Побег из гарема
Шрифт:
– Какая это, по-твоему, может быть страна? – с любопытством спросила она.
– Точно не знаю, но я спрошу, – ответил Ахмед и отошел прежде, чем Бриттани успела его остановить.
Бриттани облегченно выдохнула, когда увидела, что Ахмед подошел не к противному капитану, а к его первому помощнику. Поговорив некоторое время, они оба, Ахмед и мистер Хэмиш, направились к Бриттани.
Улыбаясь, Кэппи Хэмиш подошел к женщине под чадрой.
– Скажи своей госпоже… – начал Кэппи, – что она видит южное побережье Испании. Сегодня мы пройдем через пролив Гибралтар, а завтра выйдем в Атлантический океан.
Притворившись,
– Спроси у мистера Хэмиша, будем ли мы куда-нибудь заходить или поплывем прямо в Америку, – сказала она по-турецки.
Ахмед перевел, и Кэппи кивнул.
– Скажи своей госпоже, что мы зайдем на Канарские острова для кое-какого необходимого ремонта.
Бриттани понравился первый помощник, он совсем не походил на своего заносчивого капитана. Она определила, что он примерно возраста Симиджина. Мужчина был коренастым, с мягкими серыми глазами и седеющими волосами. У него всегда была наготове улыбка, и он не старался заставить ее почувствовать себя ничтожеством, как капитан.
Раздался громкий сердитый окрик, и Бриттани придвинулась поближе к поручням, когда подошел капитан Стоддард.
– Ахмед, мне кажется, я сказал, чтобы ты держал эту женщину в каюте, за исключением указанного мной времени.
– Моя госпожа не привыкла сидеть взаперти в таком тесном пространстве. Ей нужен воздух.
Глаза Торна остановились на фигуре под чадрой.
– Скажи своей госпоже, что она будет делать то, что я приказал. Если она находит свою каюту слишком тесной, то, возможно, захочет сойти на берег на Канарских островах и найти другой корабль, который отвезет ее к месту назначения. Быть может, ей больше подойдет корабль, направляющийся в Англию. Она ведь вначале собиралась туда, не так ли?
Ахмед улыбнулся:
– Это так. Но потом было решено, что она отправится в Филадельфию.
Торн выглядел огорошенным.
– А что вы знаете о Филадельфии? Вы хоть раз бывали там?
Глаза Ахмеда внезапно сделались загадочными.
– Сам я не был, но желание моего господина – чтобы моя госпожа была доставлена туда.
Торн взглянул на море.
– Если будете меня слушаться, я, возможно, соглашусь доставить вас до Чарлстона, это Южная Каролина, но оттуда до Филадельфии вам придется добираться самим. А до тех пор держите эту женщину там, где она должна быть. Уверен, она привыкла всегда добиваться своего, но я не потерплю, чтобы мои приказы не исполнялись. Скажите ей это.
Бриттани уставилась на капитана Стоддарда сквозь сетку чадры. Казалось, вся голубизна моря отражается в глазах этого американца. Она поймала себя на том, что ей хочется протянуть руку и коснуться его гладко выбритой щеки. Но она заставила себя отвернуться и пошла через палубу, чувствуя себя потерянной и одинокой. Бриттани еще не сталкивалась с подобным отношением к себе, и ей было горько и обидно.
В течение дня жара усиливалась. Поскольку Бриттани привыкла мыться каждый день, она больше не могла пользоваться тазиком с водой, который ей приносили. Она отправила Ахмеда к капитану с просьбой передать свои требования о большой лохани и достаточном количестве воды, чтобы принять ванну.
И
– Моя госпожа спрашивает, нельзя ли ей принять ванну. Она не привыкла к такой жаре и всегда совершает ежедневные омовения.
Торн гневно воззрился на евнуха.
– А больше она ничего не хочет? – иронично поинтересовался он.
– Ой, конечно, – отозвался Ахмед, не чувствуя иронии капитана. – Поскольку мы остановимся на островах, я подумал, не могли бы мы приобрести шелковое постельное белье для моей госпожи? Кожа у нее слишком нежная, и грубые простыни на кровати царапают ее.
Торн смотрел на мужчину, совершенно не понимая его преданности такой испорченной и изнеженной особе.
– Скажи своей госпоже, что ей придется довольствоваться тем, что есть. Что до ванны, то это невозможно до тех пор, пока мы не запасемся свежей водой.
– Моей госпоже это не понравится. Чистота очень важна для нее.
– Тебе никогда не надоедает исполнять малейшие капризы этой женщины?
– Я не нахожу их неоправданными. Она не привыкла к лишениям.
– Должен ли я напомнить тебе, что я капитан этого корабля? – лениво протянул Торн. – Твоей госпоже следовало подумать о неудобствах, с которыми она столкнется, до того как тайком пробираться на судно. Во дворце великого визиря с ней, возможно, и обращались как с принцессой, – продолжал Торн, – но на борту моего корабля она всего лишь пассажир, к тому же нежеланный. Так и передай своей госпоже.
– Не могу, капитан. Она здесь не по своей воле. – Ахмед поклонился. – Я сообщу своей госпоже о вашем решении.
После того как Ахмед вернулся с ответом капитана, Бриттани так разозлилась, что, не помня себя, выскочила из своей каморки и ринулась к каюте капитана. Не дожидаясь ответа на стук, распахнула дверь и увидела, что капитан Стоддард сидит за своим столом. Когда он вскинул на нее глаза, на лице у него отразилось потрясение, но он быстро замаскировал его гневом.
Бриттани подлетела к столу и встала, уперев руки в бедра.
– Капитан Стоддард, мне сказали, что я не могу принять ванну. Я от многого отказалась, чтобы попасть на этот корабль, но от чистоты – ни за что.
Он вздрогнул не только от того, что она говорит по-английски, но и от того, что произношение у нее безупречное, как у истинной леди.
– К вашему сведению, мисс, правила на корабле диктуются не столько вашими удобствами, сколько вашей безопасностью и безопасностью моих людей.
– Все, о чем я прошу, – это простая любезность. Я бы животное не держала в такой тесноте и духоте, в какой вы поместили меня. Я приму ванну, даже если для этого мне придется прыгнуть в океан.
Чуть заметная улыбка приподняла уголки его губ.
– До Турции вплавь далековато, мисс.
– Вы отвратительный человек и совершенно мне не нравитесь.
– А вы, мадам, испорченная и изнеженная. В прошлом, я уверен, вы всегда получали то, что хотели. На борту «Победоносца» этого не будет.