Под Прикрытием
Шрифт:
— Ты с ума сошла? — выдохнул он. — Что ты тут делаешь?
Слова, такие простые, обрушились на меня, как лавина. И я… я не выдержала.
— П-пожалуйста, не говори никому! — выкрикнула я, и мой голос сорвался, высокий, почти сломанный. Я зажала рот рукой.
Слишком поздно. Он уже всё понял.
— Какого чёрта… — Он начал шагать по кабинету, будто это помогало ему собраться с мыслями. — Ты переоделась в парня?! В гимназии? Ты вообще понимаешь, куда ты влезла?
Я судорожно вдохнула,
— Это было… глупое пари, — выдавила я. — Я… я должна была просто зайти, сделать пару шагов и уйти. Но меня поймали… и теперь я здесь. Работаю.
— Работаешь?! — Егор остановился, развернулся ко мне. — Ты что, в кино переиграла?
Он смотрел на меня с таким изумлением, будто я только что призналась, что прибыла с Марса.
Я чувствовала, как по спине стекает холодный пот. Как ладони становятся липкими. Как колени подкашиваются. Я не могла опереться ни на что, кроме стены — и даже она казалась ненадёжной.
— Я просто хотела доказать, что могу, — прошептала я. — Мне сказали, что сюда не пускают девчонок. Что эта школа — как бастион, крепость, неприступная. Я… хотела сделать это. Хотела почувствовать, что я тоже чего-то стою.
Он посмотрел на меня долго, с прищуром. Молчал. А я продолжала нести всё, что бурлило внутри.
— А теперь… я тут. Леон нашёл меня, и вместо того, чтобы сдать, сделал из меня своего… помощника. Слугу. Шурика. Я не знаю, зачем. Не знаю, зачем я вообще согласилась. Но каждое утро, когда я натягиваю этот капюшон, я чувствую, как растворяюсь. Становлюсь кем-то другим.
Я всхлипнула. Настоящий, дрожащий, беспомощный.
— Мне страшно, — призналась я. — Каждый день. Страшно, что кто-то заметит. Что кто-то крикнет «эй, это не парень!», и всё закончится. Что родители узнают. Что меня отчислят. Что ты сейчас просто выйдешь и всё расскажешь. И всё — конец.
Он не ответил сразу.
Я услышала, как он медленно выдохнул. Шаг. Потом ещё. Он подошёл ближе. Я вжалась в стену, не в силах встретиться с ним взглядом. Горло сжалось. Щёки горели. Я не знала, чего ждать.
— Ты правда думаешь, что я расскажу? — тихо спросил он.
Я подняла глаза. И впервые увидела в его взгляде не гнев. Не насмешку. А растерянность. И… может быть, каплю понимания.
— Я не знаю, — прошептала я. — Я не знаю тебя. Я вообще больше никого не знаю.
Молчание. Он смотрел на меня долго. Слишком долго. А я чувствовала, как моё сердце бьётся о рёбра, как будто хотело вырваться наружу и убежать.
— Ты… сумасшедшая, конечно, — сказал он наконец. — Полная психопатка.
Я вздрогнула.
— Но и смелая. Даже слишком. — Он вздохнул. — Если бы я был на твоём месте… я
Я вскинула на него глаза.
Он улыбнулся. Совсем чуть-чуть.
— Я тебя не сдам. Обещаю.
— Почему?
— Потому что… — он пожал плечами, — не знаю. Может, потому что ты уже и так влипла по уши. Может, потому что у тебя получилось. Или потому что, чёрт возьми, это самое странное утро в моей жизни. И мне интересно, чем оно закончится.
Я выдохнула. Первый настоящий выдох за последние десять минут.
Он посмотрел на дверь.
— Но тебе лучше быть осторожнее. Леон может быть тем ещё придурком, но даже он не застрахован от проколов. А ты… ты ходишь по лезвию ножа.
Я кивнула. Глаза горели. Он прав. Я знала это. Но от того, что кто-то… понял, не отвернулся, не закричал, не позвал охрану — стало легче.
Он шагнул к двери. Открыл её. Оглянулся.
— Пошли, Шурик. Тебя ждут великие дела. Например, убирать спортзал после тренировки второго класса.
Я чуть улыбнулась. Сквозь панику, сквозь слёзы — но улыбнулась.
— Идём, — сказала я, — только ты никому. Ладно?
Я чуть улыбнулась. Сквозь панику, сквозь слёзы — но улыбнулась. Мы уже почти вышли из кабинета, как я тихо спросила:
— Ты выведешь меня из здания?
— Не-а, — хмыкнул он, даже не оборачиваясь.
— Что?! — я застыла на месте.
Он медленно обернулся, хитро прищурившись.
— Ну, в нашу мужскую обитель впервые вступила девчонка… да ещё и такая красивая, — подмигнул он. — Нужно этим воспользоваться.
Я открыла рот, но так и не смогла выдавить ни слова. Только покраснела до корней волос.
— Не переживай, — добавил он, ухмыляясь. — Я тебя прикрою. Но теперь ты мне должна.
— Что ещё за “должна”? — пробормотала я, поспешно натягивая капюшон обратно.
— Разберёмся, Шурик. У нас впереди много весёлых дней, — и он неспешно зашагал по коридору, словно не произошло ничего экстраординарного.
А я стояла и молча пыталась вернуть себе дыхание, рассудок и способность хоть как-то понимать, что теперь будет дальше.
— Так, Егор, остановись! — я резко вскинула руку, будто пыталась сдержать надвигающийся обвал. — Ты обещал Леону прикрыть меня!
Он замер. Медленно, почти лениво повернул голову через плечо. Взгляд исподлобья, ухмылка, растянувшаяся на пол-лица — опасная, слишком спокойная.
— Я обещал прикрыть Шурика. Парня. Шестерку Леона, — нарочито чётко проговорил он, словно диктовал условия контракта. — У нас таких полшколы бегает. Молчат, кивают и не вякают.
Он обернулся ко мне всем телом и шагнул ближе. Я инстинктивно отступила, сжав руки в кулаки, будто это могло меня защитить.