Подаренная лесом

Ских Рина

— Хочу! — просияла девушка и даже захлопала в ладоши, лучезарно улыбнувшись.

Покачав головой, усадил ее на высокий деревянный табурет, указав сидеть ровно и прямо. Она с готовностью уселась, болтая босыми ногами. Но пока водил щеткой по ее волосам, Аврора так и норовила то обернуться ко мне, то потереться щекой о мою руку, то просто порывалась вскочить и подбежать к чему-то, заинтересовавшему ее. Никогда еще не встречал настолько непоседливого чуда.

— Скоро ко мне придут жители ближайшей деревни, —

вспомнил я о еще одном важном деле.

— Зачем?

— Я знахарь, готовлю различные снадобья из трав. Люди часто обращаются ко мне за помощью, — ответил, тщательно подбирая слова, заканчивая приводить в порядок рыжую шевелюру.

— Ты целитель, — утвердительно заявила она, все же извернувшись так, чтобы видеть мое лицо из-под каскада упавших волос.

— Нет, целители — те, кто лечат магией. Я знахарь или лекарь — лечу подручными средствами, — горько усмехнулся, пытаясь вспомнить, как плетутся косички, и изобразить нечто подобное. — Не вертись.

— А почему ты не лечишь магией?

По незнанию Аврора проехалась по самому больному, заставив меня на миг вздрогнуть. Но я тут же взял себя в руки, обрывком какой-то веревки завязывая получившуюся растрепанную косичку.

— У меня нет магии.

— Но это же неправда! — возразила она, решительно вздернув подбородок.

Аврора видит ауры или чувствует магические эманации? Впрочем, почему бы и нет? У аристократов каждый второй владеет магическим даром, но разберемся с этим позже.

— У меня когда-то давно была магия, но больше нет. Давай не будем говорить об этом, хорошо? — я натянуто улыбнулся, готовый к возмущению или обиде Авроры.

Но девушка лишь тяжело вздохнула и сочувственно погладила меня по щеке, развернувшись на своем табурете.

— Больно помнить? Я понимаю… — прошептала она искренне.

Выпустив косичку, порывисто обнял ее, носом снова зарываясь в сладко пахнущую макушку и чувствуя, как боль, на миг сжавшая когтями сердце, тут же растворяется, а вместо нее приходит успокоение и разливается тепло на душе.

— Вот и все. Я попытался заплести косичку, но получилось, если честно… — неловко разорвав объятья, поспешил перевести разговор на другую тему.

Аврора уцепила кончик своих волос, с недоумением поизучала несколько секунд обрывок веревки, скреплявший плетение, и тут же просияла, вновь одним прыжком повиснув у меня не шее.

— Здорово как! — пискнула восторженно, лучась радостью.

— Эм… Рад, что тебе понравилось. Так вот, вскоре сюда придут люди. Если не хочешь ни с кем видеться, можешь в спальне посидеть, но тебе, наверное, будет скучно.

— Я бы хотела в лес сходить…

— Извини, но одну я тебя туда не пущу, — заявил непреклонно строгим тоном.

— Почему? — от удивления Аврора даже рот приоткрыла.

— Там много опасностей.

— В лесу-у? — протянула она и тут же

звонко рассмеялась, словно услышала нечто очень смешное.

— Аврора, я серьезно. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Лучше вечером пойдем вместе, если так уж хочется, хорошо? Мне как раз нужно собрать кое-какие травы и коренья на закате, — я постарался смягчить свой отказ новым предложением.

С минуту Аврора молчала, о чем-то размышляя, покачиваясь на пятках, но потом все же согласилась, искренне улыбнувшись. А я облегченно выдохнул — меньше всего хотелось ее обидеть.

— Я хочу быть полезной. Могу тебе чем-то помочь в лечении или осмотре заболевших людей? — заявила она, заставив меня закашляться от неожиданности.

Пусть девушка сама себя и не воспринимала аристократкой, все равно было удивительным слышать такое от нее. А деревенские и вовсе, небось, перепугаются до ужаса.

— Посмотрим. В любом случае буду рад твоей компании, — не стал скрывать я.

— Здорово! А где наш червячок? Ты его пересадил в какое-то другое место? — спросила вдруг она, заставив меня напрячься.

— Эм… Вынес на крыльцо. Пусть погреется на солнышке, подышит свежим воздухом, — выдавил, вспомнив, как первым делом утром выбросил остатки червивого яблока за окно на радость птицам и букашкам.

— Но там же его склюют птички! — ахнула Аврора, прикрыв ладошкой рот.

— Что, правда? Ой-ёй, я как-то не подумал… — я попытался удивиться как можно искреннее, но все же удостоился недоверчивого взгляда.

Но спустя миг девушка уже расслабилась, покачав головой.

— Ничего страшного, бывает и такое. Зато кто-то из птиц вкусно позавтракал, что тоже неплохо… Не расстраивайся, — и она утешающе похлопала меня по руке, участливо заглядывая в глаза.

— Уф… Хорошо, не буду… — выдавил, неловко отведя взгляд.

— А бабочку с утра не видел? Пора уже кормить, а в спальне ее нет, — обронила Аврора, снова подняв на меня выжидающий пронизывающий взгляд.

И вот тут мне в самом деле стало не по себе. По позвоночнику стекла холодная капля пота. Интересно, девушка поверит, если я скажу, что бабочка тоже пошла на солнышко греться?

10. Первые посетители

Аврора

Я все оглядывалась, но в кухне моей голубокрылой красавицы тоже не было. Но как только спросила о ней у Дэниела, он как будто напрягся. Наверное, тоже переживает о ее судьбе.

— На улице погода такая хорошая… Солнышко, опять же… И я открыл окна, проветрить… И она улетела, прости, — сокрушенно покачал головой Дэниел.

— О. Ну ничего, полетает — вернется, — я пожала плечами, успокоившись. А то уже почти испугалась, что с ней что-то случилось.