя целый день, а ты даже не соизволишь ответить на звонки!
— Согласитесь, что время — деньги, а наше пребывание здесь — недешевое удовольствие, — подчеркнула Виктория, обращаясь к заказчику. — Если мы займемся повторной подгонкой платья и отправим в мусорку отснятый вчера материал, считайте, что вы зря потратили приличную сумму.
Повисло напряженное молчание, но спустя несколько минут Вик поняла, что победа за ней. Заказчик вздохнул, понимая правоту ее слов, и высказал свое решение:
— У Вас очень деловой подход, нельзя с этим не согласиться. Но Монна не должна потерять возможность участвовать в проекте, она звезда нашей рекламы. Вы же найдете для нее достойную роль?
— Мы обязательно что-нибудь придумаем! А сейчас позвольте нам начать работу.
С этими словами, Виктория направилась к Энтони, который с замиранием сердца ожидал развязки этого диалога.
— Я думаю пора готовиться. Где там вчерашнее орудие пыток? Будем перевоплощаться в кисейную барышню, — сказала она стилисту, обрадованному удачным исходом щекотливой ситуации,
— Ну вот! Я всегда говорил, что у тебя королевский характер! Да, кстати, сейчас должны привезти деток. Это мой племянник и дочка Скеррет, нашей парикмахерши. Они будут настоящими рождественскими ангелочками! — восторженно затараторил Энтони.
Меньше чем через час Утренняя гостиная старинного дома наполнилась прекрасными дамами в платьях викторианской эпохи. Мальчик и девочка, пяти и семи лет, заняли место у елки. Уильям, как и обещал, дал несколько советов Энтони по поводу костюмов, и теперь они выглядели идеально. Кроме всего прочего, кусок прекрасного белоснежного муслина недолгими стараниями стилиста превратился в шейный платок. Лорд мастерски завязал узел, и окончательно сраженный Энтони простил ему все прежние нелестные высказывания по поводу своей работы.
— Полагаю, пока Вам не понадобится моя помощь, мисс Виктория? — спросил Уильям,
— А разве этот джентльмен не участвует в съемках? — послышался удивленный голос заказчика, который выразил желание наблюдать за творческим процессом. Вид безупречно элегантного Уильяма с замысловато повязанным шейным платком и благородной сединой на висках произвёл на него неизгладимое впечатление.
— Он наш консультант по викторианской эпохе и не более. Мы не планировали его задействовать, — поспешила объясниться Виктория.
— Но он бы идеально вписался! Лорд и леди здесь, в Брокет Холле! У рождественской елки! Да, именно так все и должно быть.
— Но мы… Если только Уильям даст свое согласие, — Вик посмотрела на него с совершенно потерянным видом.
— Это абсолютно исключено, сэр. Я политик, а не актер! — обращаясь к представителю компании, категорично заявил Мельбурн
— Никогда не видел политиков, работающих на рекламщиков. Мне совершенно все равно, кем Вы себя считаете!
Уильям жестко посмотрел на своего собеседника, его губы сжались в узкую напряженную линию, глаза потемнели. — Прошу меня извинить, но я не вижу смысла далее продолжать этот разговор, — и с этими словами он направился к выходу из гостиной.
— Что все это значит? Мистер Лорд не желает сниматься для самой известной кампании на рынке игрушек?! Скажите же что-нибудь, Виктория, иначе я буду очень и очень расстроен, — возмущенно выкрикнул заказчик.
— Я попробую что-нибудь сделать сэр, — пробормотала Вик. — Но только позже. Мэттью уже готов снимать. Все ждут.
— Ладно, мне не важно, как и когда вы его уломаете, но на моих рекламных проспектах должна быть идеальная викторианская семья.
Два часа съемок показались вечностью. Как только Мэттью дал отбой, и вся группа занялась накрытым в холле буфет-ланчем, Виктория решила разыскать упрямого гостя из прошлого. Подхватив пышные юбки и пристроив мобильник за корсаж, она решительно направилась по коридорам огромного дома к выходу в цокольный этаж, где сейчас был разбит зимний сад. Оранжереи в усадьбе, как поведал ей разговорчивый портье, не существовало со времён Второй Мировой войны.
Машинально отсчитывая на ходу шаги и ступеньки, Виктория думала о словах Альберта, о перемещении, о научном прорыве… Мозаика складывалась в непостижимую ее здравому смыслу картину: она общается с фантомом позапрошлого века, но при этом явно испытывает к нему отнюдь не платонические чувства. Магия его зелёных глаз, немного рычащие ноты в голосе и абрис высоких скул вызывали необъяснимое волнение, которое она пыталась игнорировать, с головой погружаясь в работу. Так срабатывал инстинкт самосохранения. Дашь слабину и покатишься в пропасть, край который уже ощущался под ногами. Ей не хотелось снова обжигаться.