Победа над прошлым
Шрифт:
— Вы племянник Альмейды? — спросила она, решив, что он один из тех, кто появился на свет с серебряной ложечкой во рту. Его хладнокровие, скорее всего, проистекает оттого, что он принадлежит к отпрыскам старших братьев ее отчима.
Но гость отрицательно покачал головой.
— Меня зовут Рун де Браганса. Я как раз собирался представиться, когда вы нанесли мне сокрушительный удар при столкновении. Я — управляющий «Клубом Марим».
— Я не знала, что это столь важное заведение, — недоуменно протянула Сорча.
Несколько лет тому назад отчим получил в наследство большой участок земли на побережье
— Вы полагаете, там все идет само собой? — с легкой иронией в голосе полюбопытствовал Рун де Браганса. — Каким образом? Одна только гостиница требует массу внимания, забот и…
— Там даже есть гостиница? — перебила его Сорча. Рун кивнул.
— Гостиница открылась почти два года назад. Старый клуб снесли и на его месте построили гостиницу на шестьдесят мест. — Обезоруживающая улыбка неожиданно тронула уголки его рта. — И несмотря на столь юный возраст, гостиница уже успела приобрести хорошую репутацию благодаря высокому качеству обслуживания. А пройдет время, и она станет лучшей в Португалии. У нас там много всяких новшеств.
— Например? — заинтересовалась Сорча. Хотя Сорча и не могла полностью игнорировать своего отчима, она всячески старалась, находясь с ним рядом, не выказывать интереса к его хозяйственной деятельности. И теперь ей внезапно захотелось восполнить этот пробел.
— Благодаря разработанной нами строительной программе, количество вилл в районе выросло в четыре раза, нам даже пришлось организовать службу, в обязанности которой входит охрана вилл в отсутствие их владельцев и обслуживание клиентов. При желании виллу можно сдать в аренду. Для тех, кто хочет заниматься спортом, у нас имеется большой бассейн, теннисный комплекс на десять кортов, баскетбольная площадка и зал для игры в американский футбол. — Рун снова усмехнулся. — Наш следующий проект — конференц-зал. Здание уже воздвигается, и в начале следующего года строительство должно завершиться. Вы просто ослепили меня улыбкой, — неожиданно добавил он.
— О чем вы? — не поняла Сорча и тут же сообразила, что слушает его, разинув рот от удивления.
И в самом деле, человек, которого она приняла почти что за плейбоя, оказывается, обладал воображением и способностями, достаточными для того, чтобы превратить захудалый прежде «Клуб Марим» в некий преуспевающий концерн. Занятно! Следует признать, что британская ветвь компании «Альмеида Уайн», которую возглавлял Хорхе, благодаря преданности и профессионализму ее сотрудников процветала и приносила значительную прибыль. Братья Хорхе в Лиссабоне, вероятно, трудились в поте лица, но сам отчим не сидел в конторе за письменным столом, а занимался сдачей внаем яхты на Соленте. Сорча сдвинула брови. Она явно его недооценивала.
— Поскольку в Альгарве в год бывает более трех тысяч безоблачных часов, город сделался излюбленным курортом многочисленных поклонников Солнца… «Клубу Марим», должен
— Вы меня убедили, — прервала его Сорча, устав выслушивать подобные славословия. — «Клуб Марим» — хорошее место для отдыха.
Желваки заиграли на скулах мужчины.
— Прекраснейшее место! — воскликнул он, подчеркнув голосом первое слово.
— Странно, что ни моя мать, ни близнецы никогда не порывались туда съездить, — размышляла Сорча вслух, очищая рукав пиджака.
— Просто не представляли себе, что это такое! — Рун посмотрел, как за окном февральский ветер трепал голые ветви деревьев. — Хорхе всегда говорил, что предпочитает не смешивать бизнес с удовольствием, и поэтому ездил отдыхать с семьей в другие места.
— Во Флориду, например, или на Багамы… — Сорче припомнились почтовые открытки, которые она получала от матери. — Кстати, я — Сорча Риордан, падчерица Хорхе, — с явным опозданием представилась девушка.
— A rebelde, — заметил он.
— Простите, не поняла.
— Вы — то самое «ужасное дитя», что измывалось над беднягой Хорхе, «перевел» Рун с португальского.
Сорча удивленно взглянула на своего собеседника. Чтобы не скомпрометировать мать, ей нужно было не только держать в секрете вражду, существовавшую между Хорхе и падчерицей, но, главное, скрывать под завесой молчания те наказуемые законом преступления, которые она сама совершала в течение многих лет. Вот и приходилось постоянно притворяться, дабы производить впечатление благовоспитанной и послушной девочки, готовой быть на побегушках все двадцать четыре часа в сутки. Почему-то она никогда не сомневалась, что отчим вполне лояльно относился к такому притворству, однако ярлык «ужасное дитя» и намеки на то, что она способна «подмочить репутацию» своему ближнему, вроде бы свидетельствовали о том, что Рун де Браганса обладал кое-какой информацией.
— Хорхе рассказывал о… обо мне? — дрогнувшим голосом спросила она, продолжая чистить пиджак.
— Он всегда рассказывал о вас, когда бывал в «Клубе Марим». Но вам нет нужды беспокоиться, я единственный человек, кому он изливал душу. К тому же мне удалось быстро понять, что вы девушка невинная, — довольно сухо произнес Рун, — и отношения между вами и господином Хорхе всегда отличались нежностью и доброжелательностью.
Сорча заставила себя улыбнуться.
— Что же он говорил?
— Ну, например, что вы сорвиголова.
— Он приводил примеры?
— Да.
— Какие? — спросила Сорча.
Рун потер кончиком пальца нижнюю губу.
— Хорхе рассказывал мне, как через год после его женитьбы на вашей матери вас исключили из школы.
— Когда мне было тринадцать лет? И что дальше?
— Вы настояли, чтобы вас поместили в интернат вместе с братом, но там вы нагрубили директору, и вас опять хотели исключить.
— Из-за курения.