Под личиной
Шрифт:
Дрозд посмотрел на него с сочувствием и сказал:
– Но это еще не все. У ментов есть твоя фотка. Не исключено, что такая же имеется и у бандитов. А это значит, что ты в розыске.
– Плевать, – глухо ответил Андрей.
Дрозд ухмыльнулся. Но тут же снова принял серьезный вид.
– Конечно, бояться этого не следует, – молвил он рассудительно. – Но поостеречься нужно.
– Почему меня разыскивает милиция? – недоуменно спросил Андрей – больше себя, нежели Дрозда.
– Похоже, ты отправил кого-то из тех двоих, что напали на тебя
И удивительно: в его голосе Андрею послышались довольные нотки. Он быстро взглянул на Дрозда, но тот смотрел на него хмуро и озабоченно. Почудилось, подумал юноша, и твердо сказал:
– Я все равно увижу мать. Сегодня.
– Как? Это невозможно.
– Посмотрим.
– Не лезь на рожон, парень. День, два подожди, пока все немного утрясется, вот тогда и…
– Нет! Я не буду ждать.
– Не горячись. Это безрассудство.
– Возможно. Но мне уже терять нечего. Как будет, так и будет.
Дрозд посмотрел на него с невольным уважением и ответил:
– И все же я советую все хорошо обдумать, прежде чем лезть на рожон.
– Я подумаю… А вы уезжайте. Спасибо вам… за все.
– Ты ставишь меня в неудобное положение…
– Ни в коем случае. Вы сделали все, что могли. Теперь моя очередь. Всего лишь.
– Ну что же, раз ты так решил… – Дрозд крепко сжал плечо Андрея. – Может, все это и к лучшему. Мужчина должен уметь принимать ответственные решения и находить пути к выполнению поставленной задачи.
Рискни. Но помни – двери моей квартиры всегда для тебя открыты. В любое время дня и ночи. Если меня не застанешь, ключи я оставлю Сундуку. Сегодня я вернусь домой поздно. Нужно кое с кем встретиться.
Бывай…
Дрозд пожал Андрею руку и скрылся в темноте. Пока они разговаривали, на город опустилась ночь. Она словно упала с космических высот, практически мгновенно окутав город туманом и почернив провалы подъездов и серые глазницы окон.
Андрей задумался. Он уже давно выработал план, но нужно было ждать, как минимум, два часа – пока не уйдут последние посетители реанимационного отделения.
Юноша решил забраться в палату, где лежала мать, через окно. Он знал, что этот путь не будет для него трудным. Дело оставалось за малым – точно определить, где находится нужная палата.
Он мысленно представил себе второй этаж, что было нетрудно. Андрею уже приходилось бывать в этой больнице, и он не думал, что планировка помещения реанимации сильно отличается от планировок других отделений.
Почти невидимый в темноте Андрей немного приободрился, наметив маршрут движения, и направился к зданию. Ему нужно было прикинуть, как подниматься наверх по отвесной стене.
Задача на первый взгляд показалась юноше достаточно простой. Здание больницы было построено давно, и сложено не из железобетонных плит, а из кирпичей. Поэтому на стене всяких архитектурных выступов и углублений хватало.
И опять потянулось томительное ожидание…
Андрей спрятался в кустах, откуда ему был хорошо
Машина стояла немного поодаль – наверное, чтобы не привлекать особого внимания. Иногда от нее отрывалась темная фигура и шла по направлению к зданию. Навстречу ей из тени выходила другая фигура и скрывалась в салоне "жигулей".
Положение было серьезным. Бандиты устроили засаду и, как понял Андрей, намеревались ждать его сколь угодно долго.
Самурай, эта хитрая сволочь, сообразил, что Андрей обязательно вернется к больнице и попытается проникнуть в нее через черный ход, который закрывался поздно.
Значит, с тыльной стороны здания ему делать нечего, решил Андрей. Оставался лишь одни путь – по фасаду со стороны главного входа. К сожалению, там было освещение – фонарь под козырьком над дверями.
Но юношу утешало то, что лампочка была маломощной, и весь фасад осветить не могла. Это обстоятельство увеличивало его шансы проникнуть в здание незамеченным.
Он едва дождался, пока не ушел последний посетитель и на двери черного входа с внутренней стороны не громыхнул засов.
Выбравшись из кустов, Андрей, снедаемый нетерпением, быстро, но осторожно, пошел в противоположную от машины бандитов сторону. Он с большой долей вероятности предполагал, что подручные Самурая не додумаются поставить дозорного возле парадного входа.
И оказался прав: небольшая площадь перед зданием была пустынной. Примерно прикинув, где должно находится реанимационное отделение, он подпрыгнул, ухватился руками за удобный выступ, и словно кошка начал карабкаться по стене.
Заглянув в первое окно второго этажа, Андрей разочарованно поморщился – это была ординаторская. Там сидела женщина-врач и что-то быстро писала – наверное, заполняла какой-нибудь формуляр.
Следующее окно тоже оказалось пустышкой. От разочарования юноша едва не сорвался с крохотного уступчика, но вовремя уцепился за водоотливную трубу.
Через третье окно Андрей наконец увидел палату, но там лежал мужчина. Присмотревшись, юноша ощутил жар, полыхнувший в груди, – это был Шаман. Он узнал его по наколке на правой руке. Дрозд оказался прав в своих предположениях.
Действительно, бандиту и впрямь повезло, что до реанимации было всего несколько метров. Его лицо скрывалось под бинтами, он дышал тяжело и прерывисто. Возле Шамана, не отходя от койки ни на шаг, дежурила миловидная медсестра.
Мстительно оскалившись, Андрей некоторое время наблюдал за Шаманом, а затем начал продвигаться дальше.
В четвертой и пятой палате тоже лежали люди, но матери в них не было. Где же она!?
Оставалась последняя, шестая палата. К ней склонило верхушку молодое дерево, едва не касаясь оконного стекла тонкими ветвями. Тая дыхание, Андрей сделал несколько мелких шажков по опоясывающему здание фигурному уступу, и прильнул к окну.