Поцелуй торпеды
Шрифт:
Правда, Крабу пришлось сперва осторожно протиснуться между складированной мебелью, а потом отыскать подходящую щель. Но в результате это себя окупило сторицей. Краб немного понаблюдал за мужчиной в коляске и придумал план. После этого он перезвонил Самсонову и объяснил, что от того требуется.
Разыграли они все как по нотам. Самсонов в бабском прикиде двинулся в обход зала, приковав к себе внимание наблюдателя. Краб метнулся назад к катеру. Между стенкой и его бортом приглушенно булькало, но Краб не обратил на это никакого
Краб нырнул в проем забора и ловко пробрался с другой стороны по его периметру до навеса с мангалом. Здесь он немного выждал. Когда мангальщик отошел, Краб быстро перебрался через забор и оказался под стенкой его будки. Улучив подходящий момент, Краб выбрался из тени и проскользнул мимо мангальщика. Тот, наверное, здорово удивился, но Краб даже не стал оглядываться.
Остальное было делом техники. Краб спрятался под забором хоздвора. Самсонов прошел мимо и нырнул под расположенные на помосте туалеты. Мужик на коляске не заставил себя долго ждать. Краб быстро оглянулся и двинулся к нему. И почти сразу бахнул по голове короткой монтировкой.
Мужчина дернулся и отключился, Краб как ни в чем не бывало продолжил говорить:
– Да без вопросов, братишка, подвезу! А потом по пивку пропустим!
Говоря это, Краб очень быстро подкатил коляску ко второму помосту – пониже, но без лестницы. Из темноты вынырнул Самсонов. Краб сказал:
– Сейчас, братишка, сейчас! Помоги поднять!
Вдвоем с Самсоновым они подняли коляску на помост. Краб оглянулся и толкнул Самсонова. Тот забрался к коляске и быстро покатил ее к углу невысокого строения. Краб заскочил следом.
– Во, сейчас доставим, братишка! – проговорил он, двинувшись за Самсоновым.
Несколько секунд спустя они оказались за углом, у двери строения. Собственно, это было даже не строение, а продолговатая будка над канализационной ямой. Яма эта представляла собой толстую – около полутора метров в диаметре – трубу, вмурованную в дно моря.
Краб одним движением огромной лапы сорвал хлипкий запор и подался в сторону:
– Давай!
Самсонов вкатил коляску внутрь и невольно наморщил нос. Пахло над выгребной ямой далеко не «Шанелью №5». И не «Хуго Боссом».
– Подкатывай и открывай! – велел Краб, кивнув в сторону расположенного в глубине люка.
Одной рукой он нашарил выключатель. Под потолком помещения загорелся тусклый плафон. В другой лапище Краба возник пистолет. Самсонов опасливо покосился на него и торопливо покатил коляску от двери. Краб уже хотел было ее прикрыть, но вдруг услышал за углом подозрительные звуки. Он метнулся на улицу и осторожно выглянул.
В темноте Краб разглядел две фигуры. Это оказались всего лишь посетители, пристроившиеся к помосту облегчиться. Опасности они не представляли.
Краб
– Разверни! – приказал Краб и прикрыл дверь.
Он собирался, как и обещал Кащееву, сделать на этот раз все наверняка: всадить пулю в лоб инвалида и только потом сбросить его в яму. Краб взвел курок и повернулся с поднятым пистолетом.
Самсонов стоял к нему спиной, закрывая собой коляску. Потом вдруг раздался звук, как будто инвалид пукнул, и Самсонов, покачнувшись, упал на колени.
За ним Краб увидел вскочившего инвалида и какой-то странный пистолет в его руке. От удивления и испуга Краб нажал на спуск.
– Пфук! Пфук! Пфук! – трижды выстрелил его пистолет.
Краб стрелял бы и дальше, но мощные девятимиллиметровые пули отшвырнули инвалида на коляску и буквально снесли в яму. Краб увидел мелькнувшие колеса с блестящими щитками, а потом услышал всплеск.
В этот момент донеслось:
– Краб!..
Самсонов стоял в своем бабском прикиде на коленях, одну руку прижимая к животу, а вторую – дрожащую – тянул к Крабу. Она была вся в крови.
– Я умру, да?.. – спросил Самсонов.
– Куда ты денешься? Выживешь! – пообещал Краб.
– Да?! – успел обрадоваться Самсонов.
В следующий миг он плюхнулся вперед и уткнулся головой в край зловонной ямы. Краб быстро подошел и наклонился. Но не над Самсоновым, а над проемом. Снизу доносились только какие-то бульки. Краб облегченно вздохнул, сбросил в яму Самсонова и закрыл люк. Прежде чем покинуть помещение, он аккуратно потушил свет…
162
– Итак, дамы и господа! Кто же стал победителем, вернее, победительницей нашей первой отборочной схватки? Кто выходит в финал? Вот в чем вопрос! Кто?! Коварная Гюльчатай из Казахстана? Или Жестокая Олеся из Беларуси? Или все же Чернобровая Бестия – Украина?..
– Казахстан!..
– Гюльчатай!
– Беларусь! Олеся! – раздались в толпе одинокие голоса.
Однако они буквально утонули в вале криков:
– Украина! Украина!
– Бестия!
– Победила Бестия!
– Кто-кто? – приложил руку к уху Веселов. – Не могу понять! Можно чуть громче?
– У-кра-и-на! У-кра-и-на! У-кра-и-на! – начала дружно скандировать толпа.
Висевший на балке фанат в оранжевой футболке приправлял этот хор дикими воплями:
– «Шахтер» чемпион! Все будет Донбасс!
163
Выбравшись с хоздвора «Пятницы», Краб трижды позвонил Кащееву, но тот не отвечал. Краб начал нервничать. Осторожно пробравшись на нижнюю площадку, он, несмотря на запрет Григория Васильевича, сунулся на катер.