Под маской
Шрифт:
– Да, конечно, но ведь не сию же минуту! – возразил Кит. – Не здесь и не сейчас.
– О, конечно! – недовольно сказал мистер Лактон. – Тогда я загляну к тебе завтра. Хотя должен сказать…
Звук обеденного гонга прервал его дальнейшие рассуждения, и в этот момент вошла леди Стейвли и завладела Китом.
За обеденным столом Кит оказался между хозяйкой дома и мисс Крессидой Стейвли. Он с облегчением отметил, что почтенная вдова сидит на другом конце стола, и был бы очень рад, если бы такое же расстояние отделяло его и от Крессиды.
Первые десять минут его
Рано или поздно придется заговорить с Крессидой, и он подумал, что лучше начать за столом: это поможет избежать разговора наедине. Он посмотрел на нее. Слушая, что говорил ей сосед с другой стороны, она слегка отвернула голову от Кита. Ему бросилось в глаза, что, в отличие от своей мачехи, она полна уверенности в себе. Леди Стейвли «переигрывала» в роли светской хозяйки; она слишком долго находилась в положении дочери, которая не может поймать себе мужа, чтобы новая роль ей удалась сразу. Нетрудно было понять, почему она завидует Кресенде, которая так уравновешенна, так привыкла управлять хозяйством своего отца и обращаться с гостями. Она казалась поглощенной разговором со своим соседом, но, должно быть, заметила, что леди Стейвли перенесла внимание на своего деверя, поэтому ловко закруглила свой разговор и повернулась к Киту с легкой улыбкой:
– Очень жаль, что этот званый вечер такой скучный: должно быть, вы смертельно скучаете!
– Вовсе нет, – ответил он.
Она насмешливо взглянула на него:
– Великое удовольствие, в самом деле?
– Ну, я не стал бы говорить об этом именно в этих выражениях, – согласился он, – но, знаете ли, по-настоящему скучные вечера – это официальные сборища, когда приходится говорить любезности даже тем, с кем вообще не хотел бы разговаривать.
Она была удивлена.
– Но я думала, что вы никогда не ходите на такие приемы!
– Не хожу, когда могу избежать этого, – сказал он, исправляя свою оплошность.
– Что обычно вам удается! А когда вы не можете избежать, – задумчиво добавила она, – вы стараетесь меньше скучать, приходя поздно и уходя рано, не правда ли?
– Грубая клевета! Она засмеялась:
– Не думаете ли вы, что если я не очень привыкла посещать такие сборища, то я и не знаю вашей репутации? Вы горе для всех хозяек!
– Вы наслушались сплетен.
Она улыбнулась, но покачала головой.
– Во всяком случае, вы сможете рано уйти сегодня. Моя бабушка не засиживается допоздна.
Но все же я опасаюсь, что она захочет продолжить разговор с вами. Сможете ли вы это выдержать?
– С легкостью! Я считаю, что ей меня оговорили. Я был склонен ожидать, что она язвительная, но не думаю,
– Но я вам этого не говорила! – сказала она поспешно. – Я никогда такого не говорила о бабушке!
Мистер Фэнкот, чья отвага была подкреплена замечательной едой и винами, спокойно ответил:
– О да, но исходя из ваших слов, можно было прийти к такому выводу! Не так ли? Вместо ответа она воскликнула:
– Что вы за странное создание, милорд! Можете ли вы отрицать, что насчет этого вечера у вас были самые дурные предчувствия? Вы сказали мне, что одна мысль о том, чтобы пройти сквозь строй моей семьи, приводит вас в дрожь!
– Это оттого, что меня ввели в заблуждение, – сказал Кит твердо.
Она посмотрела на него с улыбкой, но удивленно подняла брови.
– Но вы ведь не дрожали до того как решили, что вас ввели в заблуждение. Я полагала, что бабушка приведет вас в замешательство, но этого не произошло.
– Честно говоря, она добилась этого, но я подумал, что было бы ужасно, если бы я выдал свою растерянность.
– Да, совершенно верно, она ни в грош не ставит людей, которых может запугать. Вы дали ей отпор, и очень возможно, этим ей понравились.
– А вас она может запугать? – спросил он, – О нет! То есть, я бы тоже дала отпор, но случая не представилось: она всегда очень добра ко мне. – Несколько секунд она молчала, а когда снова заговорила, ее тон стал более официальным; казалось, что она тщательно подбирает слова. – Лорд Денвилл, когда вы оказали мне честь, попросив меня выйти за вас замуж, мы обсуждали это очень откровенно. Но, как я полагаю, вы помните, что нас прервали, и с тех пор не было случая закончить нашу беседу. – Она подняла на него глаза. – Мне бы хотелось сделать это до того, как я приму окончательное решение.
Он смотрел на нее сквозь бокал с вином, но при этих словах поставил его и вопреки своей воле произнес:
– Я думал, что вы уже приняли решение! Как же так?
Она ответила извиняющимся тоном:
– Боюсь, что дала вам повод так думать. И действительно, в тот момент я так полагала. Я не могу вам это сейчас объяснить. Я надеялась, что снова увижу вас перед этим вечером, но вы уехали за город, а Албиния – леди Стейвли – разослала приглашения, не предупредив меня.
Он бросил быстрый взгляд на хозяйку, чтобы убедиться, что ее внимание по-прежнему обращено на ее деверя, а затем спросил напрямик:
– Вы хотите отказать, мисс Стейвли? Нахмурившись, она задумалась:
– Вы будете считать меня совершеннейшей дурой, Денвилл, но, по правде сказать, я не знаю! Если бы Албиния не вошла в комнату, когда…
– Так неудачно! – согласился он.
– Да, и так глупо! Если бы только она это знала, бедненькая! Конечно, была какая-то неловкость в нашем разговоре, но мы уже начинали друг друга понимать, или мне так казалось. Еще тогда я почувствовала, что очень многое осталось недосказанным. Я думаю, вы тоже это почувствовали. Когда вошла Албиния, вы как раз сказали, что должны оговорить одно особое условие, но не успели сказать мне, что это за условие.