Под куполом
Шрифт:
Это паранойя, знаешь ли, подумал он, закрывая сейф на кодовый замок.
Но параноиком Ромми себя не чувствовал. Выходя из магазина, чтобы дождаться Расти и детей на улице, он напомнил себе, что надо повязать на рукав синюю тряпку. И сказать Расти сделать то же самое. Маскировка — дело стоящее.
Это знал любой охотник на оленей.
8
В восемь утра Большой Джим вернулся в домашний кабинет. Картер Тибодо — Ренни решил, что какое-то время тот побудет
Большой Джим чувствовал себя очень даже ничего отчасти потому, что немного поспал после визита к Барбаре. В ближайшие дни он намеревался почаще отдыхать, чтобы в промежутках быть в форме. И по другой причине, в которой не хотел себе признаваться: чтобы избежать новых приступов аритмии.
Постоянное присутствие рядом Тибодо успокаивало, если учесть сумасбродное поведение Младшего (А как еще назвать его поведение, думал Большой Джим). Тибодо выглядел бандитом, но вроде бы подходил на роль адъютанта. Полной уверенности у Большого Джима еще не было, но ему казалось, что Тибодо умнее Рэндолфа.
Он решил это проверить:
— Сколько людей охраняют супермаркет, сынок? Ты знаешь?
Картер отложил журнал и достал из заднего кармана маленький потрепанный блокнот. Большому Джиму это понравилось.
Картер пролистал несколько страниц, потом ответил:
— Прошлой ночью пять человек, трое штатных, двое новеньких. Никаких проблем. Днем будет только трое. Все новенькие. Обри Таул — его брату принадлежит книжный магазин, вы знаете, — Тодд Уэндлстет и Лорен Конри.
— Ты солидарен с тем, что этого достаточно, Картер?
— Чего?
— Ты согласен, Картер? Солидарен — значит согласен.
— Да, вполне. День и все такое.
Никакой паузы, чтобы подумать, какой ответ хочет услышать босс. И это Ренни понравилось.
— Ладно. Теперь слушай. Я хочу, чтобы ты этим утром связался со Стейси Моггин. Скажи ей, пусть позвонит каждому патрульному из нашего списка. Я хочу, чтобы в семь вечера все они пришли к «Миру еды». Я собираюсь с ними поговорить. — Собственно, он собирался произнести еще одну речь и на этот раз расставить все точки над i. Завести этих ребят, как старые дедовы часы.
— И пусть она скажет им, чтобы каждый привел еще по одному человеку.
— Хорошо. — Картер прошелся обгрызенным карандашом по списку в адъютантском блокноте: — Нас уже… дайте глянуть… двадцать шесть.
— Этого недостаточно. Вспомни, что произошло у супермаркета вчера утром, и поджог редакции газеты прошлым вечером. Или мы, или анархия, Картер. Ты знаешь, что означает это слово?
— Да, сэр. — Картер Тибодо полагал, что это слово имеет какое-то отношение к стрельбе, и посчитал, что
Большой Джим улыбнулся. Да, этот парень его только радовал.
— Этим мы еще займемся, вероятно, с самого начала следующей недели.
— Если Купол останется. Вы думаете, останется?
— Думаю, да. — Купол не мог не остаться. Предстояло еще так много сделать. Развезти запас пропана по всему городу. Уничтожить все следы лаборатории по производству мета, построенной за радиостудией. Опять же — что было главным — он еще не достиг величия, которого заслуживал. Хотя и немало прошел по пути к этому.
— А пока отправь пару патрульных — штатных патрульных — в «Универмаг Берпи», чтобы они конфисковали все оружие. Если Ромео Берпи станет возражать, пусть скажут: мы не хотим, чтобы оружие попало в руки сообщников Дейла Барбары. Ты это понял?
— Да. — Картер сделал еще одну пометку. — Дентона и Уэттингтон? Они подойдут?
Большой Джим нахмурился. Уэттингтон, девица с большими буферами. Он ей не доверял. Пожалуй, вообще не любил копов с буферами — женщинам, по его разумению, служить в полиции не полагалось, но тут речь шла о другом. Не нравилось Большому Джиму, как она на него смотрела.
— Фредди Дентон — да, Уэттингтон — нет. И не Генри Моррисон. Пошли Дентона и Джорджа Фредерика. Скажи им, пусть положат все, что привезут, в оружейную комнату.
— Понял.
Зазвонил телефон Большого Джима, он нахмурился. Взял трубку:
— Член городского управления Ренни.
— Привет, член городского управления. Это полковник Джеймс Оу Кокс. Я руковожу операцией, которая называется «Проект “Купол”». Подумал, что пора нам и поговорить.
Большой Джим, улыбаясь, откинулся на спинку стула:
— Так говорите, полковник, и благословит вас Бог.
— По моей информации, вы арестовали человека, которому президент поручил решать все вопросы в Честерс-Милле.
— Это правильно, сэр. Мистер Барбара арестован по обвинению в убийствах. Четырех. Я не думаю, что президенту хочется, чтобы в Честерс-Милле все вопросы решал серийный убийца.
— И в результате все вопросы решаете вы.
— Нет, нет. — Улыбка Ренни стала шире. — Я — всего лишь скромный второй член городского управления. Вопросы решает Энди Сандерс, а арестовал Барбару Питер Рэндолф, как вам, возможно, известно, наш новый начальник полиции.
— Другими словами, у вас руки чисты. Такой будет ваша позиция после того, как Купола не станет и начнется расследование.
Большой Джим наслаждался раздражением, которое слышалось в голосе этого ёханого бабая. Пентагоновский щучий сын привык, чтоб все подчинялись ему. Теперь пришла пора учиться подчиняться самому.
— А с чего им быть грязными, полковник? У одной из жертв найдены армейские идентификационные жетоны Барбары. Можно ли представить себе более весомые улики?
— Которые весьма кстати там оказались.