Побег
Шрифт:
– Лорд женат?
– Что? – парень отвлекся от мыслей о своей незавидной доле. – Нет, не женат. Пока еще. Но, говорят, у него есть невеста.
– Это хорошо, – облегченно вздохнула Аури. – Тогда он не будет зариться на девчонок. А то видала я всякое.
– На тебя что, кто-то зарился? – подивился Урван.
Аури стало смешно.
– А что, я уж никому и понравиться не смогу?
Он повернулся и повнимательнее посмотрел на нее. К его изумлению, в глубине кибитки, в полутени, она казалась вполне даже ничего.
– Хм…, а ты симпатичная, – сделал
– Я не хочу замуж, – поспешно заверила его Аури.
– Не хочешь замуж? – тут уж парень ей не поверил. – Врешь ты все. Все девки замуж хотят. И ты хочешь. Только по сердцу не встретился тебе никто. Вот и городишь чушь.
Аури задумалась. По сердцу она еще никого не встречала, это правда. А что будет, если встретит? Да ничего хорошего. Замуж за того, кто понравится, ее все равно не отдадут. Так что лучше никого и не встречать. А то потом будешь всю жизнь тосковать по нему, как мама. Она так и не смогла забыть своего жениха. Хотя отец ей этого и не дал своей жестокостью и бесконечными придирками.
Кибитка мерно покачивалась из стороны в сторону, вдоль дороги глухой стеной стоял темный лес. Аури стало скучно, и она потихоньку задремала.
Глава третья
Проснулась Аури к вечеру, разбуженная громким восклицанием Урвана:
– Эй, соня, подъезжаем!
Она встрепенулась, и вовремя: они въехали в поместье лорда Дроверина. Вокруг простирались обширные лесные угодья, перешедшие в заливные луга с пасущимися на них упитанными стадами. И, когда Аури уже надоело смотреть вокруг, подкатили к богатой деревне, больше похожей на городской посад.
Добротные и красивые каменные дома с ухоженными усадьбами живописно выстроились напоказ в длинную улицу. В палисадниках красовались яркие головки роз, клематисов и множество незнакомых Аури цветов. Перед домами беспечно играли дети, в воздухе царило спокойствие и довольство.
Девушка невольно сравнила это процветающее поместье с хилыми деревеньками отца и тяжко вздохнула. Она давно подозревала, что жестокость и нетерпимость лорда Гросби к преуспеванию не приведет. И вот наглядный тому пример.
Они подъехали к большому двухэтажному дому, отделенному от замка лорда небольшим ухоженным садиком и обширным парком.
Едва заехали на задний двор, как навстречу им нетерпеливо выскочили по-господски одетые мальчики-погодки лет девяти-десяти в бархатных камзолах и плотных шерстяных брюках. Из-за их спин осторожно выглядывала прелестная девочка лет шести в коротком платьице с выставляющимися из-под него беленькими кружевными панталончиками.
Урван указал на них Аури:
– Это твои племянники. Эдди, Мэрфи и Светти. А вон и хозяйка
– Бабушка мне об этом говорила, – Аури скептически рассматривала высокомерное лицо женщины с тонкими неприязненно поджатыми губами. Госпожа Ганти ей уже не нравилась.
– Почему ты так долго? – сердито спросила та у Урвана, подходя к возку. – Когда ты выехал?
– Вчера. – С низким поклоном доложил парень. – Но утром мы встретили умертвие. Пришлось спрятаться. И пару часов подождать.
Госпожа Ганти покраснела от гнева.
– Умертвие? – ее недовольный высокий голос был похож на визг поросенка. – Что ты врешь, негодный мальчишка! Умертвие никто в страну бы не допустил! Вот я велю выпороть тебя на конюшне, чтоб больше не выдумывал того, чего не было и быть не могло!
Аури неловко выбралась из кибитки, понимая, что ее перепачканное в соломе платье не вызовет одобрение столь высокомерной дамы.
– Добрый день, дорогая тетушка! – саркастично произнесла, на миг забыв, что здесь она всего лишь бедная родственница. – К сожалению, утром мы действительно встретили умертвие. И просто чудом успели спрятаться.
Госпожа Ганти медленно повернулась к ней и обвела презрительным взглядом. Оценив и выпачканное платье девицы, и его старомодность, сложила холеные руки на груди и заносчиво указала:
– Тетушка? Как ты смеешь ко мне так обращаться? Какая я тебе тетушка?
– Думаю, самая обыкновенная, – Аури не собиралась спускать ей грубости. – Насколько я понимаю, вы законная супруга моего дяди, господина Оскари Марти? – она подчеркнула слово законная, будто сомневаясь в этом.
Госпожа Ганти вознегодовала.
– Ты что, смеешь в этом сомневаться, жалкая замарашка?
– Ну что вы, зачем мне сомневаться? Если вы и впрямь жена моего родного дяди, то, следовательно, и моя тетя. – Это было сказано с явным пренебрежением, и даже до тугодумной Ганти дошло, что тетя из нее никудышная.
– Я не знаю никаких племянниц моего мужа, похожих на тебя! – холодно заявила, презрительно сморщив нос. – Так что можешь отправляться туда, откуда приблудилась, бродяжка!
– А вот это будет решать сам господин Марти. Или это вы глава этого дома? – прозвучало достаточно жестко, чтобы осадить неучтивую особу.
Ганти скривилась. Ее только что бесцеремонно поставили на место, и кто? Жалкая замарашка! Ведь она и впрямь лишь жена хозяина, и указывать его гостям, оставаться им тут или уезжать, не вправе. Но остановиться не смогла, зловеще пообещав:
– Муж выгонит тебя точно так же, как и я! У нас таких простоватых родственников, как ты, нет и быть не может! – она гордо задрала нос и повернулась, собираясь уйти.
– Да? А бабушка мне сказала, что вы из очень простой семьи, ваш отец всего-то бедный подмастерье, кажется. Почему же у вас не может быть простых родственников? Вы что, со всеми своими родными перессорились, или это они от вас отказались? – с нарочитой наивностью спросила Аури, стряхивая с платья соломинки.