Победить тьму...
Шрифт:
Около пяти часов она позвонила Бет.
— Как дела на Диком Западе? — Ей показалось, что она слышит музыку.
— Отлично. — Она расслышала удивление в голосе Бет. — Джайлс здесь, сегодня мы объехали окрестности и много фотографировали. Он хочет, чтобы я сделала несколько рисунков пером и чернилами. Будет еще около шестидесяти акварелей, одну из них они хотят вынести на суперобложку. — Бет была вне себя от счастья. — Мы решили поехать в Брекон поужинать, а завтра собираемся отправиться в средний Уэльс, где еще можно найти уголки действительно дикой природы.
Лиза услышала хихиканье и какие-то комментарии со стороны. Она улыбнулась.
— Надеюсь,
— Конечно, я все помню! Джайлс никогда не обидит меня. А как дедушка? — Голос Бет изменился, стал официальным.
— Боюсь, что не очень хорошо.
— О Лиза. — Бет явно расстроилась. — Что ты собираешься делать?
— Не знаю. Я не могу оставаться здесь навсегда, как бы тебе этого ни хотелось! — Она рассмеялась над не совсем убедительным протестом Бет. — Я пробуду здесь еще несколько дней, но не уверена, что в этом есть нужда. Похоже, он не собирается бросать пить. Он также не хочет поехать со мной и совсем не думает о своей работе. Что касается Роберта, то, на мой взгляд, он надеется, что Адам никогда туда не вернется. И надо смотреть правде в лицо. Он уже почти достиг пенсионного возраста. Если честно, то я не знаю, что и делать. Я не могу оставаться здесь в качестве няньки.
— Я бы тоже не хотел этого. — Голос, донесшийся до Лизы, заставил ее виновато подпрыгнуть. — Мне надо идти, будь осторожна, дорогая. — Она положила трубку и повернулась. — Наконец-то ты встал.
Он выглядел ужасно.
— Прости, Лиза. — Он устало потер лицо. — Я обещаю, что это в последний раз. — Он не упомянул Брид.
Беда была в том, что Лиза, как всегда, поверила ему.
В последующие три дня они много ходили и разговаривали. Он ел то, что она готовила, и цвет его лица стал улучшаться. Однажды они даже занялись любовью на диване в гостиной — нежное и грустное воспоминание, которое, как ни странно, довело их до слез.
— Адам, я хочу, чтобы ты поехал со мной. — Лиза лежала в его объятиях, нежно поглаживая его грудь, уютно устроив голову у него на плече. — Дорогой, мы могли бы быть счастливы в Уэльсе.
Он легонько прижал ее к себе.
— Нет, не могли бы. Ничего не получится, Лиза. Если бы мы думали, что что-то получится, то поженились бы много лет назад. — Он печально улыбнулся. — Я люблю тебя. Мне кажется, я всегда любил тебя. Но ты и я — совершенно разные, все равно что мел и сыр. Если я поеду с тобой, то Брид отправится за нами, и Бет тоже окажется в опасности. Мы не можем так рисковать. Пусть все остается как есть, любовь моя. Мечты и воспоминания. Этого должно быть достаточно для нас обоих.
В ту ночь Адам снова напился, — и снова появилась Брид. Лиза так никогда и не поняла, что произошло раньше.
Она сидела возле маленького туалетного столика, который соорудила себе в комнате Келома из письменного стола и зеркала, найденного на чердаке. Уже давно она ни с кем не занималась любовью, и теперь сидела и смотрела на свое отражение, пытаясь уловить в нем то теплое и счастливое сияние, которое ощущала внутри себя. Она не чувствовала, что предает Фила. Из всех людей он бы первый ее понял.
Крик Адама заставил ее вскочить на ноги от испуга. Ее щетка для волос с грохотом упала на крышку стола.
— Ты ведьма! Ты, убийца и мстительная ведьма! Убирайся из моего дома!
— Адам? — Лиза подбежала к верхней ступеньке. — Адам, где ты? — Сердце стучало где-то в горле, когда она быстро спустилась по лестнице и побежала к кабинету. — Адам, что случилось?
Возле него стояла Брид, протягивая к нему руки. Одна из них кровоточила. А-дам, я люблю тебя. Она была очень красива. Ее роскошные волосы, как всегда, были рассыпаны по плечам. Ее платье из мягкой ткани в клетку, зеленого и фиолетового, коричневого и золотистого цветов осени, ниспадало грациозными складками. На шее было серебряное ожерелье. А-дам, что случилось? Она смотрела ему в глаза. Она, похоже, не замечала Лизу, стоявшую в дверях.
— Убирайся! — Адам слегка покачивался. Он протянул руку к письменному столу и взял тяжелую мраморную пепельницу. — Если не уберешься, я убью тебя раз и навсегда!
— Так он и сделает, — сказал Лиза от двери. — Ты должна уйти. Неужели не понимаешь? Твое влияние на него закончилось. — Она вошла в комнату с громко бьющимся от страха сердцем. — Делай, как он велит. Оставь его в покое.
Брид повернулась. Кажется она только что заметила ее присутствие.
— Ты! — Она произнесла это слово с такой неистовой злобой, что Лиза попятилась. — Я показала тебе, что может случиться, если ты приблизишься к А-даму. Твой мужчина умер.
Лиза похолодела.
— Я и тебя убью! — Ее глаза имели гипнотическое воздействие. Лиза почувствовала, что не может отвести взгляд. — Я убью тебя, убью ребенка сына А-дама. Тогда А-дам будет только мой!
Стоявший за ней Адам поднял пепельницу.
— Ведьма! — Похоже, в голову ему приходило только одно это слово.
Брид пошевелилась, когда он наносил удар, и он пришелся на висок. Отскочив, она плюнула в него, а потом чуть не вцепилась ему в горло.
— Адам! — Крик Лизы оборвался, когда Адам схватил бутылку с виски, которую он оставил на полу возле письменного стола, повернулся и бросил ее в ту сторону, где только что стояла Брид, но там уже была пустота. Бутылка разлетелась на множество осколков, ударившись о мраморный камин, и упала внутрь очага.
Всхлипывая от испуга и потрясения, Лиза оглядела комнату.
— Где она?
— Я убил ее? — Адам отошел назад на несколько шагов и оперся о письменный стол. Он тяжело дышал.
— Не знаю. Не уверена. — Ноги Лизы подкосились, и она буквально упала на диван у окна. — Святый Боже, откуда она взялась?
— Из ада, откуда еще?
— А куда она делась? — Лиза лихорадочно обшаривала глазами комнату.
— Обратно в ад. — Адам засмеялся. — Правда, она красива? Ты видела ее? Ее красивые волосы и огромные глаза! — Он вдруг расплакался и жалобно протянул к Лизе руки.
Встав на все еще дрожавшие ноги, Лиза подошла к нему и прижала его голову к своей груди.
— Она призналась, что убила Фила, — сказала Лиза.
— Я слышал.
— И Келома с Джулией.
— Да.
— И угрожала убить меня и твою внучку.
Воцарилось молчание.
— Адам, я должна уехать. Ты тоже так считаешь, не правда ли? — Лиза ласково гладила его по голове. — Я не думаю, что есть какой-то смысл в том, чтобы я продолжала здесь находиться.
Он кивнул.
— Ты права. Ты должна уехать. Я тоже этого хочу. Со мной все будет нормально.