По пути
Шрифт:
— Она, наверное, не ест ещё кашу, — с сомнением посмотрела на кряхтящую малышку. — Но кажется ты прав, есть хочет..
— Да ладно, ест она все! — без особого интереса пригляделся к движущемуся комку.
— А как понять, они ничего не сказали мне. Бутылку даже не оставили? — запаниковала за секунду.
— Мне кажется если зубы выросли, то должна есть, — равнодушным тоном произнес и посмотрел в окно. Солнце било в глаза через тонкие жалюзи.
– Открой — ка ротик, — легонько отодвинула нижнюю губу крохи. В ответ она распахнула глаза, удивлённо поморгала и через секунду
— Пиз**ц ты достала! — вскочил и нетерпеливо протянул руки вперёд.
В распахнутых карих глазах расплескалось бескрайнее темное море беспомощности. Яся сама чуть не плакала, при этом выглядела как одеревеневшая кукла. Илья медленно перехватил ребенка и инстинктивно поставил столбиком. Совершенно не умел с ним обращаться, также, как и его предшественница. Однако произошло чудо: малышка ещё несколько секунд поорала по инерции, а потом все тише и тише. Уставилась глазенками на тонкую полоску яркого света между жалюзи и окончательно замолчала.
— Спасибо, я чуть не померла от ее крика, — подошла сзади и легонько погладила девочку по щечке.
Милана снова сунула руку в рот и начала стучать ногами. Лис ощутил, как надвигается новая волна крика. Похлопал ее по спине и слегка покачиваясь, подошёл к окну.
— Че стоишь, ищи бутылку, или кашу вари.
— Они, наверное, не пользуются смесями. Чего там у них по теории ГМО, пальмовое масло, — перечисляя, встревоженно посмотрела на Илью и скривилась в панике.
— Мне пофиг, че они там думают, я сейчас ей из пакета молоко волью.
— Ты охренел! — предупреждающе зашипела.
— Иди кашу ищи, у меня сейчас ухо оглохнет, — попытался перекричать детский голос.
— Позвони ему, спроси! — побежала в кухню.
Лис встал у окна и начал набирать Степку, параллельно укачивая девочку. Она плакала сильно, периодически ударяясь подбородком о мужское плечо. Теперь и он ощутил полную беспомощность и злость, одновременно. К сожалению, горе- папаша не брал трубку, ни через минуту, ни через пять. Лис не выдержал и отправился на кухню, пытаясь хоть чем — то отвлечь истеричную даму на своем плече.
— Не нашла я бутылок, вот кашу варю, но у них молоко тоже кокосовое, — оправдываясь, указала взглядом на ковшик с манной крупой.
— Пофиг, ничего ей не будет, лишь бы не орала, — отстранил ребенка от себя и на вытянутых руках поднял. Хотел посмотреть на малышку терпеливым взглядом, но этот крик выводил из себя. — Скоро уже?
— Да все уже, остужу и дадим, — суетилась Яся, ощущая на плечах неподъемный груз ответственности.
Спустя десять минут все вокруг стихло. Малышка с удивлением чмокала кашу с ложки, периодически выплевывая назад содержимое щек.
— Че ты ей пихаешь? Она же наелась, — возник со спины и с сомнением оценил увиденную картину. Как
– Да она ничего не съела, все выплюнула, — озабоченно произнесла девушка и указала взглядом на светлые пятна.
— Ну значит и не хочет! — резонно ответил, сверху вниз глядя на Ярославу. Непривычно было видеть ее такой серьезной и сконцентрированной. Даже успел испытать приятные, необъяснимые чувства при виде того, как она пытается уговорить ребенка открыть рот.
Спасительный момент настал, когда в замке провернулись ключи. Абсолютно расслабленные родители ввалились в кухню, держа старшего сына за руку.
— Ой, а что это вы делаете? — с изумлением воскликнула Марианна.
— Кормим ВАШЕГО орущего ребенка, — бесцеремонно ответил Лис и просверлил Степана взглядом.
— Так она же полностью на ГВ! — всплеснула руками мать и моментально подскочила к Ярославе. Девушка в ответ стушевалась и опустила вниз чайную ложку.
— Так раз на ГВ, чего вы его не оставили? — резонно возмутился.
— Это грудью кормление, — прошептала на ухо Яся и сдержано улыбнулась, стесняясь дремучести Ильи.
— Зашибись аббревиатуры.
Степка нервно покашлял.
— Короче, пойдем перетрем, а то у меня от криков голова кругом, — позвал хозяина дома в другую комнату.
Яся испытала невероятное облегчение, когда передала девочку в руки матери, но при этом тяготило чувство вины за то, что приняла решение накормить малышку без разрешения. Марианна долго разъясняла о пользе грудного вскармливания, постоянно вступая в спор с невидимыми оппонентами. И ничего, что девочке, оказывается почти девять месяцев, а она ни разу ничего не пробовала кроме груди. Яся смотрела на нее, как на умалишенную и мысленно согласилась с высказываниями Лиса перед сном. Все хорошо в меру, когда твой образ жизни становится навязчивой идеей, это не менее трагично и непонятно, чем полный пофигизм современности.
– Ты чего со своими вегетарианскими замашками все мозги на морковку поменял?
— В смысле? — с ходу удивился, запихивая старшего в ванную комнату.
— Кому ребенка доверил? Ты кто теперь буддист или пох**ст?
— Мы на сорок минут до МФЦ, надо дооформить документы, а тут вы, чего такого? Твоя девушка сама утром попросила Милану поразвлекать.
— Ладно, слушай, а у тебя какие — то контакты остались, ну прошлые? — намекнул, понизив голос.
— Да сколько лет я этим не занимаюсь, ты чего! А зачем тебе?
— Все я понял, проехали, ты теперь на светлой стороне! — по — дружески стукнул по плечу.
— Не обижайся, но я даже думать забыл о том, как раньше зарабатывал и Марианна не знает, — склонился ближе и тихим голосом произнес.
— Все равно спасибо, что пустили.
— Да какие проблемы, людям нужно помогать, — улыбнулся открыто и Лис понял, что не было в Степке никакого подвоха. Вот он и правда человек — вода. Сначала был водой грязной луже, а потом его поместили в приятную такую чашечку с цветочками и он там благополучно принял форму и при этом все такой же обтекаемо — пресный. Перестал раздражаться, после того, как понял эту философию.