Шрифт:
А.М.Горький
По пути на дно
ЭПИЗОД 1
ЛУКА
I
Сельский сход. Мужики обсуждают вопрос о покупке лугов у помещика. Сильное волнение, горячий спор, толпа - человек тридцать домохозяев, всё пожилые люди и старики. Особенно взволнован один из мужиков, человек лет сорока; он оборван, как нищий; он потрясает своими лохмотьями, хватает за руку женщину, свою жену, она вдвое моложе его, миловидна, одета приличнее его.
Мужика отталкивают - надоел, все бедны, он, видимо, жалуется на жену: плохая работница; жену конфузит отношение к нему, его бедность; вырывая из его рук свою, она тоже отталкивает его. Сход - на улице, пред избою старосты; староста
– Придти?
– Приходи.
Улицей идёт старик-странник, с палкой в руке, котомкой за спиною, с котелком для пищи у пояса; остановился против старосты, просит милостину; староста отмахивается от него рукою:
– Ступай, ступай; много вас шляется, дармоедов!
– Смотри! Все люди - странники на земле, все некрепко на месте сидят!
Эти слова раздражают старосту, сойдя с крыльца, он указывает страннику дорогу вдаль, толкает его в плечо:
– Прочь! Марш!
Странник - идёт; отошёл и, обернувшись, указывает рукою в небо, качает головой. Староста сурово смотрит на него, грозит ему пальцем.
II
Парк. Площадка для крокета. Играют: юнкер (ученик военного училища), его партнёрша - дама, старше его лет на десять, эффектно одета, подчёркнуто красивые жесты актрисы. Противники: девочка-подросток, очень подвижная и комичная, молодой фатоватый человек, тоже актёр. Юнкер - Барон "На дне". На скамье сидит, следя за игрою, отставной военный, больной человек, отец юнкера. Подходит горничная, докладывает:
– Мужики пришли!
Помещик морщится, встаёт; юнкер, подхватив его под руку, предлагает даме:
– Идёмте смотреть; мужики - это всегда смешно!
III
Мужики излагают помещику свою просьбу; один из них всё время удерживает бедного, который хочет что-то сказать; он вырвался, бросился на колени и кричит о своей нужде; юнкер находит в его отчаянии что-то смешное, он и актёр - смеются; дама - упрекая, останавливает их; помещик говорит:
– Но - разве староста не сказал вам, что он уже купил у меня эти луга?
Мужики - поражены. Один из них, надев шапку, идёт прочь, двое других смущённо опустили головы, четвёртый, простояв на коленях ещё несколько секунд, поднимается медленно, пошатнулся. Юнкер, смеясь, бросает к его ногам монету, тот - не видит его, растерянно осматривая всех.
IV
Мужики возвращаются в деревню, обсуждая положение.
– Теперь староста выжмет кровь из нас.
Один из них говорит бедному:
– Ты скажи твоей жене, чтоб она упросила старосту перепродать луга нам, он её послушает, она ему - хозяйка.
Все трое - смеются раздражённо. Четвёртый смотрит на них, соображает, понял, бросается с кулаками. Его сбили с ног, ушли.
V
Полем идёт мужик, рассуждая сам с собою, считает что-то на пальцах; остановился, смотрит вперёд; у него лицо человека, переживающего тяжёлую драму. Принял какое-то решение, быстро идёт дальше.
VI
Ночь. Идёт мужик с верёвкой в руках, подходит к воротам старосты, прикрепляет верёвку, суёт голову в петлю. Это - своеобразный обычай мести, принятый в племени мордвы: оскорблённый
VII
Через полчаса. На крыльцо выходит староста, за ним - жена самоубийцы, она обнимает его, целует; он, ласково улыбаясь, гладит её голову, щёку, она быстро сбегает с крыльца, идёт налево, видит удавленника, - испугалась, бежит снова к старосте; он - встречу ей, отталкивает женщину, стоит, окаменев, не в силах оторвать глаз от самоубийцы. В первую минуту женщина может не узнать мужа, затем - узнаёт, вскрикнула, пятится, воровато оглядываясь, бежит прочь. Староста - прирос к земле, его голова опущена, руки повисли вдоль тела, так же как у самоубийцы.
VIII
Рассвет. Перед двором старосты - народ, мужики, бабы; смотрят на удавленника, на старосту; он стоит у крыльца; указывают на него глазами друг другу. К нему подходит один из мужиков-депутатов, говорит:
– Что, - погубил человека?
Старуха грозит палкой.
Староста смотрит исподлобья на людей, они всё ближе подвигаются к нему; возможно - сейчас его ударят, начнут бить.
IX
В улицу въезжает коляска, запряжённая парой лошадей; в коляске юнкер, дама, они встали, смотрят на удавленника, на толпу; юнкер смотрит так, как будто ищет и ждёт: когда и кому надо аплодировать? Бабы ведут под руки жену самоубийцы, она бьётся в их руках, боясь взглянуть на труп. Один из мужиков рассказывает юнкеру о происшествии; юнкер говорит даме своей:
– Оказывается, это - драма.
Внимательно и брезгливо наблюдая за женою самоубийцы, дама говорит:
– Но на сцене, в театре движения и жесты этой женщины были бы неестественны и даже неприличны.
– Разумеется. Вообще, это - люди для неприличных трагикомедий. Кучер, пошёл!
Едут дальше.
X
Отвлечённые появлением коляски, люди несколько успокоились. Какая-то женщина предлагает старосте воду в ковше, он, отстраняя её руку, сурово смотрит на жену самоубийцы, она - в стороне, среди женщин, издевающихся над нею. Староста шагнул вперёд, говорит мужикам:
– Отказываюсь от лугов в вашу пользу. Вижу - смутил меня дьявол.
Медленно уходит в дом; среди мужиков радостное удивление, один из них, указывая на самоубийцу, говорит:
– Не напрасно, значит, жизни решился.
XI
Вечер. У ворот старосты - труп, покрытый рогожами или рядном (грубый деревенский холст, по реденькой основе; идёт на мешки, на подстилку и на застилку - Ред.). Перед крыльцом - мужики, бабы, мальчишки. На ступенях крыльца - полицейский чиновник - становой пристав (чиновник уездной полиции, заведующий в полицейском отношении станом, определённой частью уезда - Ред.), сзади его - стол, за столом писарь пишет протокол допроса. Староста стоит пред полицейским, говорит, указывая на жену самоубийцы:
– Я её насильно заставил жить со мной, она не виновата...
Полицейский отдаёт приказ арестовать его; мужики берут старосту под руки, уводят. Полицейский грозит пальцем женщине, кричит на неё, она стоит, искоса глядя вслед арестованному; лицо её - тупо, но из глаз катятся слёзы.
XII
Ночь. Изба для арестованных, полускрытая деревьями; в стене маленькое квадратное окно, его снаружи перекрещивают две нетолстые железные полосы. У двери сидит и спит мужик-сторож, на коленях у него - палка. В окне показывается рука, пробуя крепость прутьев железа, разгибает, отрывает их, - появляется лицо старосты. Среди деревьев - женщина, с камнем в руке, она показывает старосте камень, указывая другою рукой на сторожа. Староста делает запрещающие жесты, лицо его скрывается, он выламывает косяк окна, расширяя его.