Под Прицелом

Ладан Любовь

— Спасибо, — тихо она сказала.

Алиса и Ямач стояли друг напротив друга. Ямач провел рукой по ее волосам, и пропустил косу сквозь пальцы, потом притянул Алису к своей груди и поцеловал.

***

Алиса не стала ждать лифт и быстро спускалась по лестнице клиники на парковку, поскольку внизу уже ждал Ямач. Каково же было ее удивление, когда она увидела Ямача не за рулем машины, а за рулем байка. Ямач встал с байка, и поднял стекло шлема. Алиса просто летела к нему в объятия. Он поймал. Не говоря ни слова, достал второй шлем и одел его Алисе. Когда же она села позади Ямача, то он положил ее руки себе на торс, провел руками по ее ногам, добрался до ее щиколоток, и резким движением закинул ее ноги на свои, прижав их бедрами

к корпусу байка. Алиса от неожиданности пошатнулась назад и засмеялась, а потом прижалась всем телом к его спине.

— Зачем это?

— Что?

— Зачем байк?

— Сейчас час пик, а для байка все дороги свободны. А еще хочу ехать и чувствовать, что еду с тобой!

— А куда мы едем?

— Детка, это имеет значение? Ты куда-то со мной не поедешь?

— Не имеет. Мне лишь бы с тобой.

— То-то же! Так что пусть для тебя будет сюрприз.

Они ехали в начале по городу, а потом по загородной трассе около часа. Ямач умело лавировал между машин и не разгонялся, чтоб не пугать Алису. Потом он свернул с трассы на проселочную дорогу к озеру. Возле озера были организованные места отдыха. Места отдыха представляли из себя столы и скамейки, расположенные на деревянных помостах над водой. Вокруг каждой площадки были натянуты световые гирлянды. Ямач, поискав зарезервированное им место, остановился, снял шлем и перчатки. Алиса уже стояла на земле и пыталась расстегнуть шлем, но он не поддавался. Ямач помог ей освободится, потом достал из багажника корзинку для пикника с едой, и поставил на стол.

— Ого, как ты подготовился! Сам собирал для нас продукты на ужин? — улыбнулась Алиса, открывая корзинку.

— По-твоему раз я из богатой семьи, то не способен решать такие вопросы? — Ямач сел на скамью, и стал помогать Алисе выкладывать содержимое корзины.

— Нет, я так не думала. Спросила без задней мысли. А теперь, когда ты акцентировал на этом внимание, то мне интересно. Ты ведь и, правда, мажор. Ты же привык, чтоб всё за тебя делали, — Алиса села за стол напротив Ямача.

— Мой отец с дядей создавали компанию с нуля. У них ничего не было, когда они начинали. Потому они сами, когда то жили не на роскошных виллах. Я же их единственный наследник — мужчина. У дяди только дочь, как ты знаешь. А от мужчины зависит вся семья. Потому отец считал, что нельзя баловать меня, иначе я не стану сильным и независимым. Моя сестра и Вильдан всегда жили как принцессы, а меня держали в ежовых рукавицах. Единственное что мне было доступно без ограничений — это образование. Отец всегда говорил, что надо уметь работать руками, но лучше головой, а значит надо много знать. Именно поэтому я не избалован. Могу спать на земле, быть непривередливым в еде. Подростком я работал у отца на стройке рабочим, чтоб узнать, как все устроено. И отец намерено не заплатил в госбюджет деньги, что могло освободить меня от призыва, чтоб я попал в армию. Считал, что это сделает из меня мужчину, научит меня защищать себя и тех, кто рядом.

— Научит драться и убивать?

— И это тоже.

— Теперь я начинаю понимать, почему ты такой, — улыбка сошла с лица Алисы.

— Какой? — Ямач уже откусывал бутерброд.

— Суровый, иногда жестокий. С каким-то своим пониманием что правильно, а что нет.

— Ты не жила той жизнью, что жил я. Если б пожила, то понимала мою логику. Кстати, у меня тоже вопрос. Ты ведь тоже сестра богатого человека, почему не живешь в свое удовольствие где-нибудь в фешенебельном районе Москвы? Я уверен твой брат мог бы тебе это обеспечить.

— Никогда меня не привлекала такая жизнь. Я не могу часами ходить по магазинам или сидеть в салонах красоты. Мне это скучно. Я всегда хотела быть врачом. Мама была врачом. И все что мой брат мог сделать для меня, это обеспечить мне возможность стать им.

— А как так вышло, что ты приехала работать в Турцию? Ты же хороший хирург, неужели не нашлось места в Москве? Как так вышло, что Костя

тебе это позволил?

— Когда не стало Олега, то год я вообще не могла прийти в себя. Была словно в потустороннем мире. Костя заставил меня вернуться на работу. Это, конечно, помогло. Днем я забывала обо всем, но вечером меня накрывало. Идя по улице, я вспоминала, как была здесь с Олегом, заходя в кафе — что мы тут заказывали. В Москве на меня давили воспоминания. Я решила, что надо сбежать, чем дальше, тем лучше. Знание турецкого и английского открывало много направлений. Сердар бей предложил хорошие условия, и я согласилась. Костя отпустил, потому что понимал как мне тяжело в Москве. В Стамбуле я как- будто снова воскресла, а потом появился ты.

— И чуть не убил, — Ямач усмехнулся и опустился глаза.

— Если бы все это не произошло, и ты меня не заставил быть с тобой, то я б так и дожила бы свой век одна. Я была не готова к отношениям ни с кем.

— Ты счастлива со мной? — Ямач прищурил глаза.

— Да. Меня только одно тревожит.

— Что?

— Ты часто рискуешь своей жизнью. Если с тобой что-то случится, я этого не переживу. Второй раз я не смогу воскреснуть.

— Со мной ничего не случится.

— Раньше до появления меня, ничего бы и не случилось. А сейчас тебя уже один раз подстрелили. И я понимаю, что этого бы не произошло, если б ты был один. Я делаю тебя уязвимым, Ямач.

— С тобой я по-настоящему живу, поэтому я готов смириться с риском.

— Будь осторожен. Помни, что если не станет тебя, то не станет и меня.

— Детка, ты наш пикник превращаешь в какой-то мрачный вечер. Иди сюда ко мне поближе, я сейчас тебя зацелую, и все тревоги уйдут, — Ямач раскинул руки, предлагая ей переместиться на его скамью.

Алиса улыбнулась и пересела к нему. Ямач притянул к себе и, как и обещал, стал целовать ее. Когда его руки были уже под ее юбкой, она запаниковала:

— Ямач, нас же могут увидеть.

— Здесь никого нет. Я снял все озеро.

— А говоришь, что не мажор.

— Не отвлекайся, — Ямач закрыл ей рот поцелуем.

Он взял руки Алисы за запястья и поднял ей руки над головой, уложив ее на скамью. Алиса чувствовала себя бабочкой, которой расправили крылья и пришпилили булавкой. Держа одной рукой ее руки, другой Ямач снимал с нее белье. По телу Алисы разбегались мурашки, она выгибалась на скамье. Ямач целовал ее шею, грудь, живот, проводил рукой по внутренней стороне бедер. Алиса полностью отдала себя ему в распоряжение. Он мог сделать все, что бы только захотел. Это был своеобразный прыжок веры для нее. Она была уверена, что он не воспользуется властью над ней, чтоб причинить ей вред, не подорвет ее доверие. Ведь это был ее Ямач — всесильный, умный, суровый, ласковый, терпеливый, надежный и такой любящий муж.

Глава 24. Путь домой.

Ямач был занят и не смог забрать Алису из клиники, потому вечером она возвращалась в квартиру одна. Он торопился, чтоб поскорее быть дома. Но вечером Стамбул — это одна большая пробка и быстро добраться не получалось. Когда он, наконец, добрался до жилого комплекса, то припарковал свой Range Rover рядом с маленьким Nissan Micra, которым он совсем недавно подарил Алисе. Он заботливо осмотрел ее машину, хлопнул по капоту рукой и направился к лифту. Когда он открыл дверь в квартиру, то в прихожей его ждала Алиса. Вначале он обрадовался ей, но увидев ее выражение лица, понял, что что-то случилось.

— Что такое?

— Я не знаю: как так жить? Я думала, что я привыкну к этому, но я не знаю, как это сделать! — руки Алисы дрожали, на них была кровь.

— Что случилось?

— Вот! — Алиса указала на ковер в гостиной, — Я сделала все, как ты учил: ударила его перочинным ножом, который на ключах, в ногу. Ямач, я не могу такое делать! Я врач!

Ямач взял ее за плечи и аккуратно отодвинул к стене, вытаскивая из-за пояса пистолет. В гостиной на ковре валялся парень, он стонал.