Под чёрным солнцем

Ворон Ярослав Васильевич

— Найдём! Мы феи или кто? — озорно тряхнула головой повеселевшая Аня. — Или парный радужный амулет найдём, который был у того пурдуна. Вы же именно так попали на Тарлаон и стали Стихиалями, помнишь, Линка рассказывала? Ой, а Леренна где?

— Осталась на Моситлане — оказалось, это действительно её «историческая родина»! Мы даже язык немного понимаем, — изложила Алина. — Нет-нет, она не навсегда там осталась, просто нас с Натой ждёт, мы обещали, что сначала ещё раз на Моситлан вернёмся.

— А Артур

с Виктором что, не вернутся? — удивился Роман.

— Мы отсюда сразу на Землю, — объяснил Виктор. — Регалий-то лишних не было, чтобы на Моситлане оставить! Кстати, вы с Анкой можете возвращаться хоть сейчас.

— Нет, раз мы все пока здесь, давайте вместе искать! Кстати, тут ещё кто-то есть, — Аня рассказала, как её только что пытались призвать.

— Кто бы это мог быть? — задумался Артур. — Тескаль, что ли? Или пещерные гномы какие-нибудь?

— Гном! — ахнула Ната. — Здесь же должен быть гном — мастер магических регалий! Анечка, ты не пробовала к нему попасть?

— Ой, не сообразила… Я сейчас! — спохватившаяся Аня исчезла, но почти сразу же вернулась. — Рома, ты очень нужен! — они с Романом исчезли уже вместе, оказавшись в пещере гнома.

«Да, именно я здесь и нужен», — маг Огня сразу понял, в чём дело, увидев угрюмого мастера, тоскливо сидевшего перед холодным, давно погасшим горном.

* * *

Сожжение колдуньи было на Фарангле каким-никаким, но всё же развлечением, и Простой Народ[3] охотно подтягивался к площади:

— Ведьму жгут! Краси-ивую!

— Небось жаборотень какой-нибудь…

— Да не жаба, она засуху насылала!

— Какая ещё засуха? Всю неделю дожди шли!

— Тем более! Наводнение, значит, наслала на нас!

— Тише, сейчас святой отец всё скажет!

Местный верховный пурат вышел на помост, где вокруг столба с привязанной к нему совсем юной девушкой уже были сложены поленья для костра:

— Дева, именем Марнхейд, созналась, что волосы её не намокают под дождём, из чего следует, во-первых, насылание оной Марнхейд затяжного дождя, поелику ей самой сей дождь вреда не наносит, а во-вторых, противоестественное обнажение оной же Марнхейд волос своих под небом… — за этим последовала какая-то заумь со ссылками на законы и богословские трактаты, и простецы слегка приуныли, однако скучать им пришлось недолго:

— На основании всего вышеизложенного пресвятая пурия полагает и заключает, что оная дева, именем Марнхейд, повинна в вольном принятии печати Всенижнего, каковое, будучи допрошена, тем не менее злонамеренно отрицала, а посему да будет очищена огнём душа её, как и тело! — довольно быстро завершил пурат.

— Сжечь колдунью! — взревела толпа, весьма благодарная пурии за редкое лакомство — «да будет очищена огнём душа» означало, что девушку сожгут без предварительного удушения, иначе было бы провозглашено «тело, но не душа».

«Пурдуны,

конечно, гной!» — с негодованием думал тем временем стоявший в толпе Вильмург, именно в этот день появившийся в городке, чтобы прикупить кое-каких алхимических ингредиентов. — «Но гнойник, из которого лезет такой гной — это именно Простой Народ! Изгнать, что ли, всех на Мораотх?» — он призвал ещё двенадцать магов, и те вскорости оказались рядом.

Изгоняющий круг принялся произносить заклинание — шёпотом, чтобы можно было выдать его за молитву. Осталось только назвать имя изгоняемого и изречь заключительные слова: «Мораотх, без выхода!»

«Стойте!» — внезапно озарила Вильмурга совершенно сумасшедшая мысль. — «Колдунью! Колдунью надо изгонять! Если мы изгоним пурдуна или даже всю толпу, девушку всё равно сожгут! Марнхейд! Мораотх, да изберёт путь!»

«Успели!» — злорадно усмехнулся он про себя, когда через несколько мгновений привязанная к столбу девушка исчезла, едва только палач, из тех же простецов, поднёс факел к поленнице. — «И как ты теперь выкручиваться будешь, дорогой? Чудо же!»

Пурат, однако, оказался опытным интриганом и нашёлся сразу же:

— Дева, именем Марнхейд, была взята Всенижним душой и телом без очищения, что и свидетельствует о сугубой злонамеренности её! — дальше он опять начал изрекать свою скучную заумь.

— «Выкрутился, чёрт такой!» — скривился Вильмург. — «Но девушку мы, похоже, всё-таки спасли!»

* * *

— Отозвались! — выдохнула Маахш. — Нет, показалось… — после долгих бесплодных попыток призвать Лесную Сестру она уже чуть не плакала.

— Может быть, просто слишком далеко? — предположил Тескаль. — Или ей что-то мешает?

— Если это действительно Лесная Сестра, то мешать ей может разве что какой-то не её самоцвет, — возразила ученица феи. — Но мы все очень хорошо это знаем и никогда не надеваем не то что чужие регалии, но даже и просто посторонние украшения, если они с камнями.

— А может… — маг Огня прервался на полуслове, потому что солнце вдруг засветилось вдвое ярче, и они с Маахш, давно отвыкшие от более-менее яркого света, инстинктивно закрыли глаза.

— Это маги! — выскочил из пещеры отдыхавший после очередного поиска Коотен. — Сразу несколько магов! Я за ними! — он исчез, растворившись в воздухе.

— Да, и похоже, не злодеи, — Тескаль, не успев ответить ему, повернулся к Маахш. — Видела, какое солнце яркое стало?

— Да уж видела, — ученица феи всё ещё жмурилась. — И как, интересно, их смогли застать врасплох — всех вместе-то?

— А что, если… — некоторое время помолчав, внезапно догадался затем маг Огня. — Если они отправились сюда добровольно?