Под Небом Техаса

Бейли Татум

Не могу поверить, что он действительно пригласил меня к себе. Я думал, что он точно отмахнется от моего комментария, особенно после того, как он ушел сегодня утром и не написал мне ни одного сообщения. Я готовился к худшему, поэтому и позвонил ему. Необходимость противостоять всему с самого начала, а не ждать, пока упадет другой ботинок, это то, что я применяю на своих сеансах с Каруной. И я планирую взять все, чему научился, и применить это в отношениях между мной и Кианом.

— У тебя получилось - Киан улыбается.

— А ты ожидал, что я этого не сделаю?

Он

отходит в сторону, давая мне достаточно места, чтобы протиснуться в дверь и не столкнуться с ним. Цветочный аромат его шампуня воспламеняет мое тело. Он здесь. Он не убегает от меня.

Он не отвечает, но хватает меня за свободную руку и переплетает свои пальцы между моими, пока ведет нас к лифту. Гладкая кожа его ладони на моей напоминает мне о том, как много изменилось с тех пор, как он уехал, но мои чувства к нему остались прежними.

Я жду, что он бросит мою руку, но он не бросает. Пока мы не заходим в комнату. Обстановка здесь скудная, но главной достопримечательностью является свежезастеленная кровать в центре комнаты. Нет. Не думай о кровати. И о том, как хорошо Киан будет выглядеть на ней.

Я ставлю одну из сумок на компьютерный стол, а другую на пол.

— Что ты мне принес?
– спрашивает Киан. — Боже, надеюсь, это шоколад. Мне не нужен шоколад, но я все время думаю о тех, что ты покупал в магазине. Я еще не нашел такого же вкусного.

Слава Богу, что есть маленькие благословения, потому что у меня действительно есть тот шоколад, который он любил. Приятно осознавать, что спустя столько времени какая-то часть меня все еще знает его.

Я открываю сумку на столе и достаю бутылку игристого сидра, две коробки шоколадных конфет и свежий лоток с макаронами. Я хотел что-нибудь легкое, но не слишком простое, чтобы он подумал, что я не забочусь о том, чтобы произвести на него впечатление.

Вручив ему одну коробку шоколадных конфет, я открываю другой пакет, чтобы найти тарелки, вилки, чашки и карточную игру. Если мы собираемся провести время вместе, то сделаем это как в старые добрые времена. До того, как время взяло верх над нами.

— О боже, я мог бы поцеловать тебя, - говорит он, со стоном откусывая кусочек шоколада.

Я хочу, чтобы он поцеловал меня.

Должно быть, он видит мой отчаянный взгляд, потому что его улыбка становится овечьей, пока он кладет недоеденный шоколад обратно в обертку.

— Я имею в виду...

Я прерываю его, подняв руку в останавливающем движении.

— Все в порядке, Ки, - я обещаю.

— Не то чтобы я не хотел, я действительно хочу. Но я не хочу, чтобы это было просто так. Пожалуйста, пойми, - умоляет он , его зеленые глаза ярко блестят под белым светом верхнего света.

Как я могу не понять? Разве это не моя забота? Конечно, это так. Потому что физические отношения никогда не были проблемой между нами. Объятия, поцелуи, даже секс всегда давались нам так же легко, как дыхание. Мы были связаны друг с другом любым способом, это была моя собственная версия нирваны.

Общение - это то, в чем мы всегда были ужасны.

Моя цель - изменить

это в этот раз, показать ему, что мы можем говорить о вещах, не приводя к мелким ссорам.

— Я знаю, Ки, я знаю - Я осторожно подхожу к нему, ожидая, что он скажет мне остановиться, и я буду уважать его желание.

Он не отталкивает меня, а широко распахивает руки, и я шагаю в них. Его ладони ложатся мне на поясницу, поглаживая ее, и мне хочется стонать от восторга от мягких прикосновений. Мы так и стоим, прижавшись друг к другу и вдыхая один и тот же воздух.

Я прочищаю горло и отступаю назад, стараясь не дать слезам вытечь из глаз. Мне было так одиноко без него, а теперь его присутствие переполняет мои эмоции. Спектр от счастья до отчаяния и нужды просто безумен. Он бы решил, что я сошел с ума, если бы хоть на минуту остался наедине с моим мозгом.

— Я принес ужин и игристый сидр. Надеюсь, ты не против.

— По-моему, отлично - Он улыбается мне, и я не могу остановиться.

Я наклоняюсь вперед и прижимаюсь легким поцелуем к уголку его рта, вдыхая запах шоколада. С такой близости я могу пересчитать каждую веснушку, любуясь ими, как звездами на своем собственном небе.

— Садись, я принесу тебе тарелку.

Его глаза расширены, и я надеюсь, что ничего не испортил. Но он слушает, отодвигает компьютерный стул с дальнего края стола и садится в него рядом со мной, пока я расставляю тарелки с тортеллини и свежими булочками, которые принес.

Я ставлю все перед ним, а затем наливаю ему бокал игристого сидра. Наверное, это глупо, но я обожаю игристый сидр. Это не то, что я пью часто. Обычно я использую его как лакомство для себя. А вот принять участие в нем вместе с Кианом за ужином - это то, о чем я мечтал последние два с половиной года.

— Это помогает тебе не срываться?
– спрашивает он, взбивая пузырьки в чашке и не сводя с меня глаз.

У меня пересохло во рту, язык прилип к небу, и мне приходится прилагать неимоверные усилия, чтобы заставить свои губы двигаться.

— Да, это так, - подтверждаю я и пытаюсь смочить губы. Он кивает и опускает взгляд на свой напиток.

— Хорошо, я рад, что это помогает. Уверен, это было нелегко.

Без него было тяжело, но я не собираюсь перекладывать вину на его плечи. В этом нет ничьей вины, кроме моей собственной. Мне не нужно слышать его цветистые слова о том, что я трезв и что я преодолеваю свою зависимость. Я буду принимать все так же, как и до его ухода.

— Один шаг за раз, - говорю я. Киан поднимает свой бокал, и мы вместе постукиваем по пластику.

ГЛАВА 62

КИАН

Я застонал, пытаясь встать, еда в моем животе смещалась и вызывала тошноту. Я съел слишком много, но макароны с сырной начинкой, которые купил Трент, были восхитительны, и я не знал, как держать себя в руках.

— Оставь меня здесь умирать, - простонал я, падая обратно в кресло.

— Ты когда-нибудь научишься переставать есть, когда наелся?
– спрашивает Трент, обеспокоенно глядя на меня, когда берет свою чашку и подносит ее к губам.