Поцелуй предателя
Шрифт:
Она подняла глаза:
– Я скажу: «Разве она не прекрасна?»
На лице госпожи Роделл появилось нечто действительно похожее на улыбку, но сваха тут же посуровела и раздраженно осведомилась:
– А потом?
– Подожду, пока он ответит, что она почти столь же красива, как и я.
Снова сдавленная улыбка.
– Девочки бесполезны для благородного господина. Ты должна быть готова принести извинения.
Сальвия смяла в кулаках подол платья. Однажды она спросила отца, жалел ли он о том, что его единственный ребенок – девочка.
– Без девочек не появлялись бы мальчики.
– Не поспоришь, – резко ответила сваха. – Но, не сумев родить мужу наследника, ты подводишь семью.
Последние слова звучали так, как будто относились к происходившему в тот самый момент. Что вообще на нее нашло? Нужно было отвечать как следовало. Сальвия попыталась придумать что-то, чтобы исправить положение, но ничего одновременно и честного, и неоскорбительного не шло на ум.
– Если ты так и не сумеешь родить наследника, уступишь ли ты место той, кто сможет?
Что бы на такое ответил отец? Сальвия опустила глаза и медленно вдохнула, чтобы унять дрожь возмущения в голосе.
– Я…
Но сваха продолжила:
– Когда ты выйдешь замуж, Сальвия Бродмор, ты должна вести себя более достойно, чем до замужества.
Что-то внутри у Сальвии словно лопнуло, когда она услышала, как они опять меняют ее имя, словно ей следовало стыдиться того, кто она такая.
– Птицеловка, – сказала она. – Фамилия моего отца – Птицелов. И моя тоже.
Лицо свахи исказилось от презрения:
– Тебя никогда не примут с таким именем. Сальвия Бродмор – это имя бастарда, но Сальвия Птицеловка – незаконнорожденного простолюдина.
– Это имя, которое дали мне родители. – Сальвию трясло от негодования. – Они гордились им, значит и мне следует.
Слова главной свахи прозвучали как удар хлыста:
– Ни один благородный господин не поставит тебя выше низкородной шлюхи!
Сальвия вскочила на ноги, злость текла по ее венам. Отношение госпожи Роделл больше не было тайной. И Сальвия согласилась на это, предав все то, что пережили ее мать и отец от рук людей, подобных главной свахе!
– Лучше я буду шлюхой, чем женой такого человека. – С каждым словом ее голос становился все пронзительнее. – Ваше имя несет печать того же воспитания, и я не желаю больше участвовать в этом!
– Думаю, мы закончили.
Голос главной свахи был таким бесстрастным, что Сальвии захотелось вцепиться ей в лицо накрашенными ногтями. Но она, споткнувшись о ковер, вскочила и бросилась к двери. Тетя Брелора, напряженно ходившая кругами у фургона, замерла на полушаге. Когда она взглянула на Сальвию, то ее глаза расширились от ужаса.
Сальвия задрала юбку до колен и бегом помчалась по ступеням и на другую сторону улицы. Она мчалась так быстро, что нелепые туфли свалились и остались в грязи. Собирая глину и щебень на чулки, девушка прошла мимо своей тети, и тут за спиной
– Леди Бродмор, вы можете сказать мужу, что я верну плату, внесенную за его племянницу. Я не в силах ей помочь.
И пока кучер хлопотал, помогая тете Брелоре забраться в фургон, и выворачивал на дорогу, Сальвия пешком вышла из деревни, босая, ни разу ни обернувшись.
4
Ранним утром через два дня после собеседования Сальвия незаметно вошла в Гарланд-Хилл, одетая в штаны и потертую отцовскую кожаную куртку. Дядя Уиллиам был настолько шокирован результатами ее собеседования, что даже не впал в ярость и не накричал на нее, как она ожидала, а просто прогнал с глаз долой. И пока он не решился с ней разобраться, у Сальвии было немного времени, чтобы самой решить свою судьбу – найти работу. Вчерашние расспросы в деревне Бродмор ничего не принесли, и в Гарланд-Хилле Сальвию, скорее всего, ждало то же самое, но добраться пешком за один день можно было только до этих мест. Кроме того, Сальвия пришла к одному крайне неприятному умозаключению.
Ее ссора с главной свахой вполне может повлиять на матримониальные перспективы ее сестер, а Астра и без того в невыгодном положении. Сальвия всю прошлую ночь проворочалась без сна и наконец поняла, что ей нужно делать. Она должна извиниться. Так что теперь она в задумчивости смотрела на колокольчик у дома главной свахи, а деревня вокруг постепенно приходила в движение. Со стороны задней двери доносился какой-то шум. Сальвия пошла по тропинке и заметила движение в окне кухни. Глубоко вздохнув, девушка негромко постучала в заднюю дверь.
Госпожа Роделл взглянула на Сальвию одним глазом через щель, прежде чем открыть дверь полностью. Сейчас на свахе не было косметики, а седеющие волосы были заплетены в свободную косу, перекинутую через плечо и лежавшую на простом шерстяном платье.
– А, это опять ты, – хмыкнула сваха. – Что, придумала оскорбления получше?
Сальвия готовилась к тому, чтобы представиться, но это, очевидно, не требовалось.
– Вы… вы меня узнали? – заикаясь, пробормотала она.
– Ну конечно, узнала, – ухмыльнулась сваха. – Как будто я не знаю, как ты выглядишь без краски на лице и подкладок в платье. Ты думаешь, мое собеседование начинается на пороге моего дома? Чего ты хочешь?
Сальвия подняла подбородок:
– Я хочу поговорить с вами как женщина с женщиной.
Госпожа Роделл фыркнула:
– Так где же вторая женщина? Я вижу только гордую избалованную девчонку.
Но Сальвия не обратила внимания на эти слова. Сейчас она уже никак не могла ухудшить свое положение, и от этого ее охватило странное спокойствие. Так что она стояла молча, пока сваха наконец не открыла дверь шире, чтобы Сальвия могла пройти.
– Ну хорошо, – сказала госпожа Роделл. – Входи и выкладывай, зачем пришла.