Поцелуй разбойника

Грин Мария

Софи сурово посмотрела на письмо в руках Маргерит. Поймав ее взгляд, Маргерит небрежно бросила его на стол и прикрыла стопкой счетов.

— Сядьте, пожалуйста, Софи. Дело в том, что мы намного превысили наш кредит, и, чтобы оплатить эти счета, нам придется продать все, что имеется в этом доме.

Софи шумно выдохнула:

— Вы не сделаете это! Большую часть вещей Литгоу привез из Шотландии.

Маргерит ожидала сопротивления, и реакция Софи вызвала у нее привычное ощущение скуки, которую она всегда испытывала в ее присутствии.

— Вы

можете сохранить дорогие вам вещи, Софи, но большинство из них придется продать. — Она изложила свой план продажи и новой жизни в более скромном жилище. — В конце концов, вам здесь никогда не нравилось, да и привидение вас пугает. Признайтесь, Софи.

Маргерит не собиралась объяснять, что Серая дама — плод ее фантазии.

Софи поджала губы.

— Да… это я признаю, но я бы хотела, чтобы вы не трогали наследство Литгоу. Он не одобрил бы ваши планы.

— Леннокса больше нет, а мы должны жить дальше. Не бойтесь перемен — они улучшат нашу жизнь, вот увидите. — Маргерит перебирала счета, но мысли ее были далеко. — Я обещала Литгоу, что позабочусь о вас, и не нарушу обещания. Я знаю, что у вас нет родственников, которые взяли бы вас к себе, и поэтому мой долг обеспечить ваше будущее.

В комнате повисла гнетущая тишина, и Маргерит почти физически ощущала неприязнь золовки. У Софи не было причин не любить ее, но Маргерит знала, что эта неприязнь возникла из почти патологической привязанности Софи к Литгоу. Софи давно следовало бы разорвать эти узы и осознать наконец, что она личность, а не покорный придаток старшего брата.

— Литгоу перевернулся бы в гробу, узнав, что вы растаскиваете по кускам его дом! — Софи сжала подлокотники кресла, и Маргерит поняла, что она еле сдерживается.

— Я не хочу закончить свою жизнь в долговой тюрьме из-за того, что не смогу заплатить долги. Нет, другого выхода я не вижу, и вам придется с этим смириться.

Софи встала и мрачно посмотрела на Маргерит.

— Вижу, никакие доводы не удержат вас от этого безрассудства.

Маргерит оперлась локтями о стол и положила подбородок на ладони.

— А вы можете предложить лучший вариант? Думаю, вам известно, что вы полностью зависите от того, сумею ли я оплатить наши долги, и от того, что я собираюсь делать дальше. У вас нет ни пенни, поскольку Леннокс все оставил мне.

Софи шумно вздохнула и сурово изрекла:

— Он отказался от своих корней, когда женился на вас! Вы не шотландка, и вам наплевать на наши традиции и убеждения!

— Но Леннокс женился на мне, и этого не изменишь, — спокойно произнесла Маргерит. Спокойствие давалось ей нелегко, она совсем не хотела спорить с Софи. И чувствовала себя виноватой из-за того, что мечтала от нее избавиться. Она должна быть более терпимой и надеяться, что со временем злоба у Софи иссякнет.

— Вы не должны были брать его имя! Вы никогда не разделяли его мечты и желания.

— Он желал того, что в нашей стране преследуется законом:

возвращения Стюартов. Я не одобряла его взглядов и его фанатизма, и чем меньше мы будем говорить об этом, тем лучше. Вы же знаете, что все эти тайны и преступления свели его с ума.

Злобная улыбка искривила губы Софи.

— Как бы вы ни осуждали его взгляды, но вы связаны с ними, так же как и я. И никогда не избавитесь от них.

Маргерит вздохнула.

— Может быть, вы и правы, но не делайте мое положение еще тяжелее. Пожалуйста. Если полиция узнает правду, нас обеих бросят в тюрьму и казнят за измену.

— Вы никогда не поднимитесь выше ваших мелких забот, Маргерит! Вы никогда не принесете себя в жертву ради высших идеалов, — злобно прошипела Софи.

— Не будьте так уверены! Если бы я верила в это дело, возможно…

Софи неприязненно скривила губы.

— Хватит! Вы всегда были недостойны его, и я считаю несправедливым, что именно вы решаете, что лучше для этого дома… и для меня.

Потеряв терпение, Маргерит скрестила руки на груди.

— Тогда живите как хотите, только не приползайте ко мне, когда вам нечего будет есть.

Софи вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Идиотка, — сквозь зубы процедила Маргерит. Она все это время надеялась, что Софи поймет их трудности, но ее злость все разрушала. Положение ухудшалось с каждым днем. Как заставить ее не жить в прошлом?

Маргерит смотрела в окно. На камине пробили часы. Она размышляла о том, что еще можно сделать. Но ничего не могла придумать. Она увидела, что Софи вышла из дома и пошла к конюшням. Софи редко ездила верхом, но, вероятно, была слишком возбуждена, чтобы оставаться в доме.

С тяжелым вздохом Маргерит достала письменные принадлежности и написала записку аукционисту в Льюис.

Глава 9

Чарлз просунул руку в темное отверстие в стене, и у него радостно екнуло сердце, когда пальцы нащупали сложенный листок бумаги. Она ответила!

Чарлз вставил кирпич на место и бесшумно исчез в темноте ночи. Он шел по тропе, ведущей к роще позади дома. Там, на поляне, он оставил привязанного к дереву Грома. Конь заржал, радуясь его возвращению. Положив письмо в карман, Чарлз вскочил в седло и поехал домой.

В кабинете он нетерпеливо сломал печать и, прочитав осторожные выражения Маргерит, усмехнулся. Он понял, что она сгорает от любопытства. Если он правильно построит игру, то она не удовлетворится одними романтическими посланиями. И тогда он, дождавшись подходящего момента, откроет ей, кто настоящий автор этих писем.

Чтобы еще больше разжечь ее любопытство, он не будет спешить со следующим письмом. Кроме того, ему потребуется время на сочинение оды, которая взволнует ее и проникнет в сердце. Тут он подумал, что Маргерит равнодушна к нему, и, какими бы страстными ни были письма, он не завоюет ее любовь.