Поцелуй виконта
Шрифт:
Бромвелл слышал ее слова, понимал общий смысл, и все же у него было такое ощущение, как будто его парализовало укусом змеи.
Она не леди Элеонора, не дочь герцога Уаймертона? А совершенно другой человек — и к тому же воровка?!
— Я украла у лорда Стернпола из Стейнсборо несколько платьев и деньги. Но поверьте, я сделала это не от жадности и не потому, что я настоящая воровка! — торопливо продолжала она — просто так сложились обстоятельства… Мой отец был младшим сыном рыцаря, а мать — дочерью купца. Несмотря на свои ограниченные средства,
Но лорд Стернпол там не показывался, а без него жалованье мне не платили, ни разу за несколько месяцев! Наконец, я решила обратиться к леди Стернпол, и она посоветовала мне написать ее мужу. Он ответил письмом, в котором извинялся и обещал заплатить всю сумму, как только приедет. Леди Стернпол уверяла меня, что, вернувшись из Лондона, ее муж обязательно все уладит. И поскольку мне негде было жить и не к кому обратиться, а своих денег у меня оставалось очень мало, я вынуждена была остаться у них.
Наконец лорд Стернпол приехал — прошло уже больше пяти месяцев, как я служила у них. Меня вызвали в его кабинет за жалованьем — во всяком случае, я так думала и собиралась передать ему уведомление о том, что хочу уволиться.
Когда я оказалась в его кабинете, он сказал, что с радостью заплатит мне все, что причитается, и даже больше, если я… — Покраснев, она быстро закончила: — Если я позволю ему прийти ко мне в спальню.
Бромвелл не находил слов в адрес человека, посмевшего так обращаться с беззащитной девушкой и сделать столь унизительное предложение.
— Я отказалась и потребовала свое жалованье. Но он попытался… попытался…
Она умолкла, стараясь подавить рыдания, и от негодования и горячего сочувствия у Бромвелла как затряслись руки, что он поспешил поставить чашку, пока ее не выронил.
— Не стоит вдаваться в детали. Я догадываюсь, что он попытался сделать. Пусть благодарит Бога, что ему это не удалось!
«В противном случае я его выследил бы и убил!»
— Да, ему это не удалось, — подтвердила она. — Я отчаянно сопротивлялась, и, в конце концов, он встал и запер меня в кабинете. Я звала на помощь слуг, но они не осмеливались пойти против его воли. В тех местах он был единственным работодателем, и они боялись навлечь на себя его гнев, в конце концов, мне удалось при помощи ножа для разрезания писем вскрыть замок. В доме было тихо. Лорд Стернпол, наверное, думал, что к утру я опомнюсь и уступлю ему.
Я забрала оставшиеся у меня деньги, собрала свою одежду, а потом потихоньку пробралась в гардеробную его жены и взяла там три платья и деньги на булавки, которые она держала в ящике. Их было мало, даже меньше того жалованья, которое причиталось мне за пять месяцев. Недалеко от поместья пролегает почтовый тракт, и мне удалось сесть в проезжающую мимо почтовую карету.
Вспышка ярости лорда Бромвелла сменилась твердой решимостью наказать лорда Стернпола по заслугам.
Однако стоявшей перед ним расстроенной
— На мой взгляд, совершенный вами поступок совершенно оправдан.
— Я тоже считала себя вправе кое-что взять, иначе я никогда бы на это не пошла. Но если он найдет меня, то без колебаний обвинит в воровстве. Вот почему я ехала одна и назвалась вам леди Элеонорой. В Бате я собиралась сесть на корабль и уехать в Ирландию или в Америку, где он не смог бы меня найти.
Она подалась вперед и умоляюще посмотрела на лорда Бромвелла, будто он был судья, от решения которого зависела ее жизнь.
— Уверяю вас, милорд, я не давала повода лорду Стернполу думать, что я могу согласиться на его предложение. Поверьте мне, хотя я и поступила дурно. Я нарушила закон впервые в жизни.
— Я вам верю. Этот человек подло обманул вас, и взамен вы взяли кое-что из его вещей. Но он совершил преступление худшее, чем кража. Он пытался изнасиловать вас!
При слове «изнасиловать» она невольно вздрогнула, и он только теперь догадался, что ей пришлось перенести.
— Извините мою резкость. Я пытаюсь мыслить в юридических терминах, поскольку считаю его настоящим преступником. Ему грозит тюрьма, если не виселица.
— Но он пользуется огромным влиянием, — осторожно напомнила ему Нелл.
— Тем более необходимо положить конец его самоуправству! — твердо заявил Бромвелл и встал со стула. — Думаю, вы не первая из женщин, находящихся в услужении в его доме, которая подверглась его домогательствам, и будете не последней, если его не изолировать от общества.
— Да, вероятно, вы правы.
Лорд Бромвелл стал взволнованно расхаживать взад и вперед, выпятив грудь, чем напомнил ей графа.
— Я непременно поговорю с моим другом Друри. Это лучший барристер в Англии. Он посоветует, как вести дело, чтобы добиться осуждения Стернпола и избавить вас от его преследования. — Он остановился и посмотрел ей прямо в глаза. — А вы должны мне обещать, что останетесь здесь под именем леди Элеоноры до тех пор, пока мы все не решим.
Несмотря на тихий мягкий тон, его голос и потемневшие от ярости глаза выражали непреклонную решимость. И сквозь блестящую внешность учтивого и образованного джентльмена проглядывал облик достойного потомка всех тех славных героев, нога которых когда-либо ступала на Землю Британии.
— И предоставьте мне уладить дело с моим отцом, — продолжал он. — Могу вас заверить, что вы можете спокойно оставаться в Грэншир-Холле до моего возвращения из Лондона.
Нелл кивнула, полностью ему доверяя, но огорчаясь, что она опять останется здесь, без него.
Лицо его немного смягчилось, и он стал прежним лордом Бромвеллом.
— Я понимаю, почему вы решились мне солгать, и нисколько на вас не сержусь. Только жаль, что вы не вполне были уверены в моем сочувственном отношении и не рассказали мне обо всем раньше.
— Мне очень не хотелось лгать, но я боялась кому-либо довериться, — искренне ответила она.
— А сейчас?
— Теперь я вам доверяю.
Она ожидала, что он ее поцелует, но вместо этого он так торжественно предложил ей руку, словно собирался представить самому принцу-регенту.