Победитель приходит первым

Иевлев Геннадий Васильевич

— Ты уверена, что нас здесь никто не будет искать?

— Нет, но надеюсь. Если будем сидеть тихо.

— И сколько нужно здесь просидеть?

— Не знаю. — Илия покрутила головой. — Несколько суток, наверное.

— Но как мы будем контролировать обстановку в городе?

— Здесь есть автономная энергостанция и терминалы. Надеюсь, что они работают.

— Отсюда есть выход на поверхность планеты?

— Не знаю. — Илия вновь покрутила головой. — Я там никогда не была.

— А как вообще выбраться туда, ты знаешь?

— Нет! — Турута в очередной раз мотнула головой. — Скорее всего это можно сделать

из промышленного сектора. Может и из усыпальницы тоже, но я там никогда не была.

— Что за усыпальница?

— Сектор, где живут настоящие туруты, не имеющие в своей родословной каких-то отклонений в развитии или болезней. Лишь они могут иметь детей без санкции и они имеют приоритетное право для портации в новую обитель цивилизации.

— Ну и ну! — Ромм громко хмыкнул. — Вы оказывается поделены по сортам. И какого же ты сорта?

— В отстойнике, в основном, живут те, кому надеяться не на что. — В голосе Илии скользнули нотки печали.

— Ты хочешь сказать, что они никогда не увидят солнечный свет?

Илия молча покачала головой.

— А какие сектора ещё есть в городе?

— Основных четыре: усыпальница, промышленный, добывающий и отстойник. Промышленный и добывающий ещё делятся на более мелкие, но они не изолированы.

— Как я понимаю, высший сорт живёт в усыпальнице. — усмешка тронула губы Ромма.

Илия молча кивнула головой.

— А в промышленном кто живёт?

— Многие. — Илия дёрнула плечами. — Это самый большой сектор города. — Я тоже там жила, пока не стала мутантом. Каждые два года все жители секторов, кроме отстойника, обязаны проходить через анализатор. Если он решит, что у тебя появились отклонения от стандартной линии развития турута, ты попадаешь в разряд сомнительных. Если линия не выправляется при последующих анализах, становишься мутантом и попадаешь в отстойник. Мутантов становится всё больше. Цивилизация деградирует и если правительство в ближайшие годы не найдёт новую планету для колонизации, есть тенденция, что чистых турутов не останется и портировать придётся или силотов или мутантов. — Илия глубоко и шумно вздохнула.

— Кто такие силоты?

— Очень мощные менталы. Они тоже не настоящие туруты, но мутантами они себя не считают.

— И много их?

— Не знаю. — Илия мотнула головой. — Они живут в промышленном секторе. Это закрытое общество и сколько их, навряд ли кто-то, кроме них самих, знает. Слышала, что в правительстве их всё больше и больше.

— Ты знаешь своих родителей?

Опустив голову, Илия покрутила головой.

— Меня сразу забрали у матери. — Заговорила она через несколько мгновений тихим голосом. — Этого ведь не утаишь, хотя женщины и пытаются, да и любой анализ выявит произошедшие в её организме изменения. Чтобы иметь ребёнка нужно пройти через молекулярный анализатор, как мужчине, так и женщине. Если он найдёт отклонение от стандарта, ребёнок будет запрещён. Я считаю — это бесчеловечно. Нужно помогать преодолеть недуг, а не запрещать. Все технологии для этого есть. Но правительство мало заинтересовано в этом. Потому они и появляются в тайне и всё чаще, мутантами.

— Как я понимаю, если попал в отстойник, то навсегда.

— Можно обратиться в правительство и пройти через анализатор. Но успеха, практически, никакого.

— Если мутантов всё больше, что же они делают в отстойнике? Лишь дерутся по ночам?

— Здесь

большая промышленность. Отстойник полностью обеспечивает себя всем необходимым.

— Что ты делала в промышленном секторе?

— Занималась информационными технологиями. При желании, я могу открыть любую дверь Риффа.

— Осталось найти, какую. — Ромм широко улыбнулся. — Происшествия, подобные сегодняшнему в мужском клубе, часто бывают в отстойнике?

— Определённо. — Илия дёрнула плечами. — Иногда сообщают в новостях, что во время боя скончался тот или иной мутант, но я никогда не слышала, чтобы туруты этому придавали большое значение. Для правительства, чем меньше мутантов, тем меньше проблем. Для него, лишь бы они не лезли из отстойника в другие сектора. Обычно клуб отделывается штрафом. Но там такие деньги крутятся, что для него этот штраф меньше, чем ничто. В нём нелегально тусуются туруты из усыпальницы. Иначе откуда такие деньги. — Илия повела подбородком в сторону Ромма. — Не из зала же. — Её лицо исказилось гримасой, похожей на гримасу снисходительности. — Их в зале нет. Они в номерах верхних уровней. Наблюдают по голографическим терминалам. Девушки-мутанты для развлечений. Для них тысяча тур — мусор.

— Откуда ты это знаешь? — Ромм поднял брови. — Ты ведь не ходишь туда?

— Когда встречаются серьёзные соперники, турутов из усыпальницы бывает много и номеров в клубе на всех не хватает. Тогда они селятся у нас в отеле. Обычно день после боя они приходят в себя, а ночью их переправляют назад. В особо щепетильных ситуациях, иногда и администратору приходится ходить в клуб. У каждого есть карточка.

— Полная анархия. По другому и не скажешь. — Ромм покрутил головой.

— Почему анархия. — Илия дёрнула плечами. — Клуб часто проверяется службой безопасности. Если найдут турута из усыпальницы — посадят на цепь: вживляют биосенсор и каждый его шаг будет отслеживаться. Но обычно они откупаются. У нас им даже предпочтительнее, никто его в отеле искать не будет. Служба безопасности у нас бывает лишь по вызову. Один из работников клуба снимает номер на себя и проблема решена.

— Как они попадают в отстойник?

— Не знаю. — Илия мотнула головой. — Слышала, что каким-то образом создаются лазы — соты в межсекторных щитах — барьерах. Но это стоит огромных денег. Но как это делается, никогда не интересовалась. — Турута шумно вздохнула. — Таких денег, чтобы купить соту, у меня никогда не будет.

— Будут. Ищи соту.

Подняв брови-ниточки, Илия уставилась в Ромма большими чёрно-зелёными глазами.

— Ты же только что сказала, что в твоём отеле часто бывают туруты из усыпальницы. Уверен, этой ночью их было предостаточно. Найди способ узнать у них что-либо о сотах: где, когда, сколько?

Илия, вдруг, поднялась с кресла и вышла из флайбота.

— У меня же дежурство. — Она принялась осматривать и отряхивать себя. — Как в таком виде я появлюсь в отеле?

Ромм поднялся и выйдя наружу, достал из под ремня пакет с деньгами и отсчитав несколько купюр, протянул их туруте.

— Надеюсь, этого хватит, чтобы ты привела себя в порядок?

Илия уставилась в купюры, затем отступила от флайбота и покрутила головой.

— Я договорюсь с Астором, он отдежурит за меня. Это стоит всего лишь два тура. — Она открыла свою сумочку и поковырявшись в ней, подняла взгляд на Ромма.