Поцелуй горца
Шрифт:
— А потом ты кое-что сказал мне. Я никогда не забуду тех слов, которые ты произнес на прощание. Ты говорил очень нежно, и слова получались как живые, потому что ты произнес их странным голосом.
— Что я сказал? — Друстан убрал руку от паха.
Его килт был отброшен, ноги раздвинуты, а рука уже устала. Горец был так возбужден, что боялся взорваться. Гвен подробно рассказывала, чем они занимались, и это было самым эротичным приключением в его жизни. Сидеть в темноте, видеть на внутренней стороне век все то, о чем она говорит,
И ему было наплевать.
Наплевать, врет эта девушка или говорит ему правду. Он хотел Гвен Кэссиди, и в этом желании не было ни логики, ни вопросов, ни уточнений. Он восхищался ее настойчивостью, хотел ее каждой клеточкой своего тела, смеялся вместе с ней, злился на нее. Гвен приняла решение. Она знала, что он друид, и все равно хотела быть с ним.
Во имя Амергина, он — трижды отвергнутый Друстан МакКелтар — пытался сбежать от женщины, которая принимала его таким, какой он есть!
Он больше не мог вспомнить, почему так боялся выслушать ее. Горец боролся с желанием достичь пика, получить наконец освобождение — но не хотел делать этого здесь, в одиночку. Он возжелал Гвен с той минуты, как увидел ее, и сделает это с ней. Внутри нее.
— Ты сказал что-то очень романтичное. — Гвен вздохнула.
— Угу, — промычал он.
И только через пару минут понял, что она говорит. А когда понял, то вскочил на ноги и закричал, но она продолжила:
— Потеряешь ли ты что-то, сохранится мое почтение к тебе. Останешься ли одна, моя душа будет с тобой. Придет ли вскоре смерть, моя жизнь станет твоей. — Друстан глубоко вздохнул, слушая заклинание, которое навек приковывало его к этой девушке. — Я дарован тебе. Вот что ты сказал.
Она замолчала, а Друстана согнуло пополам. Вспышка света и жара возникла где-то внутри и вырвалась наружу, окутав его тело. Он не мог заговорить, не мог вдохнуть, волны эмоций одна за другой накатывали на него…
Гвен согнулась пополам, когда ее захлестнул шквал ощущений. Это было странно, забавно, непонятно, словно она только что произнесла слова, которые уже нельзя взять назад…
— О Господи, Нелли, — прошептал Сильван, застыв от слов Гвен и внезапного осознания: он до сих пор держит Нелл за руку, а она ему это позволяет. — Она только что вышла за него замуж.
— Замуж? — Нелл сжала его пальцы.
— Айе, это клятва друидов. Я не рискнул произнести ее, когда женился.
Нелл хотела спросить «Почему?», но мотнула головой, и они оба перегнулись через балюстраду, чтобы не пропустить ни слова.
21
— Кхм, — после долгой паузы сказал Друстан. — Ты понимаешь, что только что вышла за меня замуж?
— Что?! — вскрикнула Гвен.
— Может, ты наконец выпустишь своего мужа из туалета?
Гвен застыла. Она
— То, что ты только что произнесла, — брачная клятва друидов, заклинание, навсегда связывающее души. Не знаю, откуда ты их взяла, но…
Господи, он все еще не помнит, с отчаянием подумала Гвен. После того как она все ему рассказала, все, до мельчайших деталей.
— Я взяла их, дубина, из твоих же собственных слов! Но я не знала, что выхожу за тебя замуж…
— Даже не думай, что теперь сможешь отвертеться, — довольно сказал Друстан.
— Я и не пытаюсь отвертеться…
— Не пытаешься? — удивленно переспросил он.
— Ты хочешь на мне жениться? Даже не вспомнив?
— Поздно. Мы уже женаты. Этого не отменишь, так что привыкай. — Он ударил по двери, словно ставя точку в предложении.
— А что будет с твоей невестой?
Он пробормотал по этому поводу несколько слов, которые очень понравились Гвен.
— И все же я не понимаю одной вещи. Если все, что ты рассказала, случилось на самом деле, то почему я не научил тебя заклинанию, которое вернуло бы мне память? Я бы знал, что есть возможность не вернуться самому. И наверняка научил бы тебя заклинанию памяти.
— 3-з-заклинанию памяти? — пролепетала Гвен.
Неужели все было так просто? У нее был ключ к его воспоминаниям, но он не сказал ей, как им пользоваться? Чего еще она ему не рассказала? Гвен отчаянно копалась в памяти. Должно же быть что-то, должен найтись недостающий кусочек мозаики, нужно только отыскать его и проверить. Гвен закрыла глаза, вспоминая прошлое буквально по минутам. Вот оно!
«У тебя хорошая память, Гвен Кэссиди?» — спросил он ее по дороге к Бан Дрохаду.
— О Господи! — воскликнула она. — Это что-то вроде стихов?
— Возможно.
— Если бы ты сказал мне это заклинание, ты научил бы меня им пользоваться? — недовольно спросила она.
После долгой паузы Друстан ответил:
— Скорее всего, я тянул бы с объяснением до последнего момента.
— А если бы в последний момент ты просто растаял?
Резкий прерывистый вздох, и снова долгая тишина. А потом:
— Если ты вспомнила стихи, просто повтори их!
Гвен повернулась лицом к двери, прижалась к ней щекой и ладонями. И тихо, но четко произнесла нужные слова.
Друстан стоял у двери, прижавшись к ней ладонями и щекой. Он шептал свадебную клятву одновременно с Гвен. Теперь она никуда от него не денется. Помолвка ничего не значила. Он был женат. Связь, порожденную друидским заклинанием, ничто не могло разорвать. У друидов не существовало такого понятия, как развод. Друстан напрягся, ожидая ее следующих слов, его переполняли надежда… и страх.
Чистый мелодичный голос был прекрасно слышен через дверь. Гвен говорила. Ее слова звенели в воздухе, проникали в душу, смешивая прошлое и будущее, словно компоненты в гигантской ступе.