Подари мне себя
Шрифт:
— Эй, ребят, полегче. Задушите нашу красавицу, — смеётся Светка, смотря на всю эту сцену с участием её парня, друга и подруги.
— Мы не видели её сто лет. И жуть как соскучились. Поэтому нам позволено, а ты отстань от нас, ведьма, — отмахивается от неё Алекс, а я смеюсь громче и заразительней, и вскоре все мои друзья меня поддерживают.
Глава 7
Соня
Встретив с друзьями
Друзьям не удалось уговорить меня остаться подольше, и весёлой компанией они вышли со мной подождать у подъезда такси.
Меня крепко обнимают сильные, надёжные руки друга.
— Ты только скажи, Сонь, и я разобью этому козлу морду. Слышишь, Ярославская? — слышу возле уха тихий голос лучшего друга.
— Угу. Слышу, Белов. Слышу, — а сама чувствую, как в глазах начинает пощипывать, но я зажмуриваюсь, не желая показывать другу и всем остальным, что не такая уж я и сильная, как они думают и считают.
Я слишком долго держалась, была сильной. Но последние дни меня доконали, и я еле сдерживаюсь, чтобы не всхлипнуть и не показать свою слабость. Хоть я и уверена в этих людях, как в самой себе. Просто я привыкла держать всё внутри себя, и это, увы, никогда не изменится, как бы я ни любила и ни доверяла.
Я давно привыкла прятать все переживания и душевную боль, чтобы никто не смог их увидеть. Увидеть и нанести сокрушающий удар по этому месту, и я не смогу оправиться от этого удара.
Даже родители, те, кто ближе всего на свете для меня, не знают, что творится у меня в душе. Их тем более не хочу волновать. Слишком сильно их люблю, поэтому и держу всё в себе на крепком замке.
— Я справлюсь. Ты же знаешь, Белов, что я сильная, — шепчу ему так, чтобы это слышал только он один. И не позволяя ни одной слезинке скатиться по моей щеке.
— Я знаю, — подтверждает мои слова. — Мы все знаем, насколько ты сильная девушка, Сонь. Но вся эта ситуация ненормальна. У тебя есть друзья, которые в любую секунду могут за тебя постоять и набить, наконец, этому козлу морду. Да, Алекс? — друг отстранился от меня и повернул голову к Аверину, который в это время стоял чуть поодаль от нас вместе с девчонками и о чём-то с ними разговаривал.
— Ты о чём, Белый? — Алекс приподнял одну бровь вверх, не понимая, о чём тот говорит.
— Я о том, что набьём этому заву-козлу морду, — говорит твёрдо и даже как-то зло.
— Конечно, набьём, Миш, — отвечает другу, а потом переводит взгляд на меня. — Сонь, ты только скажи. Мы же тебе не чужие и за тебя быстро начистим этому недоумку морду.
Я смеюсь над этой сценой, но потом серьёзно смотрю на друзей и отвечаю:
— Спасибо, дорогие мои. Я очень люблю вас. Но я справлюсь с этим. Но если что, я знаю, к кому нужно обратиться, когда мне захочется, чтобы у моего начальника под глазом был фингал синего цвета и выбито пару зубов.
Темноту предутренней ночи разрезает наш дружный звонкий смех.
Неожиданно всё моё тело пробирают непонятные
Чувствую, как будто за мной кто-то пристально наблюдает, не отрывая взгляда. Верчу головой в разные стороны, желая поймать тот взгляд, который направлен на меня. Прожигает, окутывает полыхающим огнём и жалит маленькими искорками, будто оставляя на коже ожоги. И я даже сквозь несколько слоёв одежды чувствую это.
Я чувствовала такое. Совсем недавно.
Сердце ухает вниз. А потом замирает.
Вглядываясь в зимнюю тьму парковки, лишь кое-где освещённую скупым светом фонарей, но ничего и никого не нахожу. Здесь только мы, ожидающие, когда подъедет моё такси, да ещё несколько машин, присыпанных снегом. И всё. Больше никого.
Странно.
— Сонь, что-то случилось? — слышу настороженный голос друзей, которые уставились на меня и не могут понять, что случилось с их подругой.
Впрочем, я сама ничего не могу понять. Только чувствую. А может, виной всему несколько глотков шампанского, которое я пригубила в компании друзей. Всё-таки утром мне вставать на работу. А в этом плане я очень ответственная.
Всё же я квалифицированная медсестра, и от меня очень часто зависит жизнь человека.
— Ничего. Просто показалось, — отмахиваюсь от друзей.
Издалека вижу подъезжающую машину — такси. По номерам понимаю, что приехали за мной. Отлично. Не пришлось долго ждать, как это обычно бывает в праздники.
Приеду домой и завалюсь спать. Успею нормально выспаться, отдохнуть, пусть даже не так много времени у меня есть на сон. Но всё же оно у меня есть.
— Это за мной.
Друзья все вместе тут же подходят ко мне, и мы крепко обнимаемся.
— Не пропадай, Ярославская, — говорит Миша. — Ждём тебя у нас с Мариной в гости на рождественские праздники.
Я киваю и втайне надеюсь, что в этот день у меня всё же получится встретиться с четой Беловых. И отдохнуть нормально, а не как сегодня — всего пару часов. Но даже это придало мне немало сил, потому как в каждом слове и объятиях друзей я чувствую их поддержку и веру в меня.
— Я постараюсь, но сами понимаете: обещать ничего не могу, — легко улыбаюсь и, поцеловав каждого в щёчку и крепко обняв, делаю шаг к машине, которая меня ждёт.
— Сонь, — окликает в последнюю секунду меня Света, когда я уже подошла к машине и открыла заднюю дверь.
Я оборачиваюсь и вопросительно на неё смотрю. Светлитская подходит ко мне.
— Ты сегодня последний день дежуришь? — спрашивает.
— Вообще да. Но ты же знаешь, что Шестинский может вновь оставить меня на дежурстве. И тут я ничего не смогу сделать. Он мой начальник, а я лишь его подчинённая, — пожимаю плечами.
— Тебе бы поговорить с вышестоящим начальством. Я тебе говорила это ещё несколько дней назад — это ненормально, — возмущается подруга, хмуро на меня смотря. — Его нужно приструнить.