Под прицелом

Леонард Элмор Джон

Билли Руис ждал. Он знал – эта роль наихудшая. С Шор-роуд за деревьями доносился шум мчащихся машин. Билли обернулся, глянул вниз подъездной дорожки. Фрэнк Писарро стоял возле грузовика и глядел в их сторону. Господи, вот идиот, торчит там! "Сядь в машину!" – мысленно прокричал Руис. Потом его взгляд метнулся к дому, и уже не стало времени беспокоиться насчет Писарро – в дверях, подзывая его, стоял Райан. Билли заспешил мимо машин, поднялся на веранду, доверяя теперь только Райану, целиком передав

все дело в его руки.

Тот вытащил изо рта окурок сигары, схватил Руиса за плечо, притянул к себе.

– Кто-то есть в гостиной, – тихо проговорил он. – Но по-моему, у нас все в порядке. Гостиная в конце коридора, а лестница примерно посередине. Я пойду вперед. Ты понесешь коробку и пойдешь за мной, только не сразу. Если услышишь, что я с кем-нибудь разговариваю, уходи. Уходи, но не беги.

Вот так. Очень просто. Точно совещание игроков на футбольном поле. Ты иди в обход и срезай. А ты – напрямик и в прорыв. Я буду пробиваться в любую щель. Может, получится, может, нет.

Билли Руис прошел следом за Райаном через кухню – никогда такой раньше не видел – в холл и теперь только услышал в гостиной женский голос и смех. В холле царил полумрак, но лестницу освещал свет, падающий из двух окон на площадке второго этажа. Он видел, как Райан поднялся и свернул за угол. Билли не помнил, как тоже преодолел подъем, а когда попал в коридор наверху, Райан уже отыскал комнату, где мужчины из "Альфа-Хи" переодевались в купальные костюмы. Они оба вошли туда и заперли дверь.

– Загляни в ванную, – велел Руису Райан.

Он взял у него коробку из-под пива, поставил ее на кровать, положил окурок своей сигары в пепельницу на ночном столике, потом начал обшаривать шорты и брюки, брошенные на постель, стулья, комод, вытаскивая бумажники и бросая их в пивную коробку. Затем проверил карманы в поисках денег. Серебра не брал. Перетряхивая одежду, оглядел комнату, заметил два окна, которые, судя по всему, находились на боковой и на задней стенах дома. Хорошо. Заднее окно должно выходить на крышу веранды.

– Там еще одна спальня, – доложил Билли Руис. Вид у него был изумленный, отчасти испуганный. – С женской одеждой.

– Проверю, – отозвался Райан. – Жди тут.

Он прошел через ванную в смежную спальню, закрыл и запер дверь в коридор, повернулся к кровати, на которой лежала женская одежда, как и мужская, аккуратными и неаккуратными стопками. "Интересно, кто с кем?" – подумал Райан. Вышло бы неплохое занятие, если бы было время, – попробовать подобрать подходящие пары. На комоде и столике заметил семь сумочек. Он принес их в мужскую спальню, свалил на кровать, стал вытаскивать бумажники, где они были, и проверять боковые кармашки в поисках денег. Надо просто собрать все бумажники, а уж потом их разглядывать.

Очистив сумочки, Райан отнес их обратно

в женскую спальню. Хоть бы раз все они оказались в одном месте. Но боже мой, только семь тут, а остальные, видимо, раскиданы по всему дому. Когда настанет пора уезжать, здорово нагрузившиеся женщины будут носиться туда-сюда, причитая: "Никак не найду мою сумочку!" А мужья, нагрузившиеся еще больше жен, будут ворчать: "Ну куда же ты ее подевала?" Начнут проверять свои карманы, но ничего в них не найдут, кроме носовых платков да расчесок.

Райан задержался в ванной, открыл аптечку. Забавно с этими аптечками – полным-полно всякой белиберды: лекарств, косметики, какой он никогда в жизни видел. Взял с полки флакон "Джейд Ист" и, исследуя этикетку, вошел в спальню.

Билли Руис уставился на него широко вытаращенными глазами:

– Что ты делаешь?

Райан растер подбородок лосьоном после бритья, поднял палец, поднес его к носу, замер. Обождав, осторожно закрутил пробку, бросил флакон на постель. И тут с лестницы донесся звук. Потом послышались шаги в коридоре. Ручка двери повернулась.

Стоявший у дальней от двери стороны кровати Райан увидел повернувшуюся ручку и одновременно выражение лица Руиса. "Надо к нему подойти, – подумал он. – Дотронуться до него". Тихо метнулся к Руису, стоявшему в ногах кровати, схватил его за плечо.

Ручка вновь завертелась туда-сюда, ее крутили, дергали и толкали.

– Эй, кто там? – Пауза. – Ну-ка, откройте!

Райан еще обождал, потом сказал:

– Минуточку, – и шагнул к платяному шкафу. Перебрал висевшие там свитеры, спортивные куртки, брюки. Нашел три пачки купюр, бросил их в пивную коробку.

– Что вы там делаете? Мне надо в ванную.

– Пойди в другую.

– Эй, кто это?

– Слушай, мы... выйдем, если ты уйдешь.

– Кто это "мы"?

Молчание. "Пускай голову поломает", – подумал Райан, хотел еще что-то сказать, но не был уверен, стоит ли это делать.

Дождался, пока не услышал шаги в коридоре и звук закрывшейся двери – должно быть, другой ванной. "Теперь, – думал Райан, – этот сукин сын ее снова тихонько откроет, начнет дожидаться, кто отсюда выйдет. Ну что ты скажешь про такого субъекта?!"

– Пора идти, – обратился он к Руису. Подошел к заднему окну, выходившему на веранду, открыл жалюзи, подал Билли знак взять пивную коробку.

Они вылезли. Райан лег на живот на краю крыши и прислушался не шевелясь. Потом не стал медлить, перевалился через край, держась за водосточный желоб, и спрыгнул. Билли Руис спустил ему коробку и тоже спрыгнул. Они пробрались сквозь кусты и деревья сбоку от дома, направляясь к подъездной дорожке и грузовику Писарро. Шли не спеша – шагом, потому что так велел Райан.