Подарки Деда Маразма
Шрифт:
Полина закрыла лицо руками и заплакала. Роман сделал было инстинктивное движение приблизиться к ней, но его остановил грозный окрик мамаши.
— Не приближайтесь к моей дочери! Я подам на вас в суд за преследование! Стойте где стоите, Коля, не подпускай его!
Но Коля лишь тупо таращился на высокого, широкоплечего и хладнокровного Романа.
— Это просто бред какой-то! — выкрикнула Марта. — Полина, признайтесь же матери, нельзя быть такой трусихой! Скажите ей наконец-то правду!
— Вы о чем просите мою дочку?! — взвизгнула Зинаида Александровна. — В чем она должна мне
Зинаида Александровна поднялась со стула, двумя руками поднимая чуть ли не за шкирки своих подопечных, и удалилась, продолжая ругаться и возмущаться.
— Черт ее принес с этим памятником именно на мое кладбище! — чертыхнулась Марта, оборачиваясь к Роману. — А ты тоже хорош! Не мог ничего объяснить этой мегере? Неужели не видишь, что девчонка вся извелась?
— Я ушел из квартиры по ее просьбе, дав страшную клятву не открываться перед ее матерью. Поэтому я считаю, что Поля сама должна объясниться с Зинаидой Александровной, — пожал плечами «телохранитель».
— Но ты же видишь, что твоя Полина испытывает просто-таки животный страх перед своей матерью! — распалялась Марта.
— А тебе не кажется, Марта, что все, что я ни скажу, будет весьма негативно воспринято Зинаидой Александровной? Особенно в свете последних событий.
— Вполне возможно, — согласилась Марта и потянулась за сигаретами.
— Друзья! — ввалился к Марте в кабинет Родион Игоревич. — Что-то мне нехорошо в моем отгороженном стойле рядом со своим могильным памятником.
— Надо думать… — протянула Марта.
— Время обедать, заодно и развеемся, — посмотрел на часы Роман.
— Уж что-что, а голодным ты не останешься! — взяла свою дамскую сумку Марта, и они втроем направились на улицу. — В прошлый раз нам не удалось отобедать в одном уютном ресторанчике с морской кухней, так как они праздновали свое открытие. Может быть, повезет на этот раз? — предположила Марта.
Но им не повезло и на этот раз. Хотя все здание продолжало пестреть призывными плакатами, на самой двери ресторана красовалась табличка «Технический перерыв», а внизу шариковой ручкой от руки было криво и неровно дорисовано: «Сонетарный ден».
Пришлось им опять располагаться в пивном ресторане напротив злополучного ресторана с морской кухней. Когда все сделали заказ, Родион Игоревич, пряча глаза и краснея, сказал:
— Надо бы съездить в этот кооператив и узнать, кто заказал изготовить могильный памятник с моими данными. Иначе я никогда не успокоюсь. Один ехать я туда не хочу… может быть, составите мне компанию?
— О чем ты говоришь?! Конечно! Марту мы оставим здесь, это на тот случай, если наша поездка окажется опасной, а я с удовольствием с тобой навещу этот кооператив, — пообещал Роман, — вот пообедаем и сразу же поедем.
Официант принес приборы и принялся накрывать на стол.
— Может быть, поедем завтра? — спросил Родион.
— Ты
Нож выпал из руки официанта и упал на пол, зловеще звякнув.
— Извините, я сейчас все уберу! — быстро сказал он, смотря испуганными глазами на эту троицу посетителей.
— Ничего страшного! — подбодрил его Роман. — Несите нам еду поскорее. Давай, Родион, ешь — и в «Вечный покой»!
Кооператив по изготовлению могильных памятников располагался не очень далеко от кладбища. Поблизости находились какие-то полуразвалившиеся заводы, учреждения с заколоченными или просто грязными окнами, по внешнему виду которых даже нельзя было понять, функционируют они или давно закрылись. Кооператив по семеноводству, шиномонтаж, ветеринарная клиника, завод по производству гвоздей и еще несколько складов оптовой торговли. Кооператив по изготовлению памятников занимал ангар, большое помещение, обитое листовым железом, без окон и с крышей из этого же железа. К нему примыкала небольшая деревянная пристройка с одним грязным окошком и покосившимся крыльцом. Вся территория кооператива была обнесена забором с колючей проволокой.
— Понятно, почему они выставляют образцы своей продукции у кладбища. Им явно нужна реклама, так как вряд ли люди сами найдут это место и поедут в такую глушь… — протянул Роман, стуча кулаком в закрытые ворота.
Им открыл парень с плохо выбритым лицом — явно накануне перебравший.
— Можем мы поговорить со старшим? — спросил Роман и, так как на недовольном лице этого парня ничего не отразилось, пояснил: — С вашим начальником, шефом, боссом, паханом?
Роман придерживал Родиона Игоревича за локоть, чтобы тот сразу же с порога не набросился ни на кого с выяснениями, кто роет для него могилу. Парень молча провел их к пристройке к ангару, откуда раздавались какие-то душераздирающие, свистящие и дрелящие звуки, и крикнул неожиданно высоким для мужчины голосом:
— Шеф, к тебе!
Мужчина лет пятидесяти с загорелой кожей и кустистыми седыми бровями выглянул во двор.
— Павел Олегович, — представился он, взглянув на посетителей, один из которых смотрелся богато и солидно, а другой, наоборот, хуже бомжа. — Вы заказать памятник?
— Нет! Мне его уже заказали! — вскричал Родион, вырвавшийся из-под контроля Ромы.
— Тише, Родион, спокойнее, говорить буду я! — прервал его Роман. — Мы по поводу одного памятника, образец которого сегодня утром от вас забрали продавцы и привезли к кладбищу.
— А в чем дело? Все образцы, нами предлагаемые, мы делаем, и каменный материал у нас есть любой! — ответил мужчина, несколько потеряв интерес к пришедшим мужчинам, которые, судя по всему, не были заказчиками.
— Пройдемте, пожалуйста, к нашей машине, и вы сразу же поймете, о чем идет речь, — предложил Роман и повел начальника каменотесов к своему «Фольксвагену». Ни один мускул не дрогнул на лице Павла Олеговича, когда он осмотрел привезенную могильную плиту.
— Ну и что?
— Это ваша работа?